Аннабель Стедман – Похититель единорогов (страница 18)

Из-за настроенных как попало этажей эти дома больше напоминали неуклюжие башни. Некоторые уходили вверх в высокие кроны на восемь уровней, а другие простирались так далеко, что невозможно было понять, где они кончаются. В этом море сочной зелени они выделялись серыми пятнами, хотя на стенах многих пестрели яркие граффити: синие, символизирующие воду, красные – огонь, жёлтые – воздух, и зелёные – землю. Скандару не хотелось гадать, с каким цветом ассоциируется элемент духа.

Люди собирались на мостиках из металлических кабелей, соединяющих каждые уровни домиков и поблескивающих в лучах полуденного солнца, покачиваясь между несущими ветвями. Куда ни посмотри – на мостах, платформах, в окнах домов, – отовсюду за новоиспечёнными наездниками и их единорогами наблюдали подростки, болтающие между собой, смеющиеся и указывающие на них пальцами.

Скандар вдыхал землистый аромат леса, воздух здесь был таким свежим, что он практически мог почувствовать это на вкус. С крыш домов, должно быть, открывался вид на десятки метров; Гнездо, насколько он знал, находилось на самой высокой точке Острова, как бдительный постовой в бессменном карауле. В небе – в тех его клочках, которые виднелись среди листвы, – летали единороги, отбрасывая на землю крылатые тени. И Скандар подспудно понимал, что ему никогда не удастся запечатлеть во всех деталях магию этого места, даже нарисуй он тысячу картин в своём альбоме.

И поэтому, несмотря на всё – на Ткача, на элемент духа и на замазанную белую отметину Негодяя, – Скандар улыбнулся.

– Ты уже не в Маргейте, – пробормотал он, стараясь вобрать всё вокруг себя.

– Опять говоришь сам с собой? – К нему подошли Бобби и Фло со своими единорогами.

С мостов над ними послышались крики:

– Серебряный единорог! Смотрите, новая серебряная! Вон!

Скандар был вынужден признать, что Серебряный Клинок Фло выглядел потрясающе. Дома он и подумать не мог, что существуют единороги такой масти, как жидкий металл, и с рогом как острейший разделочный нож.

– Так, э-эм, что теперь? Обед? – с надеждой спросил Скандар. Негодяй с подозрением покосился на его заурчавший живот.

Фло засмеялась, но было очевидно, что все это внимание ей не по нраву.

– Не знаю точно… По линиям разлома мы будем проходить на закате, а до этого, возможно, нам дадут что-нибудь поесть…

– Мы уже сегодня узнаем наши основные стихии? – голос Бобби встревоженно дрогнул.

Фло кивнула и указала на деревья впереди:

– Раскол вон там – где линии разлома встречаются. Видите?

Скандар всмотрелся между тёмными стволами на поляну, куда официальные лица как раз закатывали золотой обруч. Они с громким стуком уронили его на твёрдую землю и сместили немного вправо, затем влево, пока не остались довольны его положением.

– Гнездо построили вокруг Раскола, потому что благодаря ему наши единороги способны проявить максимум своего магического потенциала, – продолжила Фло. – И это весьма кстати, потому что здесь учат всему: теории стихий, технике битв в небе, этикету гонок, даже обязанностям Командующего – на случай, если когда-нибудь кто-то из нас выиграет Кубок Хаоса… – Она осеклась, отвлекшись на ребят, зовущих её с металлического моста и размахивающих красными флагами с изображениями огня.

Скандар читал о Пути: каждый новый наездник с единорогом становились на Расколе, в месте слияния четырёх линий разлома, проходящих сквозь всю толщу Острова. По легенде, эти линии служили источником его магии, рассекали весь Остров, деля его на четыре зоны: огня, воды, земли и воздуха. Церемония, о которой рассказывала Фло, должна была выявить, кто к какой стихии принадлежит. Их «лучший элемент», как объясняла на уроках мисс Бантресс. Скандар снова проверил, что отметину Негодяя не видно под чернилами. Только бы этого оказалось достаточно, чтобы больше никто не заподозрил в нём духовного мага.

К новоиспечённым наездникам и единорогам, растерянно толпящимся между стволами, направилась девушка с короткими чёрными волосами, смугловатой кожей и доброжелательной улыбкой. Кроме значка воздуха с золотой спиралью её жёлтую куртку украшали лоскуты разной материи, затейливое металлическое перо и пять вышитых пар крыльев на правом рукаве. Скандар, к своему немалому облегчению, увидел свисающую с её локтя проволочную корзину, полную сэндвичей. Девушка помахала рукой для привлечения внимания:

– Всем привет! Меня зовут Нина Кадзама. Я родом из Великобритании, как кое-кто из вас, – она подмигнула, ни на кого конкретно не глядя, – учусь на последнем курсе Гнезда. Я покажу вам, где стойла, чтобы вы и ваши маленькие единороги смогли передохнуть до заката. За мной, слепыши!

– Слепыши?! – оскорбилась Бобби.

