Анна Ветлугина – Склифосовский (страница 32)
В ходе сортировки Николай Васильевич предложил разделять раненых на четыре категории:
нетранспортабельные;
подлежащие гипсованию;
получающие простую перевязку;
легкораненые, которые через один-два дня возвращались на фронт.
Кроме того, он определил точные сроки эвакуации для каждой категории. По наблюдениям Николая Склифосовского, тяжелые ранения протекали благоприятнее и чаще имели хороший исход, если раненых не увозили.
Первая, самая тяжелая категория включала в себя ампутированных на главном перевязочном пункте; раненых с проникающими ранениями черепа; с проникающими ранениями грудной клетки; с проникающими ранениями живота. Пострадавших из этой категории не транспортировали далее в тыл, а задерживали в военно-временном госпитале от пяти-шести до десяти дней и более (в зависимости от характера клинического течения раневого процесса, наличия осложнений и др.). Раненым второй категории накладывали гипс, а потом, через два-три дня перевозили в тыловые госпитали.
Мы видим, насколько хорошо продумана и четко сформулирована система, разработанная и внедренная нашим героем. Она позволяла максимально результативно использовать медицинский персонал для спасения жизни раненых.
Врачей, работающих на главном перевязочном пункте, Николай Васильевич тоже подразделил на три группы — по характеру и особенностям их труда:
оперирующие врачи;
врачи, накладывающие гипсовые повязки;
врачи, осуществляющие перевязки.
Склифосовский первым высказал мысль о целесообразности использования железнодорожного транспорта для эвакуации раненых. При этом он настоятельно рекомендовал использовать специальные амортизирующие приспособления — такие как станок Городецкого. В опубликованной статье «Тарантасный станок в вагоне для перевозки раненых» Николай Васильевич отметил преимущества системы Городецкого: станок легко и быстро устанавливается в любом вагоне; он занимает мало места в вагоне, не препятствуя свободному передвижению медицинского персонала, укладывание и снимание раненых производятся довольно просто; тряска вагона ранеными не ощущается; станок разбирается и складывается в течение нескольких минут.
Это приспособление могло принести немалую пользу не только в поездах, но и на простых санитарных повозках. Однако Склифосовский в работе «Перевозка раненых на войне» пишет с большим сожалением, что станков было всегда недостаточно, и вне поездов они встречались крайне редко. «Большей частью раненые перевозились по грунтовым дорогам в необорудованных крестьянских телегах, в которых хорошо, если можно было достаточно подослать соломы; не то и без соломы обходилось». Такой способ перевозки раненых причинял огромный вред раненым, особенно оперированным. Отрицательные результаты лечения раненых и больных после битвы под Плевной 18 июля 1877 года как раз объяснялись неприемлемой транспортировкой. «Под влиянием паники 19 июля раненых наших провезли верст 5–6 вскачь, многие из них бежали пешком. Раненые прибыли в Зимничу через двое и через трое суток. Перевозились они тем же первобытным способом. Последствия были самые печальные».
На личном опыте Николай Васильевич убедился в важности рассредоточения раненых и больных в госпиталях. Концентрация большого количества пациентов в одном месте неизбежно приводила к возникновению внутригоспитальной инфекции и большим, совершенно неоправданным потерям. Склифосовскому принадлежит идея создания подвижных «летучих команд», которые работали в местах наибольшего скопления раненых, чтобы уменьшить нагрузку на госпитали. Также он всячески продвигал идею санитарных рот, укомплектованных специально подготовленными санитарами-носильщиками.
Именно он одним из первых хирургов понял важность раннего наложения иммобилизирующих повязок при ранениях конечностей с повреждением костной ткани и считал самым надежным использование гипсовой повязки, которое предупреждало развитие тяжелых местных осложнений. Сегодня его предположения стали аксиомами.
Одним из первых врачей в России наш герой применил антисептику на фронте. Это стало началом истории внедрения антисептического метода (а в последующем и хирургической асептики) в российскую хирургию. Всегда оставаясь ученым-практиком, Николай Склифосовский обобщал свой опыт в статьях, печатавшихся в «Военно-медицинском журнале», газете «Медицинский вестник». По этим текстам хорошо видна его привычка мыслить шире границ своего ремесла. Во многих работах красной нитью проходит мысль о недостаточной эффективности медицинского обеспечения войск. Решение этой проблемы он видел в гибкости управления и высокой компетентности руководителей медицинской службы.
В своем «Дневнике военного хирурга» Николай Склифосовский пишет: «Никакое правительство не может обладать достаточными средствами, чтобы создать санитарные учреждения в таких размерах, при которых можно было бы оказать помощь всем раненым и больным при современных войнах. Только содействием всего народа, путем широкой частной благотворительности можно пополнить недостаток в санитарных учреждениях, который неизбежно обнаруживается с первыми битвами. Отсюда становится понятным громадное значение частной помощи во время войны. Частная благотворительность должна прийти на помощь для устройства лазаретов, снабжения их госпитальными принадлежностями, перевязочными средствами; она должна взять на себя заботы и о пополнении санитарного персонала. На войне всегда бывает недостаток во врачах. Вдруг нельзя создать средства, которые дали бы возможность удовлетворить указанным нуждам. Общество должно заранее подготовляться: и материальные средства, и люди должны быть готовы по первому требованию. Роль Общества Красного Креста громадна. Сфера деятельности его должна расширяться все более и более; это вытекает естественным образом из того, что война нашего времени есть война всего государства, всего народа, потому что войско современное есть народ».
Подытоживая «военные» достижения нашего героя, можно сказать, что он действительно стоял у истоков целой системы в военной хирургии. Он разработал и внедрил ряд принципов, определяющих характер медицинской помощи на фронте. Продумал и сформулировал порядок этапов — от транспортировки раненых с поля боя на главный перевязочный пункт, и далее в передовой военно-временный госпиталь для тяжелораненых до последующей эвакуации в тыловые медицинские учреждения. Систему сортировки, уже практиковавшуюся ранее, Склифосовский усовершенствовал с учетом клинической картины и происхождения ранений.
Отдельно стоит сказать о сберегательном лечении — принципе, которого Николай Васильевич всегда придерживался в своей военно-полевой хирургической практике. Речь идет о лечении, направленном на сохранение травмированного органа, в противоположность ампутации. Не нужно быть медиком, чтобы догадаться: этот путь не самый легкий. Для хирурга часто бывает гораздо проще отрезать изуродованную конечность, чем «собирать» ее по частям, рискуя нагноениями и гангреной. Склифосовский в таких случаях всегда думал не о врачебной технике, а о людях, о их дальнейшей судьбе и делал все возможное, чтобы человек не остался инвалидом.
Человечность удивительно гармонично уживалась в нем с любопытством исследователя. Наш герой являлся истинным примером прогрессивного начала. Находясь в боевых условиях в буквальном смысле, он не ограничивался привычными технологиями, если те казались недостаточно совершенными. Ему удавалось придумывать новые способы оказания помощи раненым, спасая тем самым тысячи жизней. Именно Склифосовский внедрил использование в военно-полевой практике неподвижной повязки, что в целом позволило сократить число ампутаций. В лечении раневого процесса он тоже оказался среди новаторов, например активно применял обеззараживающую повязку Листера[69], речь о которой пойдет чуть позже. Хрестоматийную корпию, часто служившую рассадником микробов, Николай Васильевич заменил гигроскопической ватой. Также он оставил после себя много мелких, но крайне полезных изобретений, вроде карболизированной струнной нити (кетгут) для перевязки артерий. Многие раненые наверняка с благодарностью вспоминали его легкую и неподвижную войлочную повязку в сочетании с подкрепляющими лубочными шинами (снаружи) для фиксирования отломков костей при транспортировке раненых в горной местности. А коллеги с его легкой руки начали использовать марлевый крахмальный бинт для укрепления готовых проволочных шин при огнестрельных переломах конечностей. Эта конструкция очень помогала лечить сложные травмы в госпиталях, а еще более безопасно перевозить раненых водным путем и по железной дороге.
Как человек поистине выдающегося масштаба, Николай Склифосовский имел смелую гражданскую позицию и, подобно своему кумиру и учителю Пирогову, не боялся критиковать некоторые действия правительства, касающиеся медицинской помощи во время войны. В своих печатных работах «В госпиталях и на перевязочных пунктах во время Русско-турецкой войны» и «Наше госпитальное дело на войне» он доказывал, что военно-медицинской службой должны руководить не чиновники, а специалисты в области военной медицины. Также выступал против роскоши госпиталей Красного Креста, имевшего большие материальные возможности, считая, что на войне все госпитальные учреждения должны быть одинаковыми.