Аннабель Стедман – Похититель единорогов (страница 25)
– О нет-нет-нет, – забормотала Фло слева от Скандара, но он едва мог различить её лицо в клубах пара, поднимающегося от Серебряного Клинка.
– А теперь поверните правую руку, на которой остался шрам, ладонью вверх. Положите её на бедро… Вот так. Постарайтесь не думать об этом словами, просто представьте, как ваша ладонь светится красным, как в ней разгорается пламя. Кому-то проще делать это с закрытыми глазами.
Скандар подумал, что сидеть верхом на опасном магическом звере с закрытыми глазами – идея крайне глупая.
Справа от него раздался победный возглас. Бобби продемонстрировала инструктору Андерсону свою ладонь.
– Чтоб у меня уши загорелись! – пошутил он. – Отличная работа. Очень редко воздушному магу удаётся первым призвать огонь.
Эмбер его похвала явно задела:
– Как это у неё так быстро получилось? Она даже не с Острова!
– Как говорят у нас в Великобритании, – отозвалась Бобби, – на гении и шапка горит.
– Агх, о чём она вообще? – отвернулась Эмбер.
– Бобби, что-то я не припомню у нас такого выражения, – сказал Скандар, с завистью глядя на пламя в её ладони. Сам он был почти уверен, что если сконцентрируется на мысли «Хочу огонь в своей руке» хоть немного сильнее, то просто потеряет сознание.
Бобби подмигнула ему:
– Эти островитяне считают себя пупом земли. Так пусть убедятся, что мы, британцы, тоже кое-что умеем, им это пойдёт на пользу.
– Так не должно быть! – возмутился Митчелл, ни к кому конкретно не обращаясь. – Я читал…
– Ты что, не слушал? – подначила Бобби. – Мы общаемся с нашими единорогами
– Я слушал… – начал Митчелл, но Бобби уже потеряла к нему интерес, отвлёкшись на огонь, который успел разбежаться по её предплечьям.
Скандар решил последовать её примеру и, положив ладонь на шелковистое основание шеи Негодяя, представил, как посреди неё вспыхивает пламя. Ладонь закололо, и он открыл один глаз и ощутил прилив возбуждения: шрам светился алым! Сделав глубокий вдох, он сосредоточился на мысленном образе.
– Скандар, у тебя получается! У тебя получается! – взвизгнула Фло.
Скандар торопливо распахнул глаза, и действительно – на его ладони плясали маленькие язычки пламени. Магия не обжигала, но он чувствовал пульсацию в шраме, почти как сердцебиение. Негодяй громко закричал и захлопал крыльями, довольный выполненным заданием. В груди Скандара будто надулся воздушный шар из чистого счастья, и его было так много, что он усомнился, что эта эмоция принадлежит лишь ему одному.
– Да! – Скандар наклонился и похлопал Негодяя по гладкой чёрной шее. – Да, молодчина, дружище. У нас получилось!
Стоило слепышам призвать первый огонь – и дальше тренировка пошла резвее. Самое сложное было держать единорогов под контролем. Скандар насчитал минимум четверых ребят, свалившихся на землю, когда их единороги внезапно встали на дыбы, взбрыкнули или сорвались с места. Лоуренс кувыркнулся головой вперёд, когда его единорог Ядовитый Вождь резко припал на передние ноги, а Скандар и сам едва удержался, когда Негодяй взвился на дыбы, чтобы поймать себе на ранний обед пролетающую мимо птичку.
Несмотря на весь этот хаос, инструктор Андерсон сохранял полнейшее спокойствие и водил Жар-Птицу туда-сюда вдоль шеренги, раздавая советы. Напоследок он велел им бросить огнём в землю – как первый шаг в освоении огненных шаров.
Скандар был так поглощён упражнением, что лишь вопль Фло привёл его в чувство.
В нескольких метрах от него Серебряный Клинок встал на дыбы и застыл в этой позе, бешено махая крыльями. Фло каким-то чудом усидела у него на спине, держась за серебряную гриву, пока вокруг них трещала стена огня. Глаза Клинка светились красным, из ноздрей валил чёрный дым и закручивался вокруг рога.
Инструктор Андерсон что-то кричал Фло, но её едва было видно за ревущим пламенем. Все наездники, позабыв об упражнении, в ужасе смотрели на Клинка. От огня веяло таким жаром, что у Скандара защипало щёки, а глаза заслезились от раскалённого воздуха и дыма. Он быстро заморгал, боясь потерять Фло из виду.
Клинок заревел на Жар-Птицу, но та не отступила и заревела в ответ, и спустя несколько напряжённых секунд стена пламени исчезла и серебряный единорог с тяжёлым стуком опустился на передние копыта.
Инструктор Андерсон, встревоженно хмурясь, помог Фло спешиться.
