Анна Шнайдер – Максималист (страница 34)

– Леся? – пробормотал он, а потом хлопнул себя по лбу и застонал. – Чёрт, я забыл.

– Спасибо, а я не догадалась! – сказала она весело. – Стояла там у метро, стояла, звонила тебе, звонила… А потом решила наведаться. Думаю, вдруг ты вчера в гостях убил кого-нибудь, теперь в тюрьме сидишь, а мы и не в курсе.

– Добрая ты, – усмехнулся Макс, расслабившись. Жулька между тем увлечённо вылизывала Олесины пальцы.

– Конечно, добрая. Была бы злая, швырялась бы в тебя сейчас чем-нибудь. Что делать-то теперь? Телефон ты раскокал, а у меня никаких контактов нет. А люди ждут.

Юрьевский нахмурился, покосился на часы над дверью.

– Сейчас найду номер через планшет в соцсети. Позвоню, может, в одиннадцать им будет не поздно… Подожди пять минут, Лесь.

– А завтрак? – спросила я растерянно, глядя то на Макса, то на Олесю.

– Зависит от того, что мне скажут на том конце провода, – ответил Юрьевский. – Но Жульку надо покормить независимо от этого. Жуль, ко мне! Кушать!

Услышав эти волшебные команды, собачка, радостно перебирая лапками, помчалась к Максу.

– Вот она – сила любви, – хмыкнула Олеся.

– К хозяину? – поинтересовалась я.

– Да прям. К еде, – ответила она, и я засмеялась.

40

Пока Макс искал в планшете телефоны неведомых мне личностей, Олеся рассказала, в чём, собственно, дело.

– У моего мужа через две недели день рождения. Тридцать четыре стукнет. И я хочу подарить ему… э-э-э… В общем, кота хочу подарить. Или кошку.

– Кота? – переспросила я удивлённо.

– Угу, – кивнула Олеся. – Когда я в последний раз к Максу приезжала, он мне показывал, какие сейчас коты и кошки есть у его знакомых волонтёров. И мне там один котейка понравился… Каспером зовут. Сегодня мы с Максом должны были поехать знакомиться, он обещал меня отвезти, это аж в Зеленограде…

– Отвезти точно не получится, – проорал Юрьевский из комнаты. – Машину я вчера кинул на стоянке возле дома брата, надо ехать забирать. Так что если поедем, то на такси… Алло, алло. Лена? Привет, это Максим. Я хотел спросить…

– Слушай, а можно мне с вами? – поинтересовалась я у Олеси, пока Макс выяснял, поедем мы куда-либо или нет. – Я…

Я старательно пыталась подобрать слова и объяснить, зачем мне ехать смотреть чужого кота, но придумать правдоподобное объяснение не получалось.

Но это и не понадобилось.

– Можно, конечно, – кивнула Олеся. – Если тебе не лень тащиться в Зеленоград.

– Это, кстати, хорошая проверка серьёзности намерений будущих хозяев, – хмыкнул Макс, возвращаясь на кухню. – Если им лень ехать знакомиться с животным в Подмосковье, то вряд ли из такого союза получится хоть что-то путное. Значит, потом им будет лень делать прививки каждый год, наливать воду в миски, кормить хорошим кормом и так далее.

– Макс в этом разбирается, – важно кивнула Олеся. – Поэтому я к нему и обратилась. Я вообще думала купить котёнка, но кое-кто надавал мне по башке и сказал, что нечего никого покупать, когда у нас дофига прекрасного совершенно бесплатно.

– Вот-вот. А дизайн… тьфу, то есть, порода – это для слабаков. Или для романтичных барышень.

– Макс, ты максималист, – повторила я вчерашнюю шутку.

– Имею право, – пожал плечами Юрьевский и повернулся к Олесе. – В общем, Лесь, мне сказали – приезжайте. К одиннадцати или двенадцати. Главное – не позже часа дня. Поедем?

– Конечно, – она аж подпрыгнула. – Я из-за этой поездки, между прочим, физкультуру прогуливаю!

– Какую физкультуру? – поразилась я.

– Да в институте у нас занятия по субботам, мать её за ногу… Мы растим здоровое поколение, – явно передразнила кого-то Олеся. – Угу, может, и здоровое. Но злое настолько, шо пипец.

Я хихикнула. А ведь действительно, у меня тоже была физкультура по субботам. Правда, кажется, на третьем курсе…

– Тогда я вызываю такси, – вмешался в наше с Лесей хихиканье Юрьевский. – Свет, ты?..

– Я с вами, – кивнула я под жалобное завывание пустого желудка. Заткнись, я тебя потом покормлю! – В качестве моральной поддержки.

Макс не стал возражать, просто кивнул и уткнулся в планшет, заказывая такси.

– Чувствую себя садистом, – шепнула мне Леся. – Может, вы возьмёте с собой что-нибудь пожевать? Бутерброды, шоколадки…

– Хлеба нет, – невозмутимо отозвался Юрьевский. – А весь шоколад мы вчера ещё по дороге сюда съели.

Я фыркнула, вспомнив таксиста и его просьбу обойтись без шуток.

Что-то мне подсказывает: если бы в салоне вместе с нами сидела ещё и Леся, он точно во что-нибудь врезался бы…

***

До места назначения мы домчались за час с небольшим. Я за это время есть почти расхотела – желудок отчаялся и депрессивно затих.

Таксист на этот раз попался угрюмый и молчаливый, не обращавший внимания на наши разговоры, и мы совсем обнаглели – болтали без умолку.

Особенно мы с Лесей. Макс всё больше просто слушал, загадочно улыбаясь, а мы трещали. Я рассказывала про свою учёбу, она – про свою. Я училась на рекламщика, а Олеся была на первом курсе медицинского – совершенно другой мир, поэтому я слушала ее с большим интересом.

И мой маленький ревнивый червячок почти уснул, завороженный очарованием знакомой Макса. Червячок сам был готов в неё влюбиться и противненько подвывал где-то в груди – нам с тобой, Светка, никогда не быть такими очаровательными…

В Зеленограде мы попрощались с угрюмым таксистом, решив не терзать его ожиданием возле подъезда. Потом Макс позвонил по телефону, сообщил, что мы приехали, и повёл явно хорошо известной ему дорогой.

Нас встретила невысокая молодая девушка с длинной светло-русой косой. Выдала всем тапочки и провела в комнату.

На диване, свернувшись в клубочек, спал прекрасный котик. Персикового цвета, с белой грудкой и белыми «носочками» на лапках.

Леся отделилась от нас с Максом, прошла дальше, села перед Каспером на колени и осторожно погладила его по голове. Кот открыл глаза, оказавшиеся жёлтыми, и внимательно поглядел на девушку.

– Привет, Каспер, – сказала Леся тихо. – Какой ты красивый малыш. А расскажете мне про него? – обратилась она к хозяйке квартиры. – А то у меня кошка была очень давно, в глубоком детстве, и я уже почти ничего не помню…‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Пойдём, – Макс аккуратно взял меня под локоть и вывел из комнаты. – Давай в коридоре подождём, чтобы не мешать. Сейчас Леську экзаменовать будут.

– Экзаменовать? – переспросила я.

– Да. Я это так называю. Она думает, что приехала знакомиться с котом, а на самом деле это с ней знакомятся. Смотрят, что за человек, подходит ли.

– В смысле – подходит? Коту?

– Конечно. И просто – годится ли в хозяева, это ведь большая ответственность. И подходит ли этому конкретному коту. Жила у Лены раньше кошка с жутким характером, запамятовал, как звали… Три года ей хозяина искали, потому как не животное это было, а монстр. И как-то раз приехала одна девушка знакомиться с другой кошкой, увидела эту – и всё. Взаимная любовь с первого взгляда.

– Прям как у людей, – протянула я, и Макс улыбнулся.

– Почти. У людей любовь может пройти. А вот у кошки или собаки – никогда.

Любовь может пройти… Он сказал это не специально, я знаю, просто к слову пришлось. Но меня кольнуло болью и чувством вины. И непониманием.

Три недели назад я любила Андрея больше жизни. А теперь стою рядом с Максом и осознаю ясно и чётко: я не хочу возвращаться к мужу. Совсем не хочу…

Как же так? Получается, я его не любила, что ли?

Или я настолько ветреная особа?

– О чём ты так напряжённо думаешь?

– О ерунде всякой, – я усмехнулась и отвела глаза. – Есть хочу ужасно.

– Сейчас с Олеськой закончат – и сходим куда-нибудь.

– С Олеськой закончат… звучит жутко.

– Вот уж за кого я не переживаю, так это за Лесю, – фыркнул Макс. – Ответственнее человека я не знаю.

И опять червячок ревности поднял свою обожравшуюся за утро голову и начал тоскливо подвывать.