Анри Ренье – Яшмовая трость (страница 63)

И если в старый дом войду я вновь,

Куда зовут всей силою желанья

Меня души твоей воспоминанья,

Ты не склонишь, как прежде, на плечо

Ко мне главы: я призрак без названья!

Ты плоть мою оплачешь горячо.

Но всей душой, и верной, и унылой,

В мечтах учись меня не покидать,

Земной любви на тень не обращать,

Свиданья ждать покорно за могилой.

Фердинанду Брюнетьеру

НА ВОРОТАХ ЖРИЦ

О жрицы, до колен вы поднимите ваши

Одежды легкие, залитые светло

Заката отблеском румяным, и чело

Венчайте розами. С собой возьмите чаши,

Где черных бабочек и пчелок золотых

Изображенья есть. Волну кудрей густых

Пред зеркалом, смеясь, вы заплетите в пряди;

Кристалл разбейте тот, из чьей зеркальной глади

Ваш лик смеющийся глядел лишь миг назад,

В лучистом сумраке из храма по две в ряд

Вы выйдете затем. Пускай зефир свободно

Играет тканями покровов дорогих;

Молчание храня, и на плечах нагих

Богини статую неся поочередно,

Пройдите городом, где с нею ежегодно

Вы совершаете медлительный обход.

Напейтесь из ручья под пальмою высокой;

Когда же двинетесь обратно в тьме глубокой,

О жрицы, бойтесь вы неровностей дорог.

Склоните голову у каменного входа,

Дабы вы не могли, переступив порог,

Богини статую разбить об арку свода.

НА ВОРОТАХ КОМЕДИАНТОК

Повозка у ворот. Бледнеет луч денницы,

Заколосилися везде поля пшеницы,

Резвится Фавн в лесу и Нимфа — у ручья,

И, вместе с летнею таинственной порою,

Вернулась к нам опять бродячая семья

Затем, чтоб воскресить искусною игрою,

При помощи румян и маски изменив

Знакомые черты — наивный древний миф,

Иль басню старую, а также — прелесть вечной

Бессмертной сказки той, животной, человечной

И близкой божествам, которую в тени

Дубравы и пещер, исполненных прохлады,

Сатиры желтые и белые Дриады

Разыгрывают так, как и в былые дни.

Спешите, час настал, и ждет толпа в молчаньи.

Во взоре у детей и кротких стариков

Вам улыбается приветно ожиданье.

Ворота, скрытые под тяжестью венков,

Гостеприимная открыла вам столица;

Вы приближаетесь, держа в руке цветок —

Нарядные плащи, расписанные лица,

И каждая из вас, чтоб он упасть не мог,

Шнурует свой котурн, переступив порог.

НА ВОРОТАХ НИЩИХ

Нас гонит ураган и леденят морозы,

И лица нам кропят холодным ливнем слезы.

Нет ничего для нас ужаснее зимы,

Когда, готовые упасть среди дороги,

С мольбою к путнику взываем тщетно мы.

Собаки яростно у нас кусают ноги,