Анна Старобинец – Хвостоеды (страница 30)
Он уснул два часа назад, и в полицейском участке стало ужасно тихо. Невыносимо, оглушительно тихо. Барсукот тогда, не выдержав тишины, вышел вон. Но тишина была и снаружи. Тишина замотала весь Дальний Лес в непроницаемый кокон. Тихо было на улице – никто не пел, не чирикал, не шуршал, не пищал, не скрёбся… Тихо было в баре «Сучок» и на Центральной Поляне, где спали ежи и лось Сохатый. Тихо было в лисьей норе, где спала беспробудным сном породистая кошка Маркиза и куда Барсукот зашёл за очередной бутылкой мухито. Десятилетний в погребе кончился, и Барсукот ещё вчера перешёл на обычный, молодой мухито этого года, но и обычного было мало. Запасы мухито не бесконечны. Ничто в этом мире не бесконечно. Он взял из Лисичкиного погреба последнюю бутылку мухито и вернулся в участок. Отвязал от спины свалявшийся хвост: теперь уже без разницы, соблюдает ли он зверские правила.
Он выпил по кружке мухито за каждого из спавших в участке – за Барсука, за Стервятника и за Волка, – чтобы им снились добрые сны. А потом вдруг подумал, что, если очень постараться, он, возможно, сможет их всё же разговорить. До сих пор никто ведь не пытался допрашивать впавших в спячку. Может быть, они слышат? Может быть, они подадут ему знак? Но никто ему не ответил и никто не подал знака: ни Барсук, ни Волк, ни Стервятник. Они упорно молчали.
– Милый барсучонок по лесу гулял… – пробормотал Барсукот, просто чтобы нарушить эту тишину. – Милый барсучонок хвостиком вилял… А за барсучонком крался Хвостоед… Кусь – и барсучонка больше в мире нет.
Но он есть. Почему он всё ещё есть? Почему он единственный не заболел? Когда Барсук Старший, впадая в спячку, сказал, что кусь-вирус не страшен Барсукоту, тот подумал, что это просто барсучий кусь-вирусный бред. Но Барсук оказался прав. «Оставайся собой, не изменяй своим привычкам, сынок, и ты не заболеешь». В чём зверская логика?!
Барсукот долакал мухито до дна и начал вылизываться, в сотый раз прокручивая в голове последние слова Барсука. «Всё дело в хвосте»… «Ищи бесхвостых»… Ну, лягухи бесхвосты, и что? Куда нас это ведёт?
– Куда нас это ведёт, а, Старший? – снова заговорил Барсукот. – Что ты имел в виду? Что кусь-вирус передаётся через ква-каунт? Чепуха. Здесь нет зверской логики. Здесь вообще нет логики!
«Я раскрыл это дело, – сказал ему тогда Барсук Старший. – Эпидемию можно остановить». Но где записи? Барсук всегда делал записи.
– Где записи, Старший? – Барсукот вскочил и принялся метаться из угла в угол. – Где твой знаменитый блокнот?! Я ведь всё обыскал! Я искал у тебя в норе, я искал его здесь, в участке! Куда ты его подевал? Ты сказал, что я должен спасти Дальний Лес! Что я должен распутать дело, развязать этот узел! – Барсукот подскочил к неподвижному Барсуку. – Неужели ты не мог напоследок подать мне знак? Указать, где мне искать этот твой, сыч его побери, блокнот! Просто лапой мог указать!.. Лапой… Стоп.
Барсукот заглянул Барсуку за спину – туда, куда указывала застывшая барсучья лапа. Она указывала на хвост. На подвязанный к спине хвост.
– Развяжи этот узел… – Барсукот захихикал. – Ты сказал мне: «Развяжи этот узел»…
Он надел лапчатки и развязал узел на хвосте Барсука. Хвост безвольно свесился вниз, и вместе с хвостом высвободился и шмякнулся на пол берестяной барсучий блокнот.
Глава 33, в которой Барсукот читает рабочий блокнот Барсука
Зверская эпидемия в Дальнем Лесу. Кому выгодно? У кого есть мотив??
«Г. С.» в записях Мыши Психолога – Гриф Стервятник? Почему экспертиза не показала следы зубов Яшки Юркого? Гриф ведёт себя странно. Наблюдать за ним!
Почему не болеют лягухи? Чем они отличаются от всех остальных зверей? У них нет хвоста! Поэтому их не кусают за хвост и, следовательно, они не заражаются? Но ведь заболевают не только укушенные звери, заболевают даже те, кто самоизолировались в дуплах и норах. Очевидно, что есть ещё какой-то источник заразы, не через хвосты (вода? воздух? фырканье? метки? пища?). Но и этот источник на лягух не воздействует… Очень странно.
Визит в Жужгород. Бедный Жак. Что-то в Жуже, его жене, меня беспокоит. Что?..
«Кусь-вирус – кара богов». Под клюквенной краской – муравьиная кислота, очевидно. Почему Гриф не хочет это признать? Кто мог сделать эту надпись, если всё же не Скунс Художник? У кого есть доступ к муравьиной кислоте?
1. У Грифа: он использует кислоту в реактивах.
2. У самих муравьёв.
Почему заболевшие перед самым впадением в спячку вертятся вокруг своей оси? Гоняются за своим хвостом? Нет, тут что-то ещё. Почему они норовят замотаться в траву или паутину?
Гриф ведёт себя всё более странно. Угождает кошке Маркизе. Утверждает, что наш жукоусилитель сломался, хотя вроде он был исправен. Гриф, похоже, не хочет, чтобы я опросил блоху. Значит, это тем более имеет смысл! Как заполучить блоху для допроса? Обнять блохастую кошку!
Как я и думал, жукоусилитель исправен. Но блоха отказывается давать показания. Нет никаких рычагов воздействия на неё. Угроза вывести её не сработала. Её слова: «Я спрыгну с тебя раньше, чем ты успеешь обработать свою свалявшуюся шерсть, тупое животное». Тактика угроз не годится. Нужна тактика взаимовыгодного сотрудничества. Что я могу предложить блохе? Думать об этом и выжидать. Выжидать и думать.
Грач Врач хотел сообщить что-то важное – не успел. Только крикнул Грифу: «Прохвост!» Что он хотел рассказать нам? Что Гриф замешан? Вроде логично. Но что, если он кричал не «прохвост», а «про хвост»?! Что, если Грач хотел рассказать нам что-то важное про хвосты? Ведь хвосты имеют прямое отношение к вирусу. Думать. Думать про хвост.
Просто версия. У лягух нет хвоста. Что, если вирус щадит их не потому, что их невозможно куснуть за хвост, а потому, что вирус разработан исключительно для хвостатых? Допустим, бесхвостые им вообще не болеют. Просто допустим. Кто у нас бесхвост, кроме лягух ква-каунта? «У жуков есть сердце, но не бывает хвостов», – слова жужелицы Жужи. Жуки бесхвосты! Уточнить в Зверской Энциклопедии Мира, кто ещё бесхвост.
Блох становится всё больше. Они размножаются. Я чешусь. Ещё немного выждать – и угроза их химического выведения станет куда весомей. Дождаться, когда блох станет столько, что они не успеют быстро выбраться из шерсти и спрыгнуть. И дать блохе-прародительнице выбор: химическое выведение или предоставление всему семейству убежища? Если последнее – ей придётся ответить на пару вопросов.
Не только у жуков нет хвостов. Их вообще нет у насекомых. Зверская Энциклопедия Мира! Насекомые замешаны в возникновении эпидемии? Возвращаемся к главным вопросам: кому выгодна эпидемия, у кого есть мотив? Насекомым выгодна эпидемия, и у них есть мотив, это же зверская логика! Если звери вымрут, Дальний Лес будет в их полном распоряжении, и никто их не будет жрать, и они будут отомщены. «Кусь-вирус – кара богов» – очевидно, написано муравьями! Но зачем Стервятнику покрывать муравьёв? Тут что-то не сходится…
Гриф признался. Взял на себя вину. Его версия опровергает мою теорию. Насекомые, получается, не виновники эпидемии, а пострадавшие? Он ставил на них чудовищные эксперименты. Даже на жуке Жаке – несмотря на его неприкосновенность. Неужели меня обманула зверская логика? Мой последний шанс – допрос блохи-прародительницы. Получается, она – свидетельница утечки из лаборатории Грифа. Её показания будут ценны.
Блоха призналась, что слышала разговор насекомых в подгнёздной лаборатории Грифа Стервятника сразу после утечки, пока насекомые расползались. Их план: «Произвести и распространить в Дальнем Лесу новый зверский вирус с опорой на эксперименты и наработки Грифа Стервятника». «Всё, что нужно было для производства вируса, они буквально испытали на себе и на себе унесли». Блоха также сообщила, что главой проекта по разработке вируса был назначен жук Жак – известный в насекомьих кругах жучёный.
И всё-таки я оказался прав!
Я должен избавиться от блох и ещё раз навестить Жужу.
Вопрос: все ли красные точки на моём хвосте – укусы блох? Или одна может быть
Ещё вопрос: как отличить живого жука от мёртвого?
Барсукот, сынок, если ты читаешь мой рабочий блокнот, значит, я всё-таки впал в беспробудную спячку и мы с тобой не успели поговорить. Я надеюсь, этого не случится – и мы с тобой всё обсудим уже сегодня, когда я вернусь из Жужгорода, куда сейчас направляюсь.
Но если ты всё же читаешь эти записи, а я сплю, очень важно, чтобы ты и дальше не пил мухито с мухами урожая этой осени, Барсукот. И чтобы ты не ел энергетические закуски! Я понял это только сегодня! Я предполагаю, что именно твоё пристрастие исключительно к мухито десятилетней выдержки и твоё отвращение к энергетическим закускам защищало тебя от кусь-вируса до сих пор – ну и ещё, конечно, природная ловкость, с которой ты уклоняешься от хвостоедов. Если я стал одним из них – уверен, ты с лёгкостью увернулся и от меня… «Почему только десятилетний мухито?» – спросишь ты. И я отвечу: «Зверская логика!» Потому что этот мухито сделан из доэпидемических мух. Полагаю, мухи этого сезона – распространители вируса: они жрут помёт заражённых, а мы жрём их – и заболеваем. Даже если нас никто не кусал за хвост. То же самое касается и закусок из комаров – они пьют кровь заражённых кусью. Я вдруг понял, что исконное название этих закусок совпадает с названием вируса! Если помнишь, в Дальнем Редколесье их называют «кусь-кусь».