Анне-Катарина Вестли – Гюро и скрипка (страница 29)

– Не речь, – сказала Тюлинька. – Одна маленькая девочка выступит перед нами на скрипке. Она получила скрипку в подарок на Рождество, с тех пор взяла несколько уроков у учителя, которого зовут Аллан. Пожалуйста, Гюро! Прошу!

Гюро вошла одна. Она поклонилась и сыграла колыбельную, которую когда-то давно пел ей папа.

Когда она закончила, все захлопали, а Эдвард сказал:

– Какая милая мелодия! Я тоже слышал её. У тебя есть эти ноты?

– Нет. Только у меня в голове, – сказала Гюро.

Гюро вышла, а Тюлинька снова хлопнула в ладоши и сказала:

– Дело в том, что у Гюро тоже уже есть ученик, и сейчас мы послушаем ещё одно выступление. – Установив пюпитр для нот, она снова пригласила – Прошу!

Вошли Гюро и Сократ. Лица у них были очень серьёзные. Оба поклонились.

– Ну и ну! – удивился Эдвард.

– Раз, два, три, четыре, – сказала Гюро.

– Вот это да! Сократ! – не верила своим глазам его мама.

– Тсс, – шикнула Аврора.

Гюро и Сократ заиграли.

Закончив, они поклонились, торжественно удалились на кухню, вернулись и поклонились ещё раз, потому что аплодисменты не стихали.

– Как это вам удалось? – спросил Эдвард. – И где он позаимствовал скрипку?

– Это его скрипка, – сказала Гюро. – Так что ему не нужно заимствовать. Это Тюлинька ему купила.

– Да, – сказала Тюлинька. – Помните, я сказала, что сама себе покупала в магазине подарки, а на этот раз мне больше всего хотелось, чтобы у Сократа была скрипка, а то он так мучился с большой, которая есть у Гюро. Скрипка обошлась недорого, так что вы можете из-за этого не переживать.

– Мне показалось, что они местами фальшивили, – не утерпела Лиллен.

– Неужели, Лиллен? – сказала Тюлинька. – Знаешь, чему тебе надо бы поучиться? Тебе надо научиться слышать верный тон. Поначалу всегда проскакивают фальшивые звуки – как же без этого! – но главное-то в том, что другие были совершенно чистыми, и это, мне кажется, здорово! Попробуйте сами, если хотите, тогда вы сразу поймёте, как это трудно.

Все захотели потрогать скрипки, а в завершение Гюро и Сократ стали играть что попало, с бешеной скоростью, просто потому, что это было забавно. И тут раздался звонок. Это были соседи.

– Что это вы здесь шумите весь вечер! – сказали они. – Мы хотим покоя и не согласны терпеть это безобразие!

– Всё, всё, извините, пожалуйста! – сказала Тюлинька.

– Давайте перейдём к нам, – предложил Эдвард. – Тогда мы ещё поиграем, а я сяду за пианино.

Они отправились туда всей компанией, но едва начали играть, как зазвонил телефон.

– Сейчас нас и отсюда, наверное, прогонят, – огорчился Эдвард, снимая телефонную трубку.

Но оказалось не так. Звонили не сердитые соседи, а бабушка из лесного дома.

– Тут они, что ли? – заговорила она сначала сама с собой. – Ага, они тут! Я пыталась дозвониться Тюлиньке, но там никто не отвечал.

– Понятно, – сказал Эдвард. – Мы всей компанией перешли сюда. Как жаль, что вы, бабушка, не смогли прийти. Я слышал, вы побоялись бросить дом.

– Да, – стала рассказывать бабушка. – И правильно сделала. Потому что тут снова загорелось. Я к вечеру прилегла маленько вздремнуть, а остальные все были в доме, тут оно и началось. Пожарные здесь, на месте, но они говорят, что хорошо бы ещё людей на подмогу, потому что надо спиливать деревья, работы много. Мы понимаем, что у вас там праздник, но, может, придёте?

– Конечно, – сказал Эдвард. – И позову всех, кого знаю. Мы постараемся быть у вас как можно скорей. – Требуется наша помощь, – объявил Эдвард, положив трубку. – В лесу начался пожар. Наденьте какую-нибудь подходящую одежду.

– Гюро и Сократ, наверное, ещё малы, чтобы брать их с собой на пожар, – сказала Мари.

– Я так не думаю, – возразил Эдвард. – Они тоже любят гулять в лесу, любят лесной домик. Пускай только пообещают, что никуда не будут уходить со двора, чтобы нам не надо было за них тревожиться.

– А я, пожалуй, не пойду, – заявила Лиллен. – Я такая нервная!

– Оставайся тогда у нас в квартире, – предложила Тюлинька. – Я приготовила тебе постель в маленькой комнате. Ты можешь там полежать с книжкой и поспать. Мы с Андерсеном, наверное, до ночи не вернёмся.

