Анна Сешт – Сердце демона (страница 38)
Теперь их взглядам открылась вырубленная в скале лестница. Ступени кое-где были сбиты, и внизу на гладком полу лежали обломки камней. Никто не двигался.
– А чего мы ждём? – негромко с нетерпением уточнил Альяз, но в тишине его голос прозвучал резко.
Нера усмехнулась, дёрнув хвостом.
– Моего выхода, конечно. Узрите работу мастера!
Раштау закатил глаза.
По-кошачьи легко перепрыгивая по ступенькам, охотница достигла основания лестницы, балансируя на самом краю последней ступени, и легко наступила кончиком сапога на плиты пола.
Ничего не произошло.
– О, ну неужто проржавело? – удивилась она и в следующий миг вдруг прыгнула, бесшумно приземлившись на плиты.
Пол застонал и содрогнулся, проваливаясь под ней, и бездонной чернотой разверзся зов сработавшей ловушки. Аштирра вскрикнула, но Нера оказалась стремительнее. С невероятной скоростью, играючи перепрыгивала она с одной отъезжающей вздыбившейся плиты на другую, пока снова не вернулась на лестницу.
Жрица знала о таких ямах, замаскированных перекрытиями, на вид неотличимыми от пола усыпальницы. Дно одних было утыкано кольями, а у других и вовсе обрывалось древними ритуальными шахтами, куда сбрасывались жертвенные дары. Один шаг – и незадачливые грабители сами становились жертвенным даром богам и умершим.
Раштау даже бровью не повёл. Кочевники смотрели на охотницу как на богиню. Эймер с досадой прищёлкнула языком.
– Можно немножко побыстрее?
– Сама ж говорила, терпение – добродетель, – насмешливо пропела Нера. Прижав свободную ладонь к одной из отшлифованных стен, охотница прислушалась к чему-то, водя изящными пальцами по камню.
Аштирра прищурилась, силясь разглядеть. Ни рычажка, ни уступа – если провалиться, даже удержаться не за что. Но Нера нащупала что-то одной ей видимое, и снова раздался скрежет.
– Ого! – не удержался Альяз, во все глаза глядя, как одна из плит встаёт на место, образуя узкий проход.
– Древние были чрезвычайно практичны – это Раштау так говорит. В общем, выдержит, если не слишком прыгать, – заявила Нера и, перебежав на другую сторону ямы, поманила их за собой из полумрака.
Раштау пропустил вперёд Эймер и Аштирру, готовый подстраховать, если придётся. Проходили по одному – плита чуть покачивалась под весом. Оставалось лишь надеяться, что, на чём бы она там ни крепилась, эти древние крепления выдержат.
Жрица бросила взгляд вниз. Темнота скалилась из кажущейся бездонной ловушки, и девушка не решилась поднять факел повыше, чтобы рассмотреть её.
Они оказались в небольшом овальном зале, больше похожем на пещеру, хоть и рукотворную. В скале были вырублены ниши для алтарей и захоронений. В застоявшемся воздухе пахло тленом и бальзамирующими составами. Ритуальные благовония давно уже выветрились, оставив лишь полузабытый шлейф.
С горечью Аштирра наблюдала последствия разорения некрополя. Тела умерших были выброшены из выдолбленных в скале ниш, где ранее они были погребены. Большинство мумий были распотрошены, а то и вовсе разрублены на части; погребальные пелены – разорваны грабителями, искавшими сокровища и ценные артефакты, которые бальзамировщики при подготовке тел к вечности раскладывали между слоями ткани. Кое-где на полу и у стен лежали останки «посетителей» этих мест родом из недавней эпохи. Раштау рассказывал, что некрополь Шаидет разграблялся не единожды, причём первыми мародёрами были сами рэмеи в эпохи смут, предшествовавшие Катастрофе. Но на некоторых полуистлевших останках Аштирра замечала элементы доспехов, относившихся к амранской культуре. Иногда расхитители, обнаружив в гробнице что-то ценное, хладнокровно расправлялись со своими же товарищами, лишь бы не делиться добычей.
Коротко окинув взглядом удручающую, но не удивившую его картину, Раштау вскинул руку.
– Времени у нас не так много, прежде чем наш план раскусят.
– И так уже в спину дышат, хайтовы отродья, – проворчала Нера, но тут же замолчала, когда жрец строго глянул на неё – чтоб не перебивала.
– Вы понимаете, почему наш отряд небольшой, – продолжал он. – Скорость и скрытность. В прошлый раз мы не заходили дальше этой галереи. Я разметил путь, опираясь на свои знания и расчёты, а также на то, что мы обнаружили в захоронениях союзников царицы. Впереди могут быть действующие ловушки – ими займётся Нера. Это многоуровневое погребение. Гробница Кадмейры скрыта в глубине.
– Но как мы узнаем, где именно? – уточнил Ришнис.
Раштау чуть улыбнулся.
– Я знаю, куда смотреть.
Нера окинула взглядом зал, высветив факелом ниши с мертвецами, и направилась вперёд, протиснулась в узкий проход. Дождавшись её команды, остальные пошли следом.
– Что мы там ищем? – тихо спросил Альяз у Аштирры. – Ведь не сокровища же.
– Нечто гораздо более ценное, – так же вполголоса подтвердила девушка. – Знание, которым Кадмейра владела и которое желала передать нам.
– Живую легенду людей и рэмеи, – мягко отозвалась Эймер, идущая за ними.
Альяз задумчиво кивнул. У хиннан слагали свои легенды, но даже в их старинных историях нашлось место для древней царицы, хоть и иносказательно.
Всплеск здесь, в глубине, ощущался ещё явственнее с каждым шагом. Но по крайней мере искажения пока не давали о себе знать. Хотелось верить, что и чудовищ не попадётся.
Некоторые ходы в катакомбах были достаточно широки, чтобы в них можно было разминуться двоим, пронести ритуальные принадлежности и провести погребение. В иных едва можно было протиснуться боком или согнувшись в три погибели. Коридор, в который их провела Нера, для процессий явно не предназначался. Аштирра даже при своём не самом высоком росте едва не царапала рогами потолок, а до каждой из шершавых стен могла бы дотянуться, не разводя руки полностью. Раштау, Ришнис и Альяз шли чуть согнувшись.
В игре теней и света бездымного факела девушке казалось, что на грубо обработанном красноватом камне она различает какие-то знаки, возможно, наброски священных текстов. Но, может, то была лишь игра воображения, а не незаконченные послания предков.
Тианера, шедшая впереди товарищей на некотором отдалении, то и дело ощупывала стены, проводя по ним подпиленными когтями. Иногда она вскидывала руку в особом жесте, заставляя всех остановиться, и прислушивалась, словно из-под плит пола или стен доносился какой-то одной ей слышный шум. Аштирре даже начало казаться, что и она слышит шорохи, шепотки и едва различимый гул.
Узкий коридор шёл вниз и петлял. По бокам попадались полуобрушенные проходы, опустевшие не то кладовые, не то молельни, заваленные битым камнем и керамикой, песком и остатками погребальных пелён и тел. Аштирра отпрянула от неожиданности, когда заглянула в одну из таких «комнатушек» и обнаружила там нескольких замурованных мертвецов, щерившихся из-под повреждённой кладки.
Альяз присвистнул.
– Может, осквернители поспорили между собой, а в некоторых взыграла совесть? Вот их и оставили гнить здесь. Или, может… – молодой следопыт понизил голос и ухмыльнулся, явно рассчитывая напугать Аштирру. – Может, за ними пришли обиженные мертвецы и покарали?
– Всё может быть, – философски отозвался Раштау, тоже заглядывая в комнатушку. – Но сколько бы ужаса ни вызывали древние некрополи, всегда находились желающие попытать удачу. Живые стражи справляются не всегда.
От этих слов следопыту явно стало не по себе, так у него вытянулось лицо. Аштирра спрятала улыбку. Она помнила, как суеверны кочевники, рассказывавшие у костров истории не только о духах-
– Ты… ты это сейчас серьёзно, господин Пламенный Хлыст? – спросил Альяз.
Раштау неопределённо пожал плечами. Ришнис понимающе ухмыльнулся и похлопал сына по плечу, не став разубеждать.
Нера шикнула на них, копаясь в длинной щели в стене, в которую едва проходила её ладонь. На первый взгляд та казалась просто природной трещиной в камне, но не для охотницы.
Что-то щёлкнуло, и впереди правее раздался грохот, словно кто-то с силой закрыл крышку гранитного саркофага. Даже стены задрожали.
– Что это было? – вскинулся Альяз.
– Лучше тебе не знать, мальчик. Но сработало не так, как надо, – протянула Нера, поднимая взгляд к низкому потолку.
Аштирра посмотрела туда же. Вроде бы коридор не собирался обрушиваться на них, по крайней мере пока. Инстинктивно она потянулась к амулетам, провела ладонью сквозь ткань. Медальон Брэмстона, казалось, потеплел и пульсировал.
Они прошли в следующий зал. Тела умерших, завёрнутые в погребальные покровы на рэмейский манер, были сложены здесь, словно рулоны тканей на полках в лавке торговца. Лишь немногие могли похвастаться саркофагами. Насколько успела разглядеть Аштирра, среди мертвецов были и рэмеи, и люди, не редкость для такого рода некрополей. Кое-где виднелась нехитрая погребальная утварь – в основном керамические сосуды и блюда с давно истлевшими подношениями. С рельефов на алтаре улыбался Псоглавый Ануи, которому и амранцы нашли место в своём пантеоне. Стены и потолок не были расписаны, только грубо обработаны.
Даже удивительно, что этот зал оказался почти не тронут грабителями – лишь некоторые тела были выпотрошены.