Анна Шоу – Красная Нить Акайто (страница 34)
– Пока не увидим небо.
Камень ударяется о черную фигуру. Проходит насквозь.
Фигура дрогнула. Как мираж. Как рябь на воде.
– Ты не можешь тронуть то, чего нет, – говорит голос. – Я – тень. Воспоминание о боли.
– Тогда мы дадим тебе другую память! – кричит Сайори.
Подходит ближе. Почти вплотную к фигуре.
– Я отдаю тебе свое обещание.
Прижимает руку к груди. К сердцу.
– То, которое дала, когда носила тебя под сердцем.
Голос дрожит. Но не слабеет.
– Обещание любить. Даже если ты его не слышал.
Протягивает руку к фигуре. Раскрывает ладонь.
На ладони ничего нет. Пусто.
Но в воздухе что-то меняется.
Запах. Другой. Теплый. Чистый.
Молоко. Детская присыпка. Свежее белье.
Черная фигура отпрянула. Резко.
– Не надо… – голос дрожит. Впервые. – Это больно.
– Любовь иногда болит, – говорит Ретта.
Встает рядом с Саори. Плечом к плечу.
– Я отдаю тебе свой страх.
Выдыхает. Медленно. Полностью.
– Страх стать отцом. Страх не справиться.
Дыхание в холодном воздухе превращается в туман. Серый. Легкий.
– Я держал его в себе. Он съел меня изнутри. Забирай.
Туман обвивает черную фигуру. Окутывает.
Фигура начинает меняться.
Чернота слезает. Как старая кожа. Лоскутами.
Из-под неё проступает что-то бледное. Полупрозрачное.
Не мальчик. Не ребенок.
Очертание младенца. Крошечного. Не рожденного.
Игрушки вокруг замирают. Потом рассыпаются. В пыль. Тихо.
– Небо… – шепчет видение. Голос тонкий. Слабеющий.
– Я хочу увидеть небо.
Сверху, сквозь завал, пробивается луч.
Тонкий. Как нить. Слабый.
Падает прямо на фигуру младенца.
Он поднимает лицо. Размытое. Неясное.
На миг Ретта видит черты. Свои скулы. Глаза Сайори.
– Простите, – шепчет голос.
И растворяется в луче. Медленно. Полностью.
Луч гаснет.
Темнота снова полная. Глухая.
Но тишина другая. Не давящая. Пустая. Спокойная.
Сайори опускается на колени. Рыдает.
Тихо. Беззвучно. Тело содрогается. Спазмами.
Ретта стоит над ней. Смотрит в темноту. Видит её силуэт.
Усталость чудовищная. Облегчение странное.
Они дали ему уйти. Не привязали. Отпустили.
Сверху сыплется земля. Песок. Щебень.
Завал осыпается. Сам. Медленно.
Света становится больше. Серого. Тусклого.
Где-то высоко виднеется клочок неба. Далекий.
– Пора выбираться, – говорит Ретта хрипло.
Помогает ей подняться. Она тяжелая. Обессиленная.
– Пока это место не решило, что мы слишком ему понравились.
Они начинают карабкаться. По осыпающемуся склону.
К далекому недостижимому свету дня.
Руки скользят. Камни острые. Кровь на ладонях.
Но идут. Вверх. К небу. К жизни.
Глава 19: СТЕНА ИЗ ЛИЦ
Они выползли из колодца не в том дворе.
Вокруг не знакомые дома. Заброшенные корпуса. Старая больница.
Высокие здания с выбитыми окнами. Заросшие диким виноградом. Плющом.
Колодец зияет посреди парка. Заросшего бурьяном. Крапивой.