Гости разошлись по домам, чтобы переодеться во что-нибудь попроще, и все по дороге рассказывали встречным о том, что случилось. И вот что удивительно: если обыкновенно люди в Тириллтопене жили каждый сам по себе, а молодежь часто слонялась без дела, не зная чем себя занять, то тут все вдруг поняли, что надо делать. Эдвард встретил большого мальчика, которого звали Кнут. Эрле встретила девочку, которую звали Грю. Те передали известие всем знакомым и незнакомым, и вскоре к лесу потянулась целая толпа народу. Многие несли с собой лопаты и топоры, а Бьёрн – бензопилу, которую недавно купил. Вообще-то он приобрел её для хижины в Кюлпене, но тут она как раз очень пригодилась. У Эрле был топор, а Тюлинька и Андерсен припасли то, о чём больше никто не подумал: они собрали и захватили с собой все оставшиеся от праздника пирожные и булочки. Нюссина мама взяла с собой большой пакет кофе, хлеб и пачку маргарина.

Подойдя к дому в лесу, они даже испугались: пожар полыхал так, что над лесом стояло зарево, и горело неподалеку от дома. Пожарные были на месте, и к ним подъехало ещё несколько пожарных машин. Всем дали задание, кому и что надо делать. Отец и восемь детей пилили большое дерево, которое росло поблизости от дома. Теперь помощников прибавилось, и было решено, где лучше всего проложить просеку, чтобы остановить пожар. Мортен поливал из ведра ёлочку, которая росла внутри ограды. Это было его деревце, его подарил Мортену Ларс ещё несколько лет назад, это дерево было вынуто экскаватором вместе с почвой, когда через лес прокладывали дорогу. Ёлочку перенесли на участок, она с тех пор выросла и стала Мортену выше головы. Мортен решил на всякий случай хорошенько облить водой дерево и траву вокруг.

Все дружно взялись помогать, и все вдруг поняли, как они любят свой лес, так близко расположенный к Тириллтопену. Наверное, все в нём гуляли и все знали домик в лесу.

В хлеву громко мычали корова Роза и Бычок. Они не очень-то понимали, что происходит вокруг, но слышали человеческие голоса и что-то почувствовали. Они просили, чтобы их выпустили, и не хотели оставаться взаперти.

– Как думаешь, не забрать ли мне животинок к Ларсу? – спросила бабушка. – Для них тут сейчас не лучшее место. А так останутся целы, если вдруг пожар перекинется на хлев.

– Да, – сказал отец восьмерых детей. – Ты права, бабушка. Позови с собой кого-нибудь в помощь, а я пока посажу кур в ящик, чтобы увезти их на тачке.

В помощь бабушке отрядили Мортена и двух взрослых парней.

– Можно мы с вами? – спросила Гюро. – Мы будем присматривать.

– Отчего ж нельзя, пойдём вместе, – сказала бабушка. – Эй, Самоварная Труба, где ты там?

Самоварной Трубы нигде не было видно. Испугавшись громких голосов, она забилась под бабушкину кровать и ни за что не хотела вылезать.

– Ладно, оставь её здесь, – сказала женщина, которую звали Мартой. – Можешь положиться на нас, мы её тут не бросим, если придётся вдруг уходить. Но я думаю, они справятся с пожаром, правда?

– Я очень надеюсь, – вздохнула бабушка. – Ну, мы пошли.

К счастью, дорога к Ларсу вела прочь от пожара. Когда корову Розку и Бычка вывели из хлева, они норовили вырваться. Но с бабушкой было двое сильных парней, которые могли удержать испуганных животных. Помощь Гюро и Сократа тоже оказалась не лишней, они помогали толкать тачку с курицами.

Сначала в воздухе чувствовался жар, но чем дальше в лес, тем становилось спокойнее, только видны были позади клочья дыма, а потом и вовсе стало незаметно признаков пожара. Гюро ещё никогда не заходила поздним вечером так глубоко в чащу леса, это было настоящее приключение, хотя и печальное, потому что в лесу был пожар. Дул несильный ветер, и деревья раскачивали макушками. Самые старые из них потрескивали. Иногда за деревьями слышался шорох. Может быть, это пробегала лиса, а может быть, только мышонок. Разве узнаешь, кто там шебаршится! Один раз кто-то ухнул, и бабушка сказала:

– Это кричит сова.

Наверное, она заметила, что Гюро и Сократ вздрогнули.

Наконец они пришли на хутор Ларса и Анны. Дома они застали одну только Анну. Ларс, наверное, узнал, что случился пожар, и, взяв топор, отправился помогать.

– Вот здесь можно оставить скотину, – сказала Анна бабушке. – Я за ней присмотрю. А кур можно пока в амбар, я боюсь запускать их в курятник к нашим курам. Дело уже к ночи, и они могут обидеться на запоздалых гостей.

Потом все устроились в просторной кухне, и Анна дала им попить горяченького, чтобы они согрелись перед тем, как отправиться в обратный путь.

В стороне от дома была вырублена широкая просека, а пожарные с несколькими добровольцами затеяли что-то непонятное. Гюро ужасно испугалась: они разводили огонь там, где не было никакого пожара.

– Разве можно! – воскликнула Тюлинька, которая собирала с земли и оттаскивала в сторонку валявшиеся после рубки ветки. – Что вы такое придумали!

– Мы пускаем встречный огонь, – сказал пожарный. – Отойдите-ка все подальше! Сейчас увидите.

И Гюро увидела, как огонь старого пожара встретился с новым огнём. Оба пожара столкнулись и вступили в схватку друг с другом. Оба скоро обессилели и, взметнувшись напоследок снопом искр, упали, приникнув к земле. Пожарные залили всё водой, и внезапно наступила темнота. Место, где горело, сильно дымилось.