Анна Шаенская – Истинная на полставки (страница 39)

— Именно, — кивнул Рамон. — Если выйдешь с браслетом за пределы Самоцветного крыла, сигнальные сети сразу засекут незваных гостей.

— А Валентин? Он ведь тоже принимал туманную форму, когда прятался в игрушке, и очнулся, едва открыла сейф! — напомнила. — Почему сигнализация банка не заметила его?

— Потеряв Силу я впал в магический сон и во время нашей встречи в хранилище ещё не до конца пробудился, — пояснил дух, — а Ольгред, Алан и Ториэль хоть и ослабли магически, но вполне живые и полные сил вампиры.

— Учитывая, что во время бала гостям и не положено покидать Самоцветное крыло, проблем возникнуть не должно, но на всякий случай, помни об этом, — продолжил Рамон, — что касается Валентина, он тоже временно переместится в браслет. Едва окажемся во дворце, выпустишь его вместе с остальными, чтобы они могли проследить за Сорелем.

План был безумным, но в теории, рабочим. Понятно, что на балу инкуб будет вести себя тише тени и ценной информацией мы вряд ли разживёмся, даже если будем порхать за ним всю ночь. Но незримое присутствие вампиров придавало уверенности и страховало меня от неожиданностей.

— Все Дети Тумана владеют клановой телепатией, — неожиданно добавил вампир, — из-за проблем с источником она действует на весьма ограниченном расстоянии, но для поддержания связи во время бала хватит и этого.

— Теперь о самом мероприятии, — генерал бросил беглый взгляд на часы, — ты сопровождаешь меня на правах адъютанта, поэтому должна повсюду следовать за мной и не имеешь права ни с кем танцевать.

Последнее определённо радовало. Благодаря Сорелю на бал мы собирались как на войну, тут уж точно не до развлечений!

— Догра будет страховать нас на предмет проклятия и следить, чтобы оно внезапно не заиграло новыми красками, — продолжил Рамон. — Сомневаюсь, что Сорель рискнёт устроить на балу провокацию, но если он всё же убедит императора вызвать меня на аудиенцию, держись Сэвана и ни на шаг не отходи от него. И… мы опаздываем, — добавил, покосившись на часы.

— Амира, надевай браслет с вампирами. Пора показать инкубам, по чем в империи сумеречная рябина! — подмигнул мне Валентин, прежде чем превратиться в туманную дымку.

ГЛАВА 19: Огни и сумрак

Через полчаса, на подъезде к императорскому дворцу, Амира

Мерный стук колёс и цокот лошадиных копыт сливались в единую симфонию, отмеряя оставшиеся до бала минуты и помогая настроиться на нужный лад. Предстоящая вылазка напоминала чечётку на минном поле, но на удивление, больше всего беспокоила даже не высадка вампирского отряда, а недавнее ограбление Сореля.

Когда садились в карету на коммуникаторы прилетело срочное известие. Инквизиции удалось задержать вора при попытке покинуть столицу вместе с награбленным. Им оказался Сэдди Рогра — один из пяти баронов Серой гильдии и командир главного штурмового отряда бандитов.

Новость была дикой и совершенно не вписывалась в картину происходящего. Но проскользнувший в мои мысли Дари напомнил, что во время вылазки за колечком они с Рамоном подслушали разговор тройняшек Лестрей.

Вампирши упоминали, что Рогра разгневал хозяина и боялись повторить его судьбу. На фоне этого показательный арест выглядел относительно логичным. Учитывая, что у инкуба свои люди в инквизиции, он вполне мог дать Сэдди второй шанс при условии, что тот хорошо отыграет роль пойманного вора. Но… какой в этом смысл?!

Если Сорель и передумал использовать манёвр с ограблением, в чём я очень сомневалась, проще было объявить, что пропавшие вещи найдены, а преступник погиб при задержании в результате завязавшейся драки.

Я слышала, что Серые всегда держали в казематах особо провинившихся жуликов именно для того, чтобы при необходимости повесить на них посмертно чужое преступление и «сдать» тело полиции.

Это отвратительно и жестоко, но вполне в стиле советника. Он всегда маниакально заметал следы и до конца отыгрывал каждую партию, а тут…

— Подъезжаем к императорскому дворцу! — голос кучера вырвал из размышлений. Вздрогнув, столкнулась взглядом с сидящей напротив Мишель.

Чтобы скрыть потерю флёра целительнице выдали роскошную маску из золотого кружева, закрывающую верхнюю часть лица и блокирующую магию очарования. Похожую носила Солнцеликая, периодически заменяя её лёгкой зачарованной вуалью. Это помогало высшим эльфам держать гипнотическое обаяние при себе.

После встречи с истинной парой флёр частенько усиливался до невозможного и мог проломить любую ментальную защиту. Эффект был временным, но в любом случае, появление Мишель на балу в маске никого не удивит.

