Анна Завгородняя – (не)случайная Жена (страница 47)

В двери постучали, и король вскинул голову, отвлекаясь от мыслей о несостоявшемся, к его радости, родственнике.

— Да! — произнес спокойно.

Дверь открылась. Появившийся на пороге слуга отрапортовал:

— Ее Величество, королева Лея занимается отбором претенденток на должность фрейлин, — сообщили ему.

— Моя бабушка вместе с ней? — уточнил Грегор и получив утвердительное: «Да, сир!» — взмахом руки отпустил слугу. Тот факт, что Мария приглядывает за его молодой женой успокаивал короля. А будь его воля на момент приезда дорогого и крайне нежеланного гостя в лице Роттергейна, он бы запер Лею подальше от дурного глаза Водного. Не то, чтобы Грегор боялся, что не защитит жену. Нет. Он за нее был готов глотку перегрызть любому, даже находясь в облике человека. И все же, не хотелось провоцировать конфликт.

«Я уберу Венделя тихо и мирно, — сказал сам себе молодой король. — Чтобы Водные не вздумали поднять бунт из-за своего главы!» — все же не признать значимость Роттергейнов и силу он не мог. Все стоило проделать менее опасно и более спокойно. Нет, конечно он мог приказать схватить Венделя вместе с его дочерью. Повод был, но что бы последовало вслед за заточением? Только казнь, которая непременно потянула бы за собой мятеж. А Грегору меньше всего на свете хотелось бы сейчас терять людей, даже тех, кто не принадлежит к его собственному роду.

Мысли молодого мужчины резко сменили свое направление. Он вспомнил о том, что его супруга тоже принадлежит к Водным, хотя и не является драконом, одной из них. Но ее брат…

Грегор вздохнул и скрестил руки на груди. Память снова сделала резкий скачок, переметнувшись к более приятному воспоминанию, которое не оставляло его последнее время. Снова и снова перед взором представала Лея. Она лежала под его руками, таяла от его поцелуев, прогибалась в ответ на его прикосновения.

Утром он почти получил от нее желанное: «Да!» — и был уверен, что, если бы ребенок не запротестовал, напомнив родителям о себе, Лея подпустила бы его к своему телу и позволила получить долгожданную разрядку. Но увы, не повезло. Хотя Грегор совсем не злился и даже усмехался, вспоминая, как испугался, когда девушка ринулась прочь в ванную комнату. И как после понял, что именно послужило причиной. А ведь в первый миг едва не обезумел от ярости, решив, что ее затошнило от его прикосновений.

«Ей было хорошо! Даю крыло на отсечение, ей было хорошо, когда я ласкал ее!» — подумал он, ощущая, как губы растягиваются в улыбке, а глупое тело там, в самом низу живота, подозрительно оживает, стоит лишь вспомнить нежный бархат кожи под твердыми губами, и ее стоны, срывающиеся непроизвольно с девичьих уст.

«Черт побери, мне стоит почаще будить ее таким способом!» — подумал Грегор и стиснул зубы, понимая, что сам так долго не продержится. Вот только видеть кого-то с собой рядом, кроме Леи, не мог и не хотел. Проклятая лента привязала его к этой девушке крепче любых уз, соединив то ли на радость, то ли на беду. И мужчине хотелось надеяться, что все же, на радость, потому что чем дольше он находился рядом с женой, тем сильнее понимал, что по истечении срока, заявленного в договоре, просто не сможет отпустить ее. А время неумолимо текло, будто насмехаясь над чаяниями дракона.

Фрейлин я отобрала сама, с молчаливого то ли одобрения, то ли согласия вдовствующей королевы. Признаться, пока знакомилась с претендентками, надеялась, что Мария хоть взглядом, хоть жестом окажет мне поддержку, или направит в правильное русло, но женщина молчала. И создалось впечатление, что для меня это своеобразная проверка на то, как хорошо я вижу людей и разбираюсь в них. Потому, собрав все свои силы и помня наставление отца о том, что именно глаза выдают человека, я не столько слушала, сколько смотрела. В итоге выбрала троих девушек, оказавшихся из рода Огненных, причем из дальнего ответвления. Но девушки мне приглянулись. И, если я хоть немного разбиралась в людях, показались весьма милыми на фоне остальных.

Выбирала по глазам, отмечая тех, у кого взгляд не бегал и не таил в себе хитринку. Тех, кто на вопросы отвечал прямо, не юлил, не уходил от ответа. И тех, кто не льстил мне с первого слова. Льстящих отметала сразу. Впрочем, девицы оказались не глупы и почти после первого десятка таких неудачно польстивших претенденток, остальные образумились и перестали напрасно лить мед из своих уст.

Ее Величество, вдовствующая королева напомнила о себе лишь когда гостиная королевских покоев опустела и остались лишь те три девушки, которые приглянулись мне и теперь стояли, ожидая первых приказаний своего госпожи.

— К своим обязанностям приступите завтра, — заявила Мария, а я кивнула, соглашаясь с ее словами. — Пока ступайте за Лидией и она объяснит вам, в чем будут состоять ваши обязанности, — королева благосклонно махнула рукой, девушки присели в реверансе, а затем удалились следом за помощницей старой королевы. Куда она повела их, я не знала. Важным было лишь то, что утром я уже буду не одна после ухода Его Величества. Что именно стану делать с фрейлинами, пока не могла понять и надеялась, что разберусь со временем. Ведь видела я, как распоряжается своей свитой Клаудиа! Значит, справлюсь. Не так уж это затруднительно.

— Ты справилась сама, — неожиданно похвалила меня королева Мария, когда мы остались одни.

Я устало кивнула, чувствуя, что почти лишилась сил на этом просмотре претенденток.

— Я не вмешивалась, — продолжила женщина, — хотела посмотреть, справишься ли ты.

— Я справилась? — уточнила тихо.

— Выбери ты неудачных девушек, я бы, поверь, предупредила. А так… — она улыбнулась мне и встала. Я последовала ее примеру, ощутив, что поясница и бедра будто онемели. Королева заметила изменение на моем лице, и улыбка пропала с ее губ.

— Я совсем не позаботилась о тебе, — всполошилась она. — Стоило разделить девушек на две группы, чтобы ты посмотрела их не за день… 115dd9c

— Я не устала, — поспешила уверить Марию. — Просто спина и ноги… — улыбнулась, извиняясь, — затекли.

— Немедленно ступай в спальню и полежи. А я пришлю служанку с обедом, — распорядилась дама. — Что бы ты хотела съесть на обед? — уточнила она удивительно мягким тоном. И я с запозданием ощутила, как внутри меня оживает голод. Даже стало странно, что всего пять минут назад я и не думала о еде. А теперь, стоило Ее Величеству напомнить об этом, как в животе заурчало, и я мгновенно покраснела, ощутив жар под кожей.

— Так что? — настояла королева. А я пожала плечами.

— Все, что угодно. Я, кажется, основательно проголодалась!

Мария кивнула.

— Моя вина. — Она выразительно посмотрела на мой живот, и я ощутила, как щеки окатила жаркая волна. — Ступай и отдохни. Я пришлю служанок.

— Благодарю, Ваше Высочество! — поклонилась я.

Мария величественно направилась к выходу из покоев, а я поспешила в спальню, где почти повалилась на мягкую застеленную постель, раскинув руки и ноги в стороны, будто была не королевой, а крестьянской дочкой на сеновале. Только теперь я ощутила, насколько устала. И странная сонливость одолела меня намного быстрее, чем заявились слуги. Я подтянула к груди ноги, свернулась в калачик и, закрыв глаза, провалилась в сон.

Глава 22

Когда он пришел в спальню, она спала. Испуганная служанка в гостиной потупила взор, стоило Грегору пройти в двери, и спешно ретировалась, оставив на столе поднос с блюдами, накрытыми золотыми крышками.

Едва глянув на убежавшую прислугу, король сбросил с плеч камзол, обронил его на край спинки дивана и без стука вошел в спальню. Да так и застыл, глядя на самое прекрасное видение в своей жизни.

Юная жена спала, свернувшись клубочком. Такая нежная и трогательная в своей схожести с маленьким лесным эльфом или крошечным котенком, что рука короля невольно дернулась, чтобы коснуться девушки.

Он осторожно подошел к кровати и опустился на колени, рассматривая лицо Леи. Ее длинные пушистые ресницы, тонкие дуги темных бровей, будто нарисованные самой природой, аккуратный носик и полные губы к которым хотелось прижаться и целовать их до изнеможения, заставляли испытывать странные ощущения, переплетенные с естественным возбуждением.

Жар охватил Грегора, устремился вниз, отозвавшись ноющей тяжестью в паху. Сердце забилось сильнее и он, не удержавшись, коснулся ее волос, откинув назойливую прядь, упавшую на нежную щеку.

Во сне она казалась такой ранимой и сладкой, что он чувствовал желание не только сделать ее своей, но и защитить от любых невзгод.

«Устала!» — понял мужчина и убрал руку, но взгляд не отвел. Желание нарастало в нем, будто снежный ком, покатившийся со склона, усыпанного снегом. Захотелось повторить тот утренний опыт, почти закончившийся сладким продолжением, если бы им не помешали. Но помешавший был слишком дорог Грегору, чтобы он мог злиться на собственного, пусть еще и не рожденного, ребенка.

Король скользнул взглядом по телу жены. Отметил тонкие руки, ладони, сложенные под щекой, высокую грудь, что вздымалась от дыхания спящей, и плавный изгиб бедра, поднимавшегося от тонкой, почти осиной талии Леи.

«Моя королева!» — улыбнулся мужчина, рывком заставив себя встать и отойти от девушки. Направился прямиком в душ, решив, что умоется холодной водой, чтобы немного остудить разыгравшееся воображение, рисовавшее ему картины обнаженного тела Леи под его руками. Ему срочно что-то надо делать, дабы супруга приняла его знаки внимания. Чем-то удивить, а затем снова обаять и попытаться приблизить долгожданный миг близости, иначе он рискует сойти с ума от почти болезненного желания к собственной жене.