Аннабель Стедман – Похититель единорогов (страница 17)

– Но…

– Не знаю, как ты, – сбавила тон Фло, – но для меня это значит намного больше, чем какие-то глупые предубеждения против духовных магов только из-за того, что один из них стал плохим.

Митчелл закусил губу, глядя куда угодно, только не на Скандара.

– Так как, Митч? – спросила Бобби, судя по голосу крайне довольная собой. – Мы ждём.

Он бросил на неё раздражённый взгляд и сделал глубокий вдох.

– Спасибо, типа, – пробормотал он в направлении Скандара, – что тебе хватило тупости рисковать своей жизнью, прогоняя от нас чудовище.

Фло вздохнула:

– Ну, на большее мы вряд ли можем рассчитывать. И Скандар, я тоже думаю, что тебе нужно подняться. Нас и без того, наверное, будут ругать, что мы так отстали.

Они с Бобби помогли ему встать. Не дожидаясь, когда Скандар закончит стряхивать с джинсов пыль, Митчелл быстрым шагом пошёл дальше вместе со своим единорогом.

– Мило, – вслед ему покачала головой Бобби.

– Угх, здесь всё ещё воняет тем диким единорогом, – поморщился Скандар. – Что с ними такое? Вся эта гниющая плоть, вонь и… – Под его кроссовкой что-то чавкнуло. – Слизь?

Фло печально посмотрела на мёртвые листья – всё, что осталось от уничтоженного дерева.

– Вечность – слишком долгий срок для любого живого существа. Поэтому дикие единороги так выглядят. Поэтому они гниют заживо. Вечная жизнь наших единорогов сократилась вместе с их укрощением. – Но дикие единороги… Их жизнь тянется невозможно долго. Поэтому они живут – но в то же время умирают, и так целую вечность. От этого нет спасения. Даже духовный маг не может их убить, – запретные слова она произнесла шёпотом и передёрнулась, несмотря на тепло июньского солнца. – Ими управляет жажда крови и убийства. И больше ничего. Некоторые из них даже летать уже не способны.

Скандара охватила невыразимая грусть. Вечно умирать – даже просто на словах это звучит ужасно: неудивительно, что тот дикий единорог выглядел таким потерянным. Потом он вспомнил кое-что ещё и почувствовал себя совсем гадко.

– Митчелл сказал, что духовные маги связаны с дикими единорогами… – Скандар оборвал себя, заметив сожаление на лице Фло.

– Я правда мало что знаю о пятом элементе, нам вообще нельзя…

– Ну, ты знаешь о нём наверняка больше нашего, – перебила Бобби и деловито подбоченилась. – Так что выкладывай.

Внутри Фло явно шла борьба между страхом нарушить правила и желанием быть честной по отношению к Скандару. Наконец она крепко зажмурилась и тихо затараторила:

– Вы смотрели Кубок Хаоса, так вот, Ткач не просто был верхом на диком единороге – он применял его магию, как если бы они были партнёрами. И все говорят, что в этом ему помог пятый элемент, но только, пожалуйста, не спрашивайте меня, как ему это удалось – я не знаю, – взволнованно добавила она. – Ткач пользовался духовным элементом во зло ещё до нашего рождения. Поэтому Остров решил, что он слишком опасен, и запретил его. Но что я точно знаю, так это, что мои родители сейчас жутко напуганы, как и все взрослые. Они считают, что Ткач задумал что-то масштабное.

– Хочешь сказать, если Скандар окажется духовным магом, все решат, что это всё часть плана Ткача, а он сам лучший друг всех гниющих диких единорогов? – не стала ходить вокруг да около Бобби.

– Именно об этом я и говорю. – Фло сглотнула. – Но давайте закроем эту тему. Никогда не любила страшилки, а этот Ткач пугает меня до чёртиков. Я даже укрощённых единорогов слегка… – Не договорив, она беспокойно покосилась на Серебряного Клинка, щёлкающего зубами на мошек.

Бобби закатила глаза:

– Идёмте.

Они нагнали остальных, но Скандар с Негодяем так и держались позади. Шагая по каменистой тропе, он без конца думал: «Хоть бы я не был духовным магом, хоть бы я не был духовным магом».

Глава восьмая. Гнездо

– Наверху!

– Вы это видели! В небе!

По очереди наездников прокатилась волна восторженных возгласов. Над головой Скандара скользнула крылатая тень, и он тоже поднял глаза. Небо кишело единорогами, то и дело уходящими в крутое пике, визжа и ревя на малышей под ними. Все они были укрощёнными, и рог у каждого был цветной, не то что у того, дикого. Скандар боролся с инстинктивным желанием пригнуться, потому что единороги пролетали всё ниже, будто подначивая друг друга. Негодяй, Ярость и другие новорождённые успели заметно подрасти – от крупной собаки до небольшого пони за каких-то пару часов, – но эти единороги были минимум вдвое крупнее. Проносящиеся над головой кровожадные создания вкупе с неутихающей в голове тревогой из-за элемента духа – неудивительно, что нервы Скандара были натянуты как струны.

Поэтому он чуть не подскочил до небес, когда из рога Ярости вылетел электрический разряд и попал в Негодяя, вынудив того отпрыгнуть в сторону. А Ярость с гордым видом обошла лужу посреди тропы. Серый единорог не захотел мочить копыта! Бобби сердито покачала головой:

– С ума сойти! Мне достался единорог-убийца, не выносящий грязи.

Скандар наблюдал за Негодяем, внимание которого вместе с маленьким рогом было устремлено в небо. Его глаза, следящие за парящими над ними единорогами, то краснели, то снова чернели, маленькие крылышки подрагивали, будто он был не прочь присоединиться к старшим сородичам.

– Мал ты ещё для этого, – со смехом сказал ему Скандар.

Чёрный единорог ответил красноречивым фонтанчиком воды из рога, попав ему прямо в глаза.

– Аргх, ты что?! – возмутился Скандар, пока Бобби заходилась в хохоте.

Негодяй захлопал крыльями и лукаво посмотрел из-под ресниц на своего напарника. Скандар начал подозревать, что его единорог обладает отменным чувством юмора.

Застопорившаяся из-за воздушного представления очередь снова двинулась вперёд, но Скандар всё равно каждые несколько секунд поглядывал вверх. Единорогов всё прибавлялось: одни лениво парили в ветряных потоках, другие игриво наскакивали друг на друга, а третьи устраивали магические бои, окрашивая небо фейерверками стихийных взрывов.

Скандар даже не замечал, что они уже какое-то время поднимаются по склону скалистого холма, пока не начал задыхаться. Неровная извилистая тропа вела их мимо огороженных участков: где-то с пятнами выжженной растительности, где-то с глубокими рытвинами в земле, а один был залит водой, и трава там была заметно зеленее. Он не сразу сообразил, для чего эти площадки, пока не разглядел следы от копыт.

– Тренировочные поля? – пропыхтел он Негодяю, остановившись на середине крутого склона: их процессии преградило путь самое огромное дерево из всех, какие Скандару приходилось видеть.

Его ствол с шишковатой корой устремился в небо, и, лишь запрокинув голову, Скандар смог разглядеть густую крону. Но к его изумлению, листья в ней были не только зелёные, а и насыщенно-красные, кукурузно-жёлтые, изумрудные и синие, как море. Разбавляли этот красочный ансамбль из цветов стихий редкие пучки светящихся белых листьев.

По обеим сторонам от гигантского дерева протянулись исполинские стены, но за фантастическим ковром из травы и цветов невозможно было разглядеть, из чего они сложены. Стена справа напомнила Скандару снимки Большого Барьерного рифа – её оранжевые и розовые растения очень походили на растущие на морском дне кораллы. Стену слева покрывал мох и тёмный вьющийся кустарник, по которым ползали целые полчища улиток и огромных слизней. А между ветками ежевики Скандар даже приметил округлые бока овощей. Что это за место?

Охраняли дерево два стража в серебряных масках верхом на единорогах. При приближении юных наездников, единороги которых уже активно задирали друг друга и размахивали рогами в опасной близости от животов, одна из стражей спешилась и приложила ладонь к стволу – точно так же как Скандар утром коснулся двери Инкубатора. Он ахнул, увидев, что по коре побежал огонёк, очертив большой круг, и эта часть подалась внутрь, открыв проём – достаточный, чтобы через него могли одновременно пройти наездник с единорогом.

Островитяне и британцы возбуждённо зашептались. Местные ребята явно тоже ещё никогда здесь не бывали, и Скандар обрадовался, что они наконец оказались в равном положении.

– Добро пожаловать в Гнездо, – с улыбкой сказала Фло, когда Скандар и Негодяй, пригнув соответственно голову и рог, присоединились к ней внутри.

Скандар оглянулся – и застыл, потрясённый до глубины души. К такому его не готовили. Туннель Живых стал для него открытием, а уж ячейку Инкубатора он точно никогда не забудет. Но это… Разумеется, он знал о подготовительной школе для наездников. И что, скорее всего, она будет отличаться от обычной школы в лучшую сторону: может, в ней есть стойла, или статуи единорогов, или очень вкусная еда с майонезом без ограничений. Но ничего подобного он точно не ожидал.

Гнездо представляло собой армированный лес из облачённых в броню деревьев. Точнее, так казалось снизу, в чём Скандар убедился, когда они с Негодяем двинулись вглубь, лавируя между тесно стоящими стволами. Дерево и металл здесь сливались в единое целое – гармония созданного природой и человеком. Металлические лестницы спускались с нижних веток, мощные стволы удерживали на себе дома, похожие скорее на железные крепости, чем на те невинные постройки из дерева, о каких в детстве грезили Скандар и Кенна вместе с папой, который для них всё это построит.