Ко мне вопросов тоже быть не должно, как и к Сэвану. Наше присутствие обуславливалось дворцовым этикетом, и в теории опасаться нечего, но меня не отпускало предчувствие, что бал закончится катастрофой и «рванёт» именно тема ограбления.

Судя по напряжённым лицам остальных, они также ждали худшего. Лишь Валентин был полон энергии и праведной ярости. Новости о тройняшках привели его в бешенство. Не спасло даже то, что дамы принадлежали к дневному клану, и к моему деду отношения не имели, хотя и подчинялись Слову Рода.

Прикинув варианты, Валентин заверил, что даже в таком состоянии сможет при встрече подчинить дамочек с помощью печати отца прародителя и о них можно не переживать. Более того, сможем заполучить в их лице проверенных и послушных шпионов.

— Приехали! — карета остановилась, и от дурных предчувствий сердце заколотилось сильнее. Своё будущее видела очень редко, зато безошибочно чувствовала беду, и сейчас не сомневалась — бал пойдёт совершенно не по плану.

Двери распахнулись, и Рамон первым вышел из экипажа, галантно подавая руку супруге. Простая дань вежливости и нашей легенде, но татуировка пары возмущённо зачесалась и на этот раз я не могла соврать себе, что мне всё равно. Впрочем, как и объяснить, что происходит между мной и драконом.

Во время разговора с Валентином генерал говорил о нашей парности так уверенно, будто это не подлежало сомнению и для себя он всё решил. Сам вампир тоже сразу почувствовал эту связь, и только я до сих пор паниковала и сомневалась.

Выбрала бы я Рамона, случись всё иначе? Добровольно, без подсказок истинности и магических символов на руках? И будь выбор у дракона, захотел бы он связать свою жизнь с презираемой обществом серой мышью?

— Госпожа Раэли, — грубоватый, похожий на рычание хищника голос Сэвана вернул в реальность. Темнейший успел выбраться из кареты и подавал мне руку.

На миг это ошарашило. Герцог, командир некромантского корпуса, заместитель генерала и старший целитель гвардии в открытую предлагает помощь безродному адъютанту?!

Грубейшее нарушение этикета!

— Госпожа, — в изумрудных, как пламя Бездны, глазах мага плескались смесь азарта и предвкушения. Я не понимала, что задумал некромант, но точно знала — Рамон всецело доверяет ему, поэтому руку всё же подала.

— Благодарю, — едва выбралась из кареты, на меня лавиной обрушилось чужое любопытство. Шальное, переплетённое в тугой комок с растерянностью и нетерпеливым ожиданием.

Взгляды гостей были всецело направлены на меня. Они оценивали каждую пуговицу на парадной форме и пытались найти изъян, достойный насмешек. Словно одного факта моей многоликости было уже недостаточно.

За это и не любила придворный серпентарий. Каждый шаг, каждый поворот головы и даже чих оценивали десятки высокородных змей, чтобы потом уползти на ближайший балкон и с чувством перемыть кости. Если бы до этого не заменяла на балах настоящих аристократок, точно извелась бы от переживаний. А так знала, что высшая знать, в принципе, презирает всех, включая друг друга, а потому не особо переживала.

Что мне с их одобрения?

Я здесь как адъютант генерала, а не дебютантка на смотринах. Меня больше волновало повышенное внимание, значительно усложнявшее высадку туманного отряда…

— Господин генерал! — к нам подошёл главный казначей.

Тощий, мелкий, одетый в нелепые салатовые шаровары и расшитый жемчугом кафтан того же цвета. Он напоминал сбежавший с грядки огурец, и странная широкополая шляпа в форме листа, лишь усиливала это сходство.

— Поздравляю с благим событием! — Золтей почтительно поклонился Мишель и обратился к Рамону, — Ваша супруга прекрасна. Но и вторая спутница весьма… интересная особа. Не представите нас?

Лепрекон даже мне едва доставал до груди, а на фоне рослых и широкоплечих драконов выглядел и вовсе крохотным, но в отличие от остальных сплетников он обладал должной смелостью, рискнув первым пойти в разведку.

— Благодарю, — сухо отозвался дракон и обернулся ко мне. — Госпожа Раэли, мой адъютант. А это — мессир Золтей Златович.

Имя главного казначея давно стало бесконечным источником каламбуров. Хотя, я бы поостереглась шутить над тем, кто умудрился провести на столь ответственной должности больше двух тысяч лет, пережив семь императоров и два переворота.

— Очень приятно! — лепрекон подошёл ближе и подал мне руку. По двору тут же пронеслась волна ошалелых шепотков.

— Для меня честь познакомиться с вами, — ответила как можно дружелюбнее и пожала крохотную ладошку.

На балу целовать ручку полагалось только гостьям, прибывшим в вечерних туалетах. С боевыми магессами и леди при исполнении здоровались по-мужски.

— Гвардейцы и друзья гвардии — мои друзья! — гордо и нарочито громко добавил Золтей.