Анна Сешт – Сердце демона (страница 26)
– Я давно подкупил вашего охранника, – Брэмстон обезоруживающе улыбнулся. – У меня же лучшая таверна в окрестностях, помнишь?
– Может, и готовить сегодня на всех будешь? Чтоб мы уж точно вспомнили.
– Дай хоть отдохнуть с дороги, Огонёк! – менестрель вскинул руки. – Но гостинцев я и правда привёз. У вас же тут еды нормальной на мили не сыщешь. Что там в рационе – верблюжьи колючки и лепёшки времён Забытого Императора?
Аштирра, пряча улыбку, чуть щёлкнула хлыстом для острастки, но Брэмстон без труда увернулся, даже не поскользнувшись на песке.
Раштау закатил глаза.
– Пойдёмте уже в дом.
С этими словами он направился прочь с тренировочной площадки. Брэмстон помог Аштирре быстро собрать немногочисленное снаряжение. К ним присоединился чрезвычайно довольный Чесем, на бегу что-то дожёвывая. Когда оба рэмеи направились в дом вслед за жрецом,
– Ну ты и предатель. Продался за пару кусков сыра, – вздохнула Аштирра, но пёс даже ухом не повёл и совсем не выглядел виноватым.
– Отменного, между прочим, сыра, – Брэмстон потрепал Чесема за ушами. – Рекомендую с золотистым вином из Сорно.
– Нашёл гурмана в песках! – рассмеялась девушка. – Только не спаивай мне собаку.
– Как я могу? Вино – для гостеприимных хозяев. Охране хватит и сыра, – заверил Брэмстон, пропуская её вперёд. Когда Аштирра переступила порог, чуть задев гостя плечом, он тихо проговорил: – Ты изменилась.
Подобрать остроумный ответ по случаю девушка не успела – менестрель уже поспешил разбирать свои вещи.
Изящные золотистые газели, грациозно перебирая тонкими ногами, паслись у мелкой заводи. Такое большое стадо – настоящая редкость! Некоторые настороженно прядали ушами, прислушиваясь, не приближался ли хищник. Старший самец обходил своих подопечных, горделиво вскинув голову. Он уже успел напиться самым первым и теперь стоял на страже стада.
Аштирра, удерживая лук, затаилась в скудных зарослях на небольшом возвышении, откуда прекрасно просматривалась заводь и окрестности. Медленно, осторожно девушка потянулась за стрелой.
– Ого, какие рога, – восхищённо прошептал лежавший рядом Брэмстон и приподнялся, указывая на вожака. – Как чёрная лира.
– Да тихо ты, – шикнула Аштирра, макнув спутника лицом в песок.
Поздно. Несколько встревоженных газелей вскинули головы, прислушиваясь. Пара мгновений – и всё стадо сорвалось с места, помчалось вперёд, поднимая шлейф брызг. Чесем, затаившийся с другой стороны, со звонким лаем понёсся следом.
– Ну хайтово ж племя! – расстроенно выругалась Аштирра, вскакивая.
Прицелившись, она пустила одну стрелу, вторую, да где уж там угнаться… Бегом девушка поспешила вниз, перепрыгивая по камням, поскальзываясь. Ей удалось попасть – едва ранить одно из отставших легконогих животных – но стрела, чиркнув по золотистой шкуре, упала в воду. Опустив лук, Аштирра проводила взглядом стадо, свистнула своего
Брэмстон остановился рядом.
– Ну не расстраивайся, – примирительно проговорил он, сплёвывая песок. – Красивые, жалко их.
Девушка обернулась, нахмурилась. Даже пёс выглядел раздосадованным и недовольно морщил бежевый нос, словