АНОНИМYС – Дело наследника цесаревича (страница 34)

– Что случилось, Ватанабэ-сэнсэй? – спросил он негромко.

Лицо старика дрогнуло и словно бы осыпалось.

– Внучка, – чуть слышно проговорил он. – Они украли Ёсико.

Несколько секунд гости потрясенно молчали. Первым пришел в себя коллежский советник.

– Кто – они? – спросил он.

– Я не знаю, – чуть слышно отвечал ямабуси. – Поэтому я и позвал вас. Вы говорили, что работаете в русской полиции. Я прошу вас найти мою внучку. Мой сын погиб, и она – единственное дорогое мне существо. Я отдам все, что у меня есть. Просите любое вознаграждение. Я научу вас всему, что знаю – но найдите Ёсико.

Он смотрел на коллежского советника с какой-то почти детской надеждой. Почти так же посмотрел на Загорского и помощник. В глазах его читалось: господин, вы самый умный человек на свете, поможем несчастному старику!

– Но почему вы просите меня? – спросил Загорский. – Есть же местная полиция.

Ямабуси нетерпеливо махнул рукой: он знает местных полицейских, это набитые дураки, бывшие самураи и крестьяне, не способные ни на что. Ватанабэ-сэнсэй был прав: японскую полицию создали совсем недавно, профессионалов сыска там надо было искать днем с огнем.

С минуту Нестор Васильевич угрюмо молчал. Потом поднял глаза на хозяина дома.

– При каких обстоятельствах произошло похищение?

Старец отвечал, что обстоятельства ему неизвестны. Внучка просто не явилась ночевать. Загорский, услышав это, хмыкнул. Может быть, она просто ушла гулять. Весна, молодость, любовь… Но Ватанабэ-сэнсэй решительно покачал головой. Ёсико предупредила бы его. И вот еще что нашли его люди в лесу. Он положил на стол длинную заколку и кусок рукава от кимоно.

– Она владеет боевыми искусствами, она защищалась, но враги – или враг – оказались сильнее.

Нестор Васильевич внимательно осмотрел заколку и кусок рукава. Потом показал на грязный след, оставшийся на ткани:

– Это женская обувь?

– Да, это ее сандалии.

Коллежский советник только головой покачал. Сказал, что ему нужно осмотреть место похищения.

Ватанабэ-сэнсэй отвел его в лес, где нашли заколку и рукав. Нестор Васильевич осмотрелся, и брови его удивленно поднялись вверх.

– Это случилось прямо здесь? – сказал он. – Не в лесу, не в чаще, а прямо на дороге? Очень странно.

Харуки был совершенно согласен с господином. Хотя, поразмыслив, Нестор Васильевич изменил свое мнение. Тащить девушку в чащу было бы неразумно. Это значило оставить после себя явные следы на земле. А на каменистой горной дороге искать следы гораздо труднее. Если бы не рукав и заколка, никто бы даже не понял, как и при каких обстоятельствах исчезла девушка.

Похитители были не так глупы, как могло показаться.

– Первым делом надо бы выяснить, кому все это может быть выгодно, – заметил Загорский, когда они вернулись в дом к ямабуси. – У вас были враги?

Старик развел руками: у людей влиятельных и известных всегда есть враги. И много врагов. Как понять, кто из них мог решиться на такое преступление? Нестор Васильевич кивнул: замечание вполне резонное, вот только поисков, увы, оно никак не облегчит. Не присылали ли ему требований о выкупе? Ватанабэ-сэнсэй покачал головой – никаких требований, ничего.

Харуки обратил внимание хозяина на сломанную березовую ветку. Тот кивнул, но лицо его не оставляло скептическое выражение.

– Ветка, конечно, сломана, – сказал он, – но кем и, главное, почему? Это единственное место, под которым остались следы на земле. Однако это просто отпечатки ног, как если бы человек отошел от дороги, сломал ветку и вернулся обратно. Никаких следов борьбы, в результате которой могла быть сломана ветка, здесь нет. Более того, здесь нет следов вашей внучки. Таким образом, сломанная ветка либо не имеет никакого отношения к делу, либо сломали ее с целью какой-то странной демонстрации. Я мало знаком с японской символикой, может быть, это какой-то знак лично вам, господин Ватанабэ?

Ямабуси посмотрел на Загорского хмуро: даже если это какой-то знак, он его смысла не постигает. На это Нестор Васильевич сухо заметил, что если смысла этого не постигает сам учитель, ему вдвойне будет трудно его понять.

– Кстати, – сказал он внезапно, – нет ли в числе ваших врагов иностранцев?

Сэнсэй посмотрел на него удивленно: при чем тут иностранцы?

– При том, что следы возле сломанной ветки оставлены западными ботинками, – отвечал коллежский советник. – Вроде тех, которые ношу я.

Ямабуси задумался. Загорский тем временем заметил, что вообще, наверное, стоило бы поискать свидетелей похищения. Может быть, дело в лесных богах, но его не оставляет ощущение, что лес просто набит людьми, которые, не переставая, ведут за ними слежку.