– Всем вернуться к упражнению! – скомандовал он впервые по-настоящему суровым тоном. Даже языки пламени на его ушах угрожающе вытянулись вверх. Он одной рукой приобнял Фло за дрожащие плечи и отправил их с Клинком назад в Гнездо.
Остаток тренировки Скандар едва мог сосредоточиться. К тому моменту, когда инструктор наконец отпустил слепышей, они представляли собой жалкое зрелище. Почти все успели поваляться на земле, лица большинства были в грязи или пепле, а некоторые подпалили волосы или брови. Скандар был твёрдо намерен, вернувшись в Гнездо, немедленно отправиться на поиски Фло, чтобы узнать, как она, но, к его удивлению, перед стойлом Клинка толпились люди.
Скандар узнал голос островитянки Мейбел:
– Везёт тебе! Сарика, только посмотри!
Фло стояла, прижавшись спиной к дверце.
– Невероятно! Хотя ты же земной маг, металл – это вроде как тоже твоя стихия. Но как это случилось? – спросил Зак, закрывавший Скандару обзор.
Он едва услышал тихий ответ Фло:
– Я не знаю. Просто так… получилось.
Скандар решительно протолкался сквозь толпу, чтобы спасти Фло от всеобщего внимания, чем бы оно ни было вызвано. Но, увидев её, остановился как вкопанный.
Несколько прядей в чёрном облаке её волос стали серебряными.
Вечером Скандар возвращался в их дом на дереве в одиночестве. Он услышал, как инструктор Андерсон объяснял Заку, что купола будут использовать ещё пару месяцев, вплоть до Фестиваля Земли, и эта новость не на шутку его взволновала. Для него купола были подобны боковым колёсам велосипеда, и без них жёсткое падение представлялось неминуемым.
К этому прибавился страх из-за мутации Фло: не заметить её было невозможно – но как себя в этом плане проявлял элемент духа? В поисках ответа, как ему скрыть свою стихию, Скандар, удостоверившись, что Негодяй после тренировки со всеми удобствами расположился в стойле, отправился в поход по всем четырём библиотекам стихий.
Библиотеки Гнезда тоже располагались на деревьях и поражали красотой: крыша каждой была сделана в виде открытой книги, положенной страницами вниз так, что корешок играл роль конька. Это были огромные многоэтажные здания, украшенные изображениями их стихии. В библиотеке воды, например, железные стулья и полки были выкованы в форме волн, а стены снаружи и внутри украшали картины водных магов, творящих магию.
Там Скандар нашёл писания четырёх стихий: «Книгу Огня», «Книгу Воды», «Книгу Воздуха» и «Книгу Земли». Но нигде не было ни слова о запрещённом элементе, и теперь он не мог отделаться от пугающей мысли, что Агата, привезя на Остров духовного мага, возможно, сыграла на руку Ткачу.
Скандар повесил свою жёлтую куртку на крючок с внутренней стороны входной двери. В его комнате дожидались своего часа ещё три куртки – зелёная, красная и синяя, символизирующие каждый из сезонов четырёх стихий, начало которых отмечалось соответствующим фестивалем. Куртки слепышей выглядели очень скромно по сравнению с куртками старших ребят, успевших привнести в них неповторимый стиль за счёт узорчатых заплаток на разрывах, цветных металлических заклёпок на рукавах и вышитых символов элементов на месте подпалин. А куртку Скандара украшала лишь одинокая стилизованная пара крыльев на правом рукаве, обозначающая его первый год обучения в Гнезде.
В доме было непривычно тихо, если бы не треск поленьев в камине, дымовая труба которого выходила за пределы Гнезда. Скандар надеялся поговорить с Фло, ведь он так и не сумел спросить, как она, не говоря уж о мутации. Но, несмотря на тревогу за неё, страхи из-за мутаций и из-за того, что Эмбер видела белое сияние его ладони, Скандар, глядя вокруг себя, почувствовал, что его распирает от счастья.
Он обожал их четыре кресла-мешка в цветах стихий, обожал книжный шкаф, полки которого заставлены книгами о единорогах, и обожал этот тяжёлый каменный ящик, служащий вместо холодильника. Но больше всего он обожал ствол, проходящий по самому центру дома. Вбитые в его кору металлические ступени спиралью поднимались до верхнего этажа, откуда из круглого окошка открывался вид на Гнездо и простирающийся позади него Остров. Здесь Скандар чувствовал себя в безопасности. Совсем как дома.
Кстати говоря… Он взял с полки книжного шкафа альбом и карандаш и сел писать письмо Кенне. Боясь, что отдел связей с наездниками может проверять всю корреспонденцию, он не стал упоминать элемент духа, решив вместо этого нарисовать их дом и рассказать о первой огненной тренировке, мутации Фло и – в животе заворочался комок вины – спросить, как она справляется одна с папой. Он написал первое, что пришло на ум.