Анна Шаенская – Истинная на полставки (страница 37)

— Кстати, если Тайса и Юджин тайно сочетались браком, то Летиция не была бастардом, — задумчиво протянул Рамон, — и на фоне того, что у Ирвина магическое бесплодие, Амира является единственной законной наследницей…

— Ни за что! — ужаснулась, подскочив на ноги и принявшись нервно расхаживать по комнате. — Нет! Нет и ещё раз, нет! Я согласна помочь вампирам, но управление империей — это без меня! Я…

— Тш-ш-ш! Кровинушка моя, не суетись, — дух приложил палец к губам, отчего многочисленные браслеты на его руках зазвенели как крохотные колокольчики. — А когда Ирвину успели выставить диагноз? — удивлённо уточнил, обернувшись к Рамону.

— После брака с Этелией Лангарской, принцессой солнечных эльфов. К слову, этот диагноз у многих вызвал вопросы, — дракон задумчиво покосился на меня и от жуткой догадки я едва не подпрыгнула.

— Намекаешь, что Сорель намеренно травит императора, чтобы возвести меня на престол?! Он же… он же убить меня пытался! — воскликнула, задохнувшись от шока и возмущения.

— Пытался, — кивнул Валентин. — Но похоже, изначально ставка была на то, что твои родители прятали артефакты клана в мастерской Томаса. Не найдя их там, Сорель решил пересмотреть и скорректировать план.

— Или покушение продумывал не он, — неожиданно предположил Рамон, — думаю, советник на высоком счету у мятежников, но всё же, не глава Кровавого рассвета. И если откинуть эмоции, то для него этот план слишком… грубый. При всей жестокости и подлости Сорель обычно действует точечно и ювелирно. Поджог целого квартала не вписывается в его почерк, как и прямое воздействие на инквизитора. Слишком много следов.

— Хм… возможно, — Валентин вновь принялся кружить по комнате, обдумывая слова дракона.

Нестыковок и впрямь было много. К примеру, я тоже не понимала, почему Сорель не добил меня в приюте, если целью было избавиться от всех магических наследниц? Уж коль он сжёг целый квартал, то подстроить несчастный случай и избавиться от одной крохи было несложно. Особенно после того, как я лишилась защиты Валентина и клана.

Или… не лишилась?

— Да, клан всё это время продолжал незаметно охранять тебя, — подтвердил дух, едва озвучила вопросы. — Только после твоего совершеннолетия они отдали остатки магии мне, чтобы я сумел пробудиться при твоём приближении. А затем залегли на дно, наблюдая и не вмешиваясь без крайней необходимости.

— Сможешь с ними связаться? — уточнил Рамон. — Хочу выяснить, как много им известно и есть ли у них информация, которая может нам помочь.

— Разумеется, но для начала мне нужно немного восстановить силы, — кивнул вампир. — И давайте закончим с Сорелем. Если отталкиваться от твоей идеи, после провалившегося покушения на Амиру и неудачной попытки найти артефакты в мастерской Томаса Раэли, инкубы Кровавого Рассвета должны были пересмотреть план…

— После пожара я попала в приют, — перебила его, — почему инкубы не последовали за мной и не попытались найти пропавшие амулеты в личных вещах?

— Полагаю, они пытались, — Валентин задумчиво куснул нижнюю губу, — нужно поговорить с кланом. Если мои догадки верны, это они сделали так, что инкубы ничего не нашли.

— Кстати! — встрепенулся Дари. — Амира, ты не помнишь, у кого хранился гребень? Ты говорила, что кольца забрал на хранение директор приюта…

— Гребень остался у меня, как и плюшевый кот, — нахмурилась, догадавшись, к чему он ведёт, — но амулет мамы мне вернули не сразу…

— По-видимому, его вместе с кольцами вначале проверили инкубы, — удовлетворённо кивнул дракон, — а гребень всё это время защищал тебя от их магии. Отсюда и устойчивость к флёру Сореля и необъяснимое отвращение, которое ты испытала к нему в МШИ.

— Но тогда у меня не было гребня! — напомнила. — Я отдала его…

— Это уже не имеет значения, — покачал головой Валентин, — за пару лет сумеречная рябина полностью привязывается к ауре хозяина и после действует на любом расстоянии. Если ты пользовалась гребнем до оборота, артефакт продолжал защищать тебя даже из банковского хранилища.

Ого! Это и впрямь многое объясняет!

— При первой встрече в МШИ Сорель пытался воздействовать на меня, — призналась, — и ужасно разозлился, когда попытка провалилась. Возможно, именно тогда он и заподозрил, что агенты Кровавого рассвета проверили не все вещи и что-то упустили.

— Логично, — согласился Рамон, — думаю, когда директора приюта оплели Змеиным флёром и спросили о твоих личных вещах, он честно вынес украшения, а про старую игрушку и гребень даже не вспомнил.

