Анна Вейл – Мрак сердец наших (страница 13)
– Наверное, затем же, зачем он сжег ваш дом, – Криспина обернулась ко мне, и от нежности, с которой она разговаривала с Персиком и Куртом, не осталось и следа. Она подняла с подноса нож и стала поигрывать им. – Неужели вы не помните, как он сгорел?
Я задумалась, даже оперлась на спинку ближайшего стула, чтобы сосредоточиться. Перед глазами вновь встала стена оранжевого пламени, которая пожирала наше пусть жалкое, но все же жилище. Дом, в котором нас никто не трогал, где мы могли жить. Собственное место в мире, о котором я так мечтала! Огонь уничтожил его. Спокойно, уверенно, не споткнувшись о промокшие и плесневелые бревна. И тут я вспомнила кое-что еще.
– Там были двое. Они, они подожгли дом. Точнее, они его и жгли. Я помню: у них огонь в руках появлялся. Кто…
Я смолкла. Потому что уже знала ответ на свой вопрос, хоть и не могла поверить в это. Поджигатели были высокими мужчинами в черном. Оранжевый свет отбрасывал блики на блестящую кожу их жилетов и то и дело вырывал из темноты пятиконечную звезду у них на груди.
– Это были охранники Вормского. Но, но зачем? Они ведь могли ранить Бодуэна. Они что, подняли бунт?
– Нет. Я уже говорила вам. Бодуэна Вормского к тому моменту внутри уже не было. Он вышел и отдал приказ поджечь дом. Ведь он знал, что вы вернетесь туда, – Криспина повернулась к Курту.
– Провалиться! Он у меня это выпытывал перед тем, как дать… – Курт слез со стола.
– А теперь, – Криспина перевела взгляд на меня. – Как именно те двое жгли ваш дом.
– Что значит как?
Меня порядком раздражало, что меня вновь и вновь выставляли дурой, но… Криспина говорила о действительно важных вещах. Наш дом жгли двое стражей. Они одинаково вскидывали руки, в их ладонях появлялись одинаковые языки пламени.
– У них был одинаковый порок, но… Так не бывает, – я закусила губу и посмотрела на Криспину, она терпеливо кивнула. – Не бывает двух одинаковых мраков.
– Видимо, бывает, если приложить к этому усилия. И связи. И средства, которыми владеет Вормский. Он может сделать мраков с одинаковыми пороками или… – она посмотрела на Курта, – добавить кому-то еще один. Он может очень многое, если хочет добиться своего. Это был его план. Он хотел использовать вас, чтобы убить Рингольда. То, что при этом погибли бы и вы, думаю, его не сильно беспокоило.
Я молчала. Это звучало очень странно. Зачем члену Директории вообще связываться с мраками? Официально нам запрещено устраиваться на государственную службу. А тут – мраки-охранники. Мрак, который должен найти ребенка. Ребенка, которого Вормский хочет убить.
– Зачем ему ты? – я запоздало поняла, что долго смотрю на Рингольда. И тут же вспомнила, что уже задавала этот вопрос. – Что за «страшный секрет» ты знаешь? И зачем искать тебя, если ты был в другом мире? Проще же оставить тебя там?
Рингольд насмешливо поднял руки, словно говоря, что не имеет представления. Он опять издевался!
– Я рада, что вы больше не считаете нас врагами, – Криспина обратилась ко мне.
– Я не говорила…
– Нам очень хочется, чтобы вы не боялись нас. Для вас самое страшное позади, и мы не дадим вас в обиду, – она встала между мной и Куртом и положила руки на наши плечи. Я напряглась: слишком уж фальшивым мне показался этот жест. Словно почувствовав мое напряжение, она поспешила продолжить: – Вы задаете важные вопросы. Важные и опасные. Но для вашей же безопасности лучше остаться в стороне от этого, поверьте. Вы можете чувствовать себя как дома. Персик, пожалуйста, покажи гостям, где у нас кухня. Они наверняка голодны.
«В стороне от чего?» – так и подмывало меня спросить, но Криспина опустила руки и отошла, давая понять, что разговор окончен. Персик, который давно не обращал на разговор внимания и жевал второе яблоко, поднял голову, кивнул и соскользнул со стула. С трудом соображая, я двинулась за ним к двери. Закрывая ее за собой, я увидела, как рыжеволосая женщина подсела к Рингольду и они склонили головы. Но расслышать, о чем они говорили, я не смогла.
– А еще в твоей крови было что-то протухшее, – Персик подождал, пока Курт тоже выйдет, и закрыл за ним дверь, – как старые носки, что ли… Не знаю, не могу понять, что это.
– Сам ты старые носки, – брат пихнул пацана в плечо.
Глава 9. Сложности с обедом
Персик повел нас обратно тем же путем. Шел он медленно, на ходу смакуя последнее яблоко.
– Эй, рыжий!
С лужайки в галерею влетел мяч и угодил Персику прямо в голову. Я вскрикнула. Персик же после секундного замешательства бросился к перилам и перепрыгнул через них.
– Ну я вам сейчас!
Обидчики со смехом бросились в разные стороны, Персик на мгновенье остановился, выбирая, за кем бежать, и понесся за тем, который скрылся за ближайшим углом корпуса.
– Эм, и что нам теперь делать? – Курт посмотрел вслед мальчишке.
– Не знаю, – я облокотилась на перила и уставилась на детвору во дворе. – Все, что они говорят про Вормского… Звучит складно. Но так странно. Я не могу в это поверить. Зачем члену Директории кого-то убивать? Ну вот зачем? Если Рингольд представляет для него опасность, значит, он делает что-то противозаконное. Можно поймать его, арестовать, судить и наказать по всем правилам. Их же для этого и придумали. К тому же Вормский искал не Рингольда. То есть не этого детину, а ребенка. А ребенок-то что плохого может сделать? Еще и эта Криспина, и те в плащах. Они сами темнят. Так и не сказали, что делали тогда в лесу у нашего дома. Может, они в сговоре с охранниками Бодуэна. Хоть бы он спасся тогда в пожаре. Но вдруг эти что-то плохое задумали, а мы вляпаемся, еще и крайними окажемся. Мы-то мраки, а они – вроде как нет. Только у Криспины метка. Наверное, нам лучше все-таки уйти. Но куда? Дом-то сгорел. Есть, конечно, и другие. Но вдруг эти нас там найдут. Курт, я честно не знаю, что нам делать.
– Я имел в виду, что нам с обедом делать. Пацан нас на кухню должен был отвести, я есть хочу.
Я уставилась на брата. Серьезно? Он сейчас о еде думает? Я хотела было отругать его, но махнула рукой – его не исправить, – и снова посмотрела на детей.
Девочка, которую мадам Оверон отчитала в коридоре, отрастила косу в несколько метров, и теперь ее подруги с визгом прыгали через нее как через скакалку. Парень лет шестнадцати подошел сзади к девушке, которая читала книгу, выглянул из-за ее плеча и дунул. Страницы книги стали переворачиваться с невероятной скоростью, пока задняя обложка не захлопнулась. Девушка вскрикнула, обернулась и стукнула парня закрытой книгой по голове. После этого встала и, задрав нос, двинулась к дальнему корпусу. Парень хохотнул и еще раз резко дунул, отчего подол юбки у девушки приподнялся.
Никто не скрывал свои способности. Да, все здесь были мраками и не косились друг на друга, и все же зачем выставлять это напоказ? Но детям, похоже, здесь нравилось. Не то, что нам с Куртом в приюте Гирсу, где главным времяпрепровождением были драки с другими детьми.
– Как думаешь, этот Рингольд правда короля видел? – Курт подпрыгнул и сел на перила, отчего те заскрипели.
– Сомнительно, – усмехнулась я. Но про себя подумала, что неплохо было бы его еще раз проверить на знание истории. Наверняка я смогу его на чем-нибудь поймать и так пойму, что вся его история – полная чушь.
– Но я чувствовал, что это именно он – тот пацан с портрета, – брат в задумчивости поднял мяч, что остался после нападения на Персика, и стал перекидывать его из руки в руку.
– Пусть так. Но кто сказал, что этот мальчик жил четыреста лет назад? К тому же у мраков в те времена, тем более у тех, кто жил при дворце, были сильные пороки. А этот Рингольд только и умеет, что дверь взглядом запирать.
– Дверь?
– Да, дверь. Как же он мне не нравится, и вообще все здесь…
– Ну так попроси его перенести тебя отсюда, – неожиданно рядом с нами оказался Персик. Видимо, мальчишка в своей погоне обежал корпус и вышел с другой стороны. На щеке у него красовалась длинная царапина. – А то здесь одни… дураки.
Он шмыгнул носом и скрестил руки на груди.
– Что, испугался, рыжий? – на лужайке напротив нас снова показались задиры. Вблизи я смогла рассмотреть, что они были старше Персика на пару лет, если не больше. Я хмыкнула: не такая уж и идеальная школа у Криспины. Все как везде, сильные обижают слабых.
– А ну брысь отсюда!
Мимо моего уха пролетел мяч. Курт со злостью посмотрел на ребят. О, он-то много таких в приюте встречал, но сейчас вырос и мог постоять за себя. За себя и за Персика. Тревога уступила теплу в груди. Надо же, а мы, оказывается, можем и помочь кому-то. Я улыбнулась брату. Персик же теперь смотрел на него с нескрываемым обожанием.
– Пожалуйста, забери меня с собой, если соберешься переместиться.
– Да я не собираюсь перемещаться, – Курт почесал затылок.
– Но вы вроде собирались.
– Пока нет, мы поесть хо…
Персик сник.
– Да, правда, и какой смысл. Все равно бы скоро вернулись, – он шмыгнул носом и снова вскинул глаза на брата. – А может, ты куда-то в другое место перенесешься, и меня с собой возьмешь и оставишь там, а?
– Да куда и как я прыгну?
– Ты же умеешь к человеку… Перенеси меня и оставь там. Нужно просто подумать о ком-то, кто далеко.
– Да не о ком мне особо думать.
– Что совсем? А про, – Персик потупился, – маму?
– Нет у меня мамы.