Ямабуси острым взором обвел деревья, но никого не увидел. Нестор Васильевич, впрочем, тоже никого не видел. Но видеть в данном случае не обязательно, достаточно чувствовать. Если лес так населен – людьми ли, духами или богами – вероятно, кто-то из них видел процесс похищения, а, может быть, даже и участвовал в нем. Осталось только воззвать к ним – авось да и отзовутся.

– Вы верите в богов и духов? – спросил ямабуси удивленно.

– А вы не верите? – парировал Загорский.

Ямабуси отвечал, что он, некоторым образом, сам служитель здешних духов, но чтобы в духов верил просвещенный иностранец? Нестор Васильевич заметил, что опыт научил его ничего не отвергать без проверки. Когда ему докажут со всей очевидностью, что богов и духов не существует, он готов исключить их из своей картины мира.

– Впрочем, – добавил коллежский советник, – не думаю, что тут приложили руку сверхъестественные существа. Действовали явно люди, причем действовали топорно. Я бы сказал, что это не настоящее похищение, а инсценировка. Другой вопрос, кому и зачем она понадобилась? У меня ответа на этот вопрос пока нет. Может быть, он есть у вас?

И Нестор Васильевич в упор поглядел на ямабуси. Тот медленно покачал головой. Коллежский советник пожал плечами.

– В таком случае я вам рекомендую все же обратиться в местную полицию. Вероятнее всего, Ёсико прячут в какой-нибудь из здешних пещер. Полагаю, что их местонахождение вы знаете лучше кого бы то ни было. А мне позвольте откланяться…

Кустистые брови старца взметнулись вверх от изумления. Неужели Токуяма-сан отказывается ему помочь? Токуяма-сан отвечал, что тут не требуется его помощь, вполне хватит усилий местной полиции и доброхотов, которые, он уверен, с удовольствием помогут Ватанабэ-сэнсэю.

И он, поклонившись, пошел прочь. За ним поспевал насмерть перепуганный Харуки. Милосердная богиня Ка́ннон[33], понимает ли господин, что он наделал? Теперь ямабуси станет ему врагом!

– Он уже стал мне врагом, причем врагом злейшим, – отвечал Нестор Васильевич. – Я не знаю, в чем причина, но он просто кипит от ненависти.

Тут его прервал помощник и заявил, что знает, кто украл девушку. После чего рассказал о разговоре между Ёсико и незнакомым парнем, который случился в саду Ватанабэ-сэнсэя.

– Это он украр Ёсико-сан, – убежденно подытожил Харуки.

К его удивлению, слова эти не вызывали у хозяина никакого интереса. Тот только плечами пожал. Может быть, так оно и есть. А может быть, по-другому. Одно можно сказать точно: вся эта история с похищением направлена против него, Загорского. Если бы он ввязался в расследование, то оказался бы в положении мухи, попавший в сети паука. Однако и сейчас опасность не миновала.

– Поэтому слушай меня внимательно и исполняй все в точности, – сказал Нестор Васильевич.

Подробный инструктаж занял минут пять, по окончании которого Харуки смотрел на господина, как на ожившего покойника или привидение, что, в сущности, одно и то же.

– Я не оставрю хозяина одного, – нерешительно начал он.

Но хозяин не дал ему договорить, а тоном, не терпящим возражений, велел выполнять сказанное. Что же касается его самого, ему нужно проверить кое-какие свои догадки. С этими словами он сильно хлопнул мула помощника по крупу, и напуганное животное рысью понеслось вперед. Дождавшись, пока Харуки скроется за поворотом, сам Загорский съехал на лесную тропинку и, не торопясь, двинулся по ней вглубь леса.

Ему предстояло кое-что найти. Дело намечалось нелегкое, поскольку искать что бы то ни было в этом незнакомом лесу было довольно трудно. Правда, коллежский советник исходил из того, что к нужному месту вполне может привести его верно выбранная тропинка. Другое дело, что тропинок в лесу – великое множество, как выбрать правильную?

Для решения этого вопроса Нестор Васильевич собирался использовать метод, знакомый иллюзионистам и магнетизерам. Обычно зрители в цирке прячут какую-нибудь вещь, потом магнетизер берет одного из зрителей за руку и ведет его по помещению. По ничтожно слабым токам от руки зрителя он угадывает верное направление – и, в конце концов, находит спрятанный предмет.

Примерно то же собирался проделать и коллежский советник. Он не шутил, когда сказал, что лес набит народом, он отчетливо чувствовал на себе посторонние взгляды. Кто-то прятался в чащобе, кто-то следил за ним. После водяного ритуала, в результате которого он чуть не погиб, чувствительность Загорского обострилась многократно. Было ли причиной тому пробуждение подлинного «ки» или вызванное смертельной опасностью увеличение электрической активности мозга, но Нестор Васильевич обрел что-то вроде дальновидения, причем смотреть глазами ему было не нужно, он как бы чувствовал мир вокруг кожей.