Анна Свирская – Пропавшая книга Шелторпов (страница 76)

Он говорил это, стоя спиной к Айрис и Дэвиду. Голова его была низко опущена.

– Джулиус, расскажи для начала нам, – попросил Дэвид. – Ты ведь знаешь, почему твой отец оставил книгу сэру Фрэнсису? И что это за цифры?

Джулиус развернулся:

– Я не знаю. Понятия не имею! Очень хотел бы узнать, но не знаю! Честно!

– Тогда зачем ты её отправил Хаймовицу?

– Потому что хотел узнать! Это долгая история… Семейные дела…

– Ну что-то же ты знал, раз забрал книгу.

– Это… это… Это деликатный вопрос. Не мои тайны, понимаете? Всплывут очень неприятные вещи про мою семью. Я не могу вам это рассказать!

– Я и так уже знаю про эти деликатные вопросы, – произнесла Айрис. – Про то, на что ваш отец тратил большие суммы в Лондоне во время поездок к друзьям. Так что рассказывайте всё.

Джулиус воззрился на неё с суеверным страхом, точно она была призраком, вроде тени отца Гамлета.

– Это не то, о чём мне хотелось бы говорить… Долгая история… – юлил Джулиус.

– Можем пойти в дом и усесться в уютные кресла, – предложил Дэвид.

– Нет, я не могу пока уйти. Нельзя оставлять обогреватель без присмотра, а выключать ещё рано. Эпона должна согреться получше.

– Мы выслушаем твою долгую историю и тут.

– Вот ведь насели! – огрызнулся Джулиус.

– Ты же понимаешь, что если мы не получим ответы от тебя, то пойдём их искать в другом месте?

Джулиус смерил Дэвида осуждающим взглядом, покачал головой, но потом всё же сказал:

– Пойдёмте, там можно присесть.

В самом конце прохода, возле деревянной двери, за которой Айрис рассмотрела тюки с сеном, стояли стол, скамья, пара табуретов и даже старое кресло с порванной обивкой, видимо, попавшее сюда из необитаемых комнат большого дома. В кресло Джулиус и бухнулся. На Айрис и Дэвида он теперь избегал смотреть.

– Это как-то связано с деньгами, – сказал он. – Меня, в общем-то, только это и интересовало.

– Вы хотите сказать, что деньги у вашего отца появились благодаря книге? – уточнила Айрис, боязливо усаживаясь на ненадёжный на вид табурет.

– Уверенности, конечно, нет. Я решил… А, давайте расскажу всё с самого начала. У нашей семьи та же проблема, что у многих других. У нас есть дома, земли, картины на стенах и столовое серебро, но очень мало наличных денег. Они просто… пф-ф-ф-ф… – он махнул обеими руками. – Разлетаются, растекаются… Дом, налоги, проценты по ссудам. Я получаю содержание, но это совершенно несерьёзные суммы. Вернее, получал, сейчас я сам стал графом и… Это не важно. Сейчас ситуация изменится, но раньше я всегда был в очень стеснённых обстоятельствах. Мне кажется, у любого банковского клерка денег было больше, чем у меня. А я всё же… Да, простите, я опять не о том. Главное – денег лишних не было ни у меня, ни у отца. Всем заправляет моя мать, как вы уже, наверное, поняли, – с ядовитым сожалением добавил Джулиус и тяжело выдохнул. – А прошлой осенью я встретил отца в Лондоне, в одном клубе в Найтсбридже. Не особенно роскошное местечко, но публика… Можно встретить кого угодно, от рок-певца до принцессы. Отец был в компании какого-то итальянца, вроде бы конезаводчика, и двух дам. Все уже были изрядно пьяны. Когда он увидел меня, то слегка протрезвел. Он пытался мне что-то втолковать про то, что я не должен расстраивать мать, ну, вы понимаете… В общем, он отправил свою даму на такси, а меня куда-то потащил, хотел всё объяснить. Как будто я не понимал. Всё я понимал… Вы сочтёте меня аморальным человеком, мисс Бирн, но я его понимал и не мог осуждать. У меня и в мыслях не было рассказывать что-то матери. Мы с отцом всегда были заодно. Не подумайте, что я не люблю свою мать, она достойна всяческого уважения, но…

– Джулиус, мы поняли, – сказал Дэвид. – Расскажи про книгу.

– Книга была в его квартире. Я понятия не имел, что у отца собственная квартира в Лондоне. Отличная квартира, великолепно обставленная. Такая маленькая и красивая, как шкатулочка. Отец привёл меня туда, достал бутылку коньяка, опять начал пить… А потом стал похваляться своей квартирой, какими-то запонками, я уже не помню. Я, конечно, стал спрашивать, откуда у него деньги. Я решил, что он каким-то образом ухитрился утаивать от матери часть доходов, хотя это что-то из области невозможного, уж поверьте. Потом я подумал, что он выиграл на скачках. У него на столе лежали квитанции от букмекеров, с десяток, наверное. Отец сначала смеялся и ничего не говорил, как будто ему нравилось меня дразнить, но потом сказал, что всё дело в книге. Он достал её из чемодана, с которым приехал из дома. Сказал, что всегда возит её с собой, потому что это не простая книга… Говорил что-то бессвязное, мол, весь секрет в ней, надо лишь знать, как ей распорядиться. «Это моя волшебная палочка!» Вот прямо так и сказал. Потом он начал просить у меня прощения, говорить, какой он никчёмный отец и муж, всё в этом роде. Я еле сумел уложить его в постель. Сам я спал на диване. Не знаю, почему я не ушёл. Мне было любопытно. Утром отец, конечно, от всего открещивался, сказал, что понятия не имеет, что такого в книге. Он просто взял её с собой почитать. Самая обыкновенная книга, а я его не так понял. Не могу сказать, что я сразу поверил его рассказам о книге. Я не знал, что и думать, так что решил понаблюдать. Я выяснил, что он дома запирал книгу в сейфе и как будто даже сейфу не доверял – когда уезжал в Лондон, забирал с собой. Не знаю, каждый ли раз, потому что я не всегда мог следить за отцом… Я понял, что ночью он спьяну проболтался, а утром соврал. Но не могу сказать, что я много об этом думал. Когда отец заболел… – Джулиус остановился, словно ему нужно было перевести дух. – Точнее, когда стало понятно, что ему осталось мало, я снова увидел у него эту книгу, «Ворона вещей». Она постоянно была при нём. И я подумал, что надо бы её изучить. Я бы тоже не отказался от денег… Когда отец умер, я просто взял эту дурацкую книгу. Я же ничего не украл, это был теперь мой дом, моя книга! Не знаю, на что я рассчитывал, когда забрал её. Думал, там будет что-то написано про счёт в банке, или про какие-то акции, или описание системы, чтобы выигрывать в казино… Что угодно! Но там была только одна надпись и несколько номеров страниц в кружочках. А дата… Она была в будущем. Буквально через несколько дней. Я двадцать третьего ноября боялся спать ложиться, так было жутко. Смог уснуть только после полуночи, когда двадцать четвёртое наступило. И весь день боялся, что что-то произойдёт… Но это потом было. Тогда я просто всю голову сломал и понял, что ничего придумать не могу. Хоть убей, но ничего не понимаю. А тут ещё и выяснилось, что отец завещал книгу сэру Фрэнсису. Приехал поверенный и начал её искать.

– Вы не знали про завещание? – удивилась Айрис.

– Я знал в общих чертах, но только про то, что касалось меня, Элеоноры, матери… Отец наоставлял кучу всякой мелочёвки школам, колледжам, друзьям. – Джулиус пренебрежительно скривился. – Я знал, что там ничего значительного нет, так что даже не интересовался. «Ворон» где-то там и затерялся. Когда я узнал про завещание, то сначала подумал её отдать. Сказал бы, что нашёл в каком-нибудь богом забытом шкафу… Но потом… Потом меня взяла такая злость! Да, это меня не красит, но расскажу, как было, – он опять вздохнул. – Я верил, что в книге есть указание на что-то, что поможет получить деньги. Какой-то намёк. И почему я должен был отдавать эти деньги Лайлу? С какой стати? Это деньги моего отца, я его наследник! У Лайла и без того всё прекрасно. Да у него денег, наверное, больше, чем у меня! Ему же не надо тратить деньги на этого… динозавра! – Джулиус кивнул в сторону большого дома. – И я подумал, что должен попытаться сам понять, в чём секрет книги. Как бы опередить Лайла, понимаете? У меня ничего не получилось. Какая-то нелепая дата, цифры… Это для кого-то поумнее меня. И тут я вспомнил про Мирабилиса, ну и написал ему.

– Написали в «Истерн Дейли Газетт» и узнали адрес?

– Нет, узнал через Джеффри.

– То есть вы не писали письма? – спросила Айрис.

– Нет, я сначала написал в газету, но не особенно надеялся на ответ. Они вряд ли раздают адреса своих авторов всем, кто спросит… Но я написал. Правда, до того, как я узнал, что отец завещал книгу Лайлу. Я думал, что у меня полно времени, а тут вдруг выяснилось, что книгу нужно отдать. Я решил, что верну её в кабинет, когда придёт время зачитывать завещание. Я же не думал, что мать такую трагедию из-за этого устроит! В общем, я решил её пока придержать и как-то выйти на этого Мирабилиса. Я от Джеффри знал, что этот старикашка с ума сходит по всяким ребусам и шифрам. Почему бы ему не помочь мне? А тут как раз так получилось, что у моей матери стало плохо с сердцем, Элеонора и Джеффри примчались из Лондона, и я узнал адрес Мирабилиса.

– А Джеффри не спросил, зачем тебе адрес? – поинтересовался Дэвид.

– Я его не спрашивал… Полистал его записную книжку, пока он был внизу. Джеффри же с ним переписывается, с Мирабилисом. Я в тот же день отправил письмо, уже напрямую в этот Глоссоп. Расписал, что эта книга завещана родственником, умершим несколько лет назад, который намекнул, что в книге содержится нечто важное для всей семьи. Скоро наступит та самая дата, которая указана в надписи, двадцать третье ноября, мы все волнуемся, не могли бы вы нам сказать, мистер Хаймовиц, что скрывает наша семейная реликвия. Попросил ответить незамедлительно. Хаймовиц согласился помочь, написал, что очень заинтересован.