Анна Томченко – После развода. Муж бывшим не бывает (страница 44)

— Я хотел, чтобы ты была только моя, не получал этого и искал что-то на стороне, к слову, не нашёл. Это было каким-то суррогатом, ничего не значащим механическим действием, в нём не было чувств, привязанности, в нём не было того кайфа, который был с тобой. И когда она пришла, сказала, что беременна, я отмахнулся, бросил деньги на аборт и не планировал ничего такого. Это уже потом она приехала с ребёнком на руках. Тогда-то я понял, что в жопе. А в момент, ещё когда ты обо всем узнала, эта жопа стала из мифической, какой-то реальной. Это меня не оправдывает, меня не оправдывает моё желание быть с тобой. Меня ничего не оправдает, Лик, и я все-таки, знаешь, наверное, в чем-то стал понимать Градова.

— Почему? — Шепотом уточнила еще сильнее прижалась к нему, бёдрами сдавила его талию.

— Потому что он прав. Говоря, что, уходя, уходи по-человечески. Не оставляй после себя раскореженное поле из обломков, уходя, уходи так, чтобы хотя бы твой уход был правильным и достойным. Я не хочу ни в чем тебя ограничивать, я не хочу ничего зажимать, удерживать, это бессмысленно. Я понимаю, что ты этого не заслужила, я понимаю, что должен дать тебе все по максимуму.

— Как ты можешь так рассуждать? Просто уйти?

— А я не хочу, чтобы через несколько лет, ты прокляла себя за то, что дала шанс. А это тяжело. Я когда увидел возле тебя этого твоего одноклассника, думал, что у меня мозги вскипят. А ты доподлинно знаешь, что возле меня не просто там какая-то девка стояла, а я с ней спал. Это тяжело.

Он был прав. Это тяжело.

И это была последняя ночь, одна единственная. И мои слезы на подушке. Его стоны.

Мои крики о том, что я его ненавидела и любила.

Моя боль, которая серебром вытекало из меня.

Я так хотела, чтобы ничего этого не было.

Я так хотела проснуться утром, посмотреть в потолок и понять, что мне это все приснилось.

Но я даже не уснула.

Я лежала, вдыхала его аромат. Я понимала, что я не могу молчать, это не та ситуация, когда все должно быть решено за всех.

Ещё до рассвета я тихо встала с постели, собрала разбросанные вещи, посмотрела на мужа спящего. На то, как ему что-то снилось и от этого он периодически хмурился.

Боль саднила в груди.

Вытекала из меня, заставляла морщиться от каждого движения.

Но я села в машину и отправилась к сыну.

И слишком раннее утро, которое принесло дурные вести застало меня и Костю за кухонным столом.

— А где Дина? — Тихо спросила я.

А Костя пожал плечами.

— У тебя.

Я охнула от осознания.

Костя невесело улыбнулся.

— отец же не думает, что я дебил, правильно?

— Ты о чем?

— Не притворяйся, мам. Отец же не думал, что я никак не отреагирую на то, что он мне палкой во рту поковырялся.

Костя как-то слишком цинично усмехнулся и откинулся на спинку стула.

— Я сам к ней съездил. Вчера вечером застал её в соплях, все в слезах, видимо, после отца. Она орала, обвиняла, кричала, что я и он полные мудаки. И тут как бы даже тест днк не нужен, понимаешь, мам?

Я не понимала.

— Так что как бы папа не пытался все оставить в тайне, к сожалению, у него ничего не вышло, мам.

59

Глеб

Засыпать боялся. Но из-за того, как Лика тепло дышала мне в шею, как обнимала, как касалась меня все равно автоматом вырубило. Просто потому что за последнее время, за столько дней, с того момента, как все это обнародовалось, она была рядом.

Не в какой-то истерике, ни в какой-то безудержной злости, она просто была рядом.

Была моей.

Мне показалось ‚ что так не бывает, что спишь настолько крепко, что не слышишь ничего. Я не слышал того, как звенели будильники; не слышал того, как Лика, оказывается, встала и уехала. И только дребезжание над ухом, вибрация телефона, смогла вырвать меня из сна.

Я сел, огляделся, не понимая, что произошло и почему Лики не было со мной.

Кристина.

Если эта паскуда хоть пальцем притронулась к моей дочери!

— Пап, привет — Тихо произнесла Кристина и я бросил взгляд на часы.

Сколько? Начало восьмого?

Господи, Господи, начало восьмого. Где Лика?

— Да. Крис, здравствуй. Тебе там Рома мешает или что?

— Что, пап? Ты о чем? — судорожно вздохнула дочь. — Пап, а где мама?

Я огляделся и до меня дошло ‚ что Лика не ночевала дома. Она была со мной и Кристина переживала.

— Мы вместе были.

— Пап...

— Нет, это не то, о чем ты подумала. Мы вместе были, но она уже уехала. Наверное скоро приедет.

Но её там до сих пор нет. А если её до сих пор не было?

— Может быть она по делам отправилась или ещё что-то?

И дурацкая, мысль завизжала в голове: что Лика хотела всю правду рассказать Косте.

— Крис не переживай. Сейчас я её найду. — Бросил я нервно и стал набирать Лику.

Но она по закону подлости не поднимала трубку. Начал набирать Костю. Он тоже не отвечал.

Спотыкаясь на каждом углу, я вылетел из квартиры и прыгнул в машину. От нас до Кости было не так много по времени, тем более рано утром. Фактически город ещё находится в сонном состоянии.

Я домчал и поднялся на этаж и начал звонить в квартиру. Старый дурак.

Даже не подумал о том, что подниму всех.

А если вдруг Лики нет?

Но я никого не поднял, уже никто не спал. Костя открыл дверь, встал передо мной и сложил руки на груди.

— Привет. — выдохнул сын и я бросив взгляд на пол, постарался понять, здесь ли Лика.

Увидел её босоножки. Меня словно бы дежавю накрыло после вчерашнего.

— Не надо. Не надо. — Покачал головой Костя. — Я не дурак. Мама ничего мне не рассказывала. Я сам поехал и все узнал. Ты же не думал ‚ что я по возрасту, как этот мальчишка, не отупляю что происходит, когда мне палкой в рот тыкают?

— Ты ее узнал?

— Нет. Я её реально не узнал.

Я двинулся вперёд и зашёл в квартиру, закрыл дверь. Костя опёрся ключом о стенку гардеробной и прикусил губу.

— Она стала крупнее. Она стала более закрытой. Я её видел немного в другом амплуа — девочки на вечер. Поэтому в той женщине: строгой, сдержаной, спокойной, я не мог узнать девицу, с которой спал несколько лет назад. Но ты мне тыкал в рот палкой пап. Я же не дурак.