Анна Завгородняя – (не)случайная Жена (страница 46)

Когда спустя несколько минут в двери постучали и вошел лакей, сообщив о том, что девушки, отобранные из числа молодых придворных дам, явились и ждут позволения войти, я кивнула, сообщив, что пусть заходят все сразу.

— Я боюсь, Ваше Величество, — замялся слуга.

— Что не так? — удивленно приподняла бровь.

— Боюсь, что все желающие леди здесь, — он обвел взглядом комнату, — просто не поместяться.

— Тогда вели им заходить по несколько человек, — проговорила я, а сама подумала о том, что возможно, стоит дождаться прихода королевы Марии, и отменила приказ. — Нет. Пусть подождут, пока не прибудет Ее Величество!

Лакей поклонился и вышел, а я поднялась и вышла из-за стола. Оказавшись у окна, положила руки на широкий подоконник и выглянула во двор, туда, где осень плакала мокрыми каплями дождя, стекавшими по стеклу.

Мысли как-то сами, невольно, вернулись к утреннему пробуждению. Щеки будто окатило огнем. Не удержавшись, вскинула руки и прижала их к лицу, глядя, как отражение в стекле, взволнованное, сверкает глазами.

Грегор. Что же он творит! Почему заставляет меня сгорать от стыда и одновременного желания? Почему мое тело так предательски реагирует на его ласки. Ведь я почти готова была сегодня выбросить белый флаг! Сдаться, уступить его напору, понимая при этом, что никто не осудит меня. В глазах всех мы — муж и жена. Более того, мы ждем общего ребенка. Так почему я не хочу дать королю то, чего он так пытается добиться? Ведь не маленькая. Прекрасно понимаю, что ему надо. Каждое утро просыпаюсь рядом с ним, чувствуя желание его тела и его ненасытных рук. Он-то думает, что я сплю, пока касается меня. А я едва сдерживаюсь, чтобы не повернуться и не взглянуть прямо в его глаза, спросить, чего он добивается от меня, и почему не действует прямо! Хочет соблазнить? Хочет, чтобы сама взмолилась о том, чтобы взял меня, как жену?

Я вздохнула. Грегор мне не понятен. Ни одного слова о чувствах. Просто его желание, увеличенное влечением из-за этой треклятой ленты, будь она неладна! Получалось, что если бы лента не показала, что мы с ним являемся истинной парой, он не стал бы добиваться моего расположения? Или стал бы? Тогда зачем придумал этот договор?

Я не была ему нужна, пока оставалась просто Леей Мильберг, девушкой из обедневшего рода, человечкой, которая пошла в отца, не в мать, с отсутствующими способностями к магии. Да, его ребенок под моим сердцем, сейчас защищает меня, придает сил. Но после, когда я рожу, снова стану человеком! И где гарантия того, что и дальше буду привлекать его? Что, если именно тот факт, что я ношу малыша, сделал меня такой желанной для Огненного?

Запуталась, основательно и бесповоротно. Знаю точно одно — этот дворец, и статус королевы не для меня. Клаудиа намного лучше смотрелась бы на моем месте, вот за этим столом, в этой комнате.

Быть королевой может не каждая. А мне даже фрейлины не нужны и выбирать я их буду только потому, что так надо. Закон. Правила.

Устало вздохнула и почти с облегчением услышала осторожный, предупредительный стук в двери. В мыслях вспыхнуло яркое: «Королева Мария!» — и еще до того, как я обернулась, успела увидеть краем глаза отражение пожилой дамы, возникшее в стекле окна.

— Добрый день, Ваше Величество! — произнесла я, приседая в глубоком реверансе.

Мария пришла вместе со своей помощницей. Кивнула мне, а Лидия также поприветствовала меня должным образом выказывая почтение.

— Желающих быть рядом с тобой, милая, полная гостиная! — рассмеялась вдовствующая королева.

Я распрямила спину и кивнула, возвращая ей улыбку.

— Рада, что ты дождалась меня, — она окинула быстрым взглядом маленький кабинет и добавила: — Но здесь, право слово, весьма тесно для такого важного дела. А если мы будем принимать девушек по двое, или даже по трое, то и до ужина не управимся, — и снова улыбнулась, предложив, — а что, если нам перейти в гостиную? Заодно посмотришь сразу и на всех. Мы сможем понаблюдать за ними. Знаешь, милая, то еще зрелище. И порой в такой конкуренции сразу видно тех, кто нам не подойдет.

— Гостиная, — повторила я и согласно кивнула. — Почему нет?

— Тогда идем, — Мария сделала знак Лидии, чтобы та открыла перед нами двери, а затем добавила, обратившись ко мне, — я не стану вмешиваться, пока ты будешь выбирать. Хочу увидеть, как ты будешь действовать и от чего отталкиваться, делая свой выбор. Но, если смогу помочь и сообщить тебе что-то любопытное по девушкам, то обязательно это скажу.

— Благодарю! — поклонилась я. Значит, вмешиваться не станет. Очередная проверка на то, насколько хорошо я вижу и понимаю людей? Возможно. Только как разобраться, кто лукавит, чтобы выставить себя в лучшем свете и попасть в приближенные, поднявшись на ступень выше остальных подданных?

Отец всегда говорил мне смотреть в глаза тем, с кем общаешься. Хороший совет, и я постараюсь не ошибиться, делая сегодня выбор.

— Ну же, идем, милая, — проговорила Мария и позволила мне первой показаться собравшимся в просторной гостиной. Я же вышла и едва сдержалась, чтобы не ахнуть. Вот уж, действительно, желающих оказалось много. Да так, что мои глаза разбегались, глядя на толпу молодых и привлекательных особ, заполнившую покои до самых входных дверей. Лакей, стоявший с краю, неловко улыбнулся, а девушки, завидев, что мы с Марией покинули кабинет, присели в реверансе. Этакое море из пышных юбок и высоких причесок, всколыхнувшееся от почти одновременного поклона.

Я открыла рот и мгновение спустя, закрыла его. Собралась мыслями и силами, и приветливо улыбнулась.

— Рада видеть всех вас, — произнесла, глядя, как девушки, одна за другой, распрямляют спины и бросают на меня взоры. Кто-то смотрел с интересом, кто-то равнодушно, а у некоторых в глубина взора таилась плохо скрываемая неприязнь. Усмехнувшись, я подумала, что в принципе, будет не так уж сложно выбрать. Те, кто смотрел недоброжелательно, видимо, опомнились, заулыбались жарко и наигранно, но я мысленно уже вычеркнула их из общего наглядного списка.

— Добрый день, Ваше Величество, королева Мария, — проговорили девушки, едва ли не хором, — добрый день, Ваше Величество, Королева Лея, — уже обратились ко мне. Все правильно. Сначала приветствуют ту, что старше.

Я вспомнила, как в пору, когда работала горничной при Клаудии, встречала большинство из претенденток на место фрейлин во дворце. И они тоже, возможно, помнили это, если обращали внимание на прислугу. Но сейчас все усиленно делали вид, будто я едва ли не всю свою сознательную жизнь была королевой. Приторные улыбки расцветали на красивых, молодых лицах. Не все открытые, но все выражающие неподдельный интерес к этой должности, которую мечтали получить. Впрочем, могу поспорить, еще сильнее большинство из девиц хотело занять мое место, рядом с Грегором.

«Как же тяжело будет выбрать!» — подумала я и прошла вперед, решив, что устроюсь вместе с королевой Марией на диване. А девушки будут по одной садиться напротив в широкое кресло и рассказывать о себе.

Так и поступили.

Мария молча следовала за мной. Села рядом. Спина ее была прямой, почти неестественно, если учитывать возраст дамы. И я, пытаясь подражать бабушке Огненного, тоже приняла похожую позу, понимая, что долго не выдержу. Но придется.

— Итак, начнем, — я указала первой из претенденток место в кресле, заметив, что остальные удивленно переглянулись. Видимо, не ожидали, что все будет проходить именно так, в их присутствии.

— Присаживайтесь, леди, — сказала я миловидной блондинке в розовом платье, — расскажите немного о себе, — велела я, когда девушка послушно села и, сложив руки на коленях, взглянула мне в лицо. Ох и взгляд же был у этой юной леди. Прикрытый покорностью, острый и любопытный.

— Не молчите, леди Бранхельм, — сказала вдовствующая королева, — не тянети время. Видите же, как вас много, а Ее Величеству нельзя переутомляться. Так что, чем быстрее вы все, — это уже предназначалось собравшимся, — расскажете то, что желает услышать королева, тем быстрее мы закончим!

Я мысленно поблагодарила Марию, отметив, что в отличие от меня, пожилая дама, видимо, прекрасно знала всех, кто находился в гостиной. И сделала себе заметку на память. А девица порозовела лицом, затем кивнула и начала. Остальные за ее спиной заколыхались морем, мельтеша перед глазами яркими пятнами своих одежд. И я поняла, что день предстоит трудный. Намного труднее, чем я могла себе вообразить.

Лорд Вендель Роттергейн проявил настойчивость и, хотя Грегору хотелось запретить Водному приехать со своими ненужными никому извинениями, он не ответил отказом на письмо лорда. Наверное, потому что понимал — Вендель все равно приедет. И причина совсем не в том, что ему стыдно за дочь. Нет. Грегор догадывался, что о похождениях наследницы, водный знал. А значит, он ехал сюда, чтобы разнюхать положение в столице и, в частности, во дворце.

«Пока милорд будет гостить, мои люди смогут более тщательно осмотреться в Ранногаре, — думал Грегор, постукивая пальцами по столешнице, — должно же быть что-то, что поможет мне на законных основаниях сместить главу водных с его должности!». Этот хитрец был всегда осторожен. И хотя Грегор подозревал лорда Венделя во многих грехах, Роттергейн оказался слишком умен, чтобы не оставлять за собой следы.