– Так мы зовём наездников на первом году обучения в Гнезде, – ослепительно улыбнулась Нина, раздавая всем в очереди по сэндвичу. – Второкурсники – это пискуны, третьекурсники – слётки, четверокурсники – молодняк, а пятикурсники – как я – хищники.

– О, привет, Флоренс! – Нина неловко приобняла Фло одной рукой, стараясь не задеть Клинка, под копытами которого булькали лужицы лавы. Серебряный единорог выглядел до глубины души возмущённым нарушением его личного пространства.

– Её папа – мастер сёдел, – пояснила Нина стоящим рядом слепышам. – Сёдла Шекони – лучшие на всём Острове. Разрази меня гром, но я до сих пор не могу поверить своему везению, что для одного из своих творений он выбрал нас с Ошибкой Молнии.

На лице Фло смущение мешалось с гордостью.

Нина жестом призвала слепышей следовать за ней.

Скандар проходил мимо Митчелла, когда тот простонал:

– Ох, Ночь, что ты делаешь!

Его единорог отказывался двигаться с места, он спрятал голову под крыло, совсем как ребёнок, закрывающий лицо руками, будто это делает его невидимым.

Нине стоило отдать должное: Скандар не знал более энергичного человека. Пока они шли между стволами, она не умолкала ни на секунду.

Пока Нина рассказывала о домах целителей, половина которых специализировалась на ранениях наездников, а другая – единорогов, Бобби бурчала что-то насчёт «не может человек быть таким жизнерадостным». Но Скандар с восторгом вертел головой по сторонам, уминая второй сэндвич, с радостью отметив майонез в начинке, и со жгучим интересом слушал Нину, по очереди указывающую на пять почтовых деревьев с толстыми стволами, испещрёнными дуплами, помеченными как «Слепыш», «Пискун», «Слёток», «Молодняк» и «Хищник». Скорее бы написать обо всём этом Кенне!

– Так нам можно писать домой? – спросил кто-то.

Нина кивнула, но предупредила:

– Только поменьше деталей об Инкубаторе или Гнезде. И ни слова о Ткаче. В отделе связей с наездниками этого не любят.

Скандар обнаружил себя идущим рядом с очень бледным мальчиком со светлыми кудрями. Он казался взволнованным, хотя его единорог вёл себя вполне спокойно.

– Ты тоже из Великобритании? – спросил мальчик.

Скандар кивнул:

– Я Скандар.

– Альберт, – попытался улыбнуться тот, но вышло криво. – Мне всё ещё не по себе от этого места, понимаешь? Сначала нам проткнули руки, теперь придётся совершить этот закатный Путь на глазах у всего Гнезда, а ещё эта тема с кочевниками…

– Что за кочевники?

Альберт понизил голос, и Негодяй зашипел, услышав шёпот.

– Я так понял, что здешние инструкторы могут вытурить тебя в любой момент, если посчитают, что ты не дотягиваешь до участников Кубка Хаоса. Тогда тебя объявляют кочевником, и тебе придётся навсегда покинуть Гнездо. Как по щелчку пальцев!

– Ты уверен? – Скандар упал духом: ему и так хватает причин для беспокойства. Значит, даже если его не убьют за принадлежность к элементу духа, его всё равно могут выгнать из Гнезда?

– Не думайте об этом, – сказала Нина, услышав их разговор. – Ни одного слепыша пока в кочевники не записали, инструкторы хотят дать вам всем шанс проявить себя. Вы ещё даже по линиям разлома не прошли!

– Но чем ещё можно заниматься с укрощённым единорогом, если тебе запрещено тренироваться в Гнезде? – не смог удержаться от вопроса Скандар.

Нина постаралась его успокоить:

– Кочевников учат другим профессиям, где тоже нужны единороги. И разумеется, как и участников Кубка Хаоса, кочевников раз в год отправляют в Великобританию на поиски новых наездников. На Острове тысячи кочевников, и они с их единорогами живут полноценной жизнью. Это далеко не конец света!

Но Скандар не услышал в её тоне особой уверенности.

Перед арочным проходом в стене Гнезда Нина резко притормозила, и все юные наездники торопливо натянули чумбуры, останавливая своих единорогов.

– Это западный вход в стойла – между огненным и воздушным секторами. Как видите, по правую сторону от него растут огненные растения, в основном красных и коричневых оттенков, плюс представители более жарких регионов вроде кактусов. Слева растительность воздушная – высокая трава и одуванчики, а ещё лютики и подсолнухи, тоже в жёлтых тонах. Если заблудитесь, по ним вы всегда легко определите, в каком секторе находитесь. Всего в стене четыре входа, а этот ближе всех к стойлам слепышей. Заходим.

Скандар зачарованно последовал за ней через арочный проход внутрь окружающей Гнездо стены, навстречу отражающемуся от камней эху голосов множества единорогов. Волоски на руках встали дыбом, инстинкты взвыли сиреной, предупреждая, что рядом находится хищник. Визг, рычание, рёв, крики, ржание – все эти звуки были знакомы Скандару по Кубку Хаоса, только сейчас они раздавались так близко, что кровь стыла в жилах.