Анна Свирская – Пропавшая книга Шелторпов (страница 11)

Карточки были напечатаны на машинке, а в свободном пространстве в левом верхнем углу карандашом указывалось место книги на полке, например, 1.12 Е – 4. Это значило, что книга находится в библиотеке, а не в кабинете или в бывшей гостиной, в двенадцатом шкафу на полке E на месте четыре. С расстановкой Айрис разобралась быстро – это была самая лёгкая часть работы, а вот понять, как были расставлены карточки в каталоге и как присваивались коды, было гораздо сложнее.

Айрис выписала на листок коды и свои соображения насчёт того, что разные блоки цифр могли значить, но вообще-то религия её не интересовала. Ей нужна была художественная литература. Её в библиотеке было больше всего, но Айрис решила, что даже если она не поймёт классификацию, придуманную лордом Шелторпом, то за оставшееся время может просто перебрать все карточки вручную и хотя бы так найти «Ворона вещей». На карточке будет указан шкаф и полка, так что – вуаля, задача решена!

Айрис ещё до того, как занялась каталогом, осмотрела все полки в кабинете и все ящики, которые не были заперты, надеясь найти описание придуманной лордом Шелторпом классификации книг. Оно явно должно было быть. Лорд Шелторп должен был с чем-то сверяться, когда печатал на машинке новые карточки. Можно помнить коды для самых основных разделов, но помнить коды для десятков стран или областей знаний? Вряд ли старый граф был на такое способен.

Айрис ничего не нашла. И это было – опять же – странно. Она решила, что попозже попросит леди Шелторп или Джулиуса проверить запертые ящики, но ей казалось, что они и там ничего не найдут. Такие вещи обычно не прячут под замок. Не тайные, не ценные.

Но про книгу тоже думали, что она не ценная, а оказалось…

Пока Айрис не знала, что такого ценного было в книге с автографом Этериджа, но если судить по тому, как взволнованно звучал голос Ментон-Уайта, речь шла о десятках, а скорее даже сотнях фунтов. Но кто станет платить сотни фунтов за книгу малоизвестного писателя?

Айрис снова переключилась на каталог. Она отыскала в нём наконец ящики с художественной литературой и начала изучать расстановку карточек. Сняла с полок несколько книг, чтобы по их содержанию понять, что могли обозначать цифры, и только начала рисовать схему на бумаге, как дверь библиотеки открылась и вошёл Джулиус Шелторп.

– Как у вас дела, мисс Бирн? – протянул он. – Жаль, что вас зовут не Мэриан[8].

Айрис ожидала эту шутку. Не от лорда Джулиуса Шелторпа, конечно. Она её ожидала с того момента, как устроилась на лето в библиотеку Сомервиль-колледжа. Предсказуемо и банально.

Она даже не успела ничего ответить, когда Джулиус тихонько запел:

– Мэриан, мадам библиотекарь… Как привлечь твоё внимание… Ла-ла-ла… Люблю безумно, безумно и что-то там, о мадам библиотекарь!

Джулиус подошёл к столу, за которым сидела изумлённо глядящая на него Айрис, и заглянул в разложенные бумаги:

– О, вы продвигаетесь!

– Пока не сильно, – сказала Айрис, осторожно покосившись на поющего лорда.

Он уже переоделся к ужину и сменил вельветовые брюки и свитер на строгий чёрный костюм, и это поменяло его едва ли до неузнаваемости. Он казался выше, стройнее; у Джулиуса была прекрасная осанка, но покатые плечи и мягкий бесформенный свитер смазывали впечатление, теперь же лорд Шелторп смотрелся очень внушительно.

– Вы разбираетесь во всех этих цифрах? – спросил он.

– Это несложно. Но было бы хорошо найти справочник или, может быть, таблицы. У вашего отца явно должно было что-то остаться. Вы можете открыть ящики стола в кабинете, чтобы я могла посмотреть?

– Ключи хранятся у моей матери. Но она уже проверяла ящики. Мы же думали сами найти книгу… Она осматривала их вместе с поверенным, а потом ещё раз с Хардвик. – Говоря это, Джулиус не смотрел на Айрис, а прогуливался вдоль ближайшего шкафа. – Может, стоит где-то на полках? Какой примерно толщины должен быть этот справочник?

– Не представляю, – ответила Айрис. – Думаю, что тонкий. Что-то вроде тетради.

– Вообще-то я зашёл напомнить, что скоро ужин. Расскажете нам что-нибудь интересное про… про каталог. – Джулиус вытянул из плотного книжного ряда ярко-зелёный том и начал механически перелистывать страницы. – Или последние сплетни про Эбберли и нашего дорогого племянника. А то мы здесь втроём, кажется, переговорили уже на все возможные темы. А Лайла сегодня не будет. Он в Лондоне. У него там балет и еще какие-то дела, – добавил Джулиус, хотя Айрис его не спрашивала.

Она поняла, что Джулиус Шелторп жаждет поговорить. Ей же самой хотелось вернуться к каталогу и записям, пока важная мысль насчёт одного из разделителей не вылетела из головы. Да и вообще разговоры с Джулиусом не доставляли ей особого удовольствия: она постоянно чувствовала напряжение из-за того, что перед ней был не просто какой-то мужчина, а десятый граф Шелторп.

Однако она пересилила себя и решила поддержать беседу:

– Леди Изабель с ним не поехала? Из-за того, что у неё пока траур?

– Из-за того, что у неё пока есть муж. Она не может появиться в театре с другим мужчиной. Всегда найдётся знакомый, знакомый знакомого и так далее. А её муж… Он даже на похоронах моего отца не постыдился устроить скандал. Отвратный тип.

– Леди Шелторп это, наверное, было особенно неприятно, – прокомментировала Айрис, думая про себя о том, что аристократические семьи в этом отношении ничем не отличались от обычных. Такие же ссоры, скандалы, измены.

Да и была ли измена? Леди Изабель шестьдесят три или шестьдесят четыре. В этом возрасте возможна супружеская измена? Айрис никогда не задумывалась об этом раньше и решила, что и сейчас не очень-то хочется. Представлять знакомых тебе людей в постели – определённо странное занятие.

Джулиус довольно беспардонно положил свою книжку на край стола, занятого Айрис, и листал страницы, отыскивая иллюстрации: очень драматичные гравюры, где мужчины, женщины и дети почему-то постоянно вскидывали вверх руки, точно замахиваясь для удара.

– Я бы на вашем месте была с этой книгой поосторожнее, – сказала Айрис. – Если она издана ещё до восьмидесятых годов прошлого века, то может быть ядовитой.

– В каком смысле? – непонимающе воззрился на Айрис Джулиус.

– Она зелёная.

– Вы имеете в виду… Ох, чёрт! – До Джулиуса наконец дошло. – Та самая краска?

Он отдёрнул руки от книги и затряс ими. На лице читались ужас и отвращение.

– Эти книги не настолько опасные, – поспешила его успокоить Айрис. – Просто не облизывайте пальцы[9].

Ни слова больше не сказав, Джулиус развернулся и едва ли не бегом понёсся к дверям. Лицо у него было едва ли не таким же зелёным, как книга.

Айрис думала, что сможет поработать в библиотеке часов до десяти, но ушла в свою комнату гораздо раньше. Свет на всём первом этаже, да и на лестницах тоже, выключался, и от одной мысли, что придётся идти в темноте по всем этим комнатам и холлам, Айрис делалось жутко. Она боялась, что, как та незадачливая гостья, заблудится и не сможет потом найти свою комнату. В Клэйхит-Корте ориентироваться было гораздо проще, чем в Эбберли, здесь не было такого хитросплетения комнат и коридоров, да и коридоров, можно сказать, не было: дом был построен очень давно и, по обычаям того времени, в главном здании была просто анфилада залов и холлов. Но из-за своих колоссальных размеров и холлов с лестницами, похожих, как близнецы-братья, всё равно можно было легко запутаться.

Одно Айрис запомнила точно: ей нужна лестница с рыцарями, именно возле неё на втором этаже находилась дверь нужной спальни.

Эта лестница отличалась от остальных не только фигурами рыцарей. Во-первых, она не скрипела. На галерею, образованную изгибом этой лестницы, выходили двери спален хозяев и двух гостевых. Жить с таким ужасающим скрипом под дверью было бы просто невыносимо, так что эту лестницу полностью разобрали и отремонтировали. Во-вторых, у неё у единственной было своё название. Все остальные лестницы назывались по фигурам, украшавшим перила. Лестниц было двенадцать, по числу месяцев, и фигуры соответствовали знакам зодиака. Айрис очень захотелось сходить в дальнее крыло и посмотреть на скорпиона – как его изобразил неизвестный резчик семнадцатого века. Но она подозревала, что он выкрутился так же коварно, как и с этой лестницей. Она соответствовала знаку Рака, но вместо настоящих членистоногих были изображены рыцари в шлемах и латах, ноги которых обвивали удивительно гибкие и длинные раки, больше похожие на змей с ножками. Джулиус во время экскурсии по дому сказал, что рыцарь символизировал Геракла, а вся скульптурная группа – его второй подвиг, в котором, как известно, Гераклу нужно было сразиться с Лернейской Гидрой, а Рак выступил на её стороне. Лестница с рыцарями, а точнее, с маленькими раками-змеёнышами, называлась лестницей короля Иакова, потому что, по семейному преданию, в Клэйхит-Корте однажды гостил соответствующий король и, поднимаясь по лестнице после праздничного ужина, оступился и подвернул лодыжку. Ночевал он в главной хозяйской спальне, которую раньше занимал Родерик Шелторп и которая сейчас пустовала. Никаких документальных подтверждений того, что Иаков I действительно подвернул ногу или хотя бы просто гостил в Клэйхит-Корте, не было, но история оказалась живучей, и лестница так называлась уже более трёхсот лет.