— Да никто бы на его месте не вспомнил. Скажу больше, никому бы и в голову не пришло, что кто-то может претендовать на столь… нелепые сокровища, — фыркнул Валентин. — А ведь я всегда говорил, что лучший тайник — это странный тайник!

— Допустим, Сорель убедил главу Кровавого рассвета проверить личные вещи на предмет амулетов, а после, не найдя в них ничего подозрительного, уговорил дождаться моего десятилетия, чтобы выяснить, могу ли я стать твоей магической наследницей, — предположила, возвращаясь к нашему расследованию. — Но почему он сейчас так вцепился в банковскую ячейку?

— Учитывая, что перед переводом в МШИ твои вещи подробно описали, Сорель мог обнаружить в ведомостях неучтённые до этого предметы и догадаться, где именно спрятаны Цепи, но было уже поздно, — продолжил рассуждать Дари. — По закону до твоего совершеннолетия вещи принадлежали ректору, а добраться до леди Ортани Сорель никак не мог, как и выкрасть плюшевого кота и гребень из банка.

— А после, узнав, что Амира обернулась и уже не может получить обе Тени, решил использовать её как наследницу Юджина и возвести на престол, — добавил Дари.

— При управляемой императрице статус советника оставлял ему пространство для манёвров, поэтому он решил жениться не на наследнице, а сочетаться браком с Мишель Валэнте, — продолжил за него Рамон, — этот брак позволял ему основательно укрепить положение в Совете. Должен признать, план гениальный, и если бы сейчас всё срослось, Сорель и мятежники получили бы намного больше, чем тогда от убийства малышки.

— Конечно, — кивнул Валентин, — взяв Амиру под контроль, Кровавый рассвет не только расчистил бы себе дорогу на престол, но и получил возможность сразу избавиться от потенциальных магических наследников, оставляя в живых только мальчиков или девочек с активным Даром альеззы, неспособных принять Тень.

— Последние инкубам даже выгоднее, ведь их можно контролировать с помощью амулета и использовать для достижения своих гнусных целей, — скривилась, чувствуя, как внутри всё закипает от ярости, — идеальный план — полностью управляемая императорская семья… Понять бы ещё, как он узнал, что я внучка Юджина, если о его браке с Тайсой никто не знал? — добавила, вспомнив о главной нестыковке.

— Здесь как раз всё просто, — перебил меня Дари. — После смерти Моник вскрылась пропажа артефактов. Полагаю, Сорель руководствовался той же логикой, что и мы с хозяином.

— Не факт, что инкуб догадывался о тайном бракосочетании Тайсы и Юджина, — добавил Рамон, — но зная, что мать Летты служила при штабе инквизиции, несложно предположить, что у неё мог быть роман с Юджином.

Я горько вздохнула. Пытаясь спасти альезз от нового закона о тотальном контроле, Моник невольно вывела инкубов на мою семью, но оставь вампирша всё как есть, Сорель получил бы Цепи в личное пользование. И тогда в смертельной ловушке оказались бы уже все многоликие, а моих близких и меня всё равно бы убили из-за родства с Валентином.

— Моник тщательно замела следы и найти амулеты не сумели лучшие ищейки империи, — продолжил Рамон, — но они искали именно Цепи, а инкубы отталкивались от поисков не только амулетов, но и магической наследницы.

— У инкубов Кровавого рассвета есть специальные поисковые амулеты, — подтвердил вампир, — пока я был при полной Силе, мог защищать своих потомков, но отказ Летты запустил лавину проблем… — на лицо духа набежала тень и, не удержавшись, задала давно терзавший меня вопрос.

— Почему вы позволили ей отказаться, если от этого так много зависит?!

— Тени нельзя принять против воли, — покачал головой вампир, — Летиция должна была хотеть этого и сделать всё добровольно.

— Но я тоже не особо хочу! — честно призналась.

— Ты опасаешься, но жаждешь отомстить за родителей, поэтому ментально уже связана с амулетами, — пояснил Валентин, — и, что ещё важнее, глядя на тебя, Амира, я вижу воина. Закалённого невзгодами, ловкого и хитрого. Ты сразу поняла, в чём истинная ценность амулетов и на что способны инкубы-мятежники, а Летицию с рождения оберегали от всего мира, поэтому она выросла очень мягкой и нежной, — с горькой улыбкой добавил дух, — в ней не было ни капли твоей силы духа и решительности. Принятие Дара могло погубить её, поэтому я не стал давить, и мы заключили другое соглашение.

— Какое? — я жадно ловила каждое слово вампира, поражаясь, как точно он прочувствовал меня. Словно всё это время был рядом и видел, через что мне пришлось пройти.

— Летиция не хотела подставлять клан, но и расстаться с Томасом не могла, поэтому мы договорились, что она проживёт жизнь человеком, но если у неё родится дочь с активным Даром и не сумеет принять Тени, то уже в старости Летта исполнит свой долг, а после смерти истинного клан поможет ей уйти вслед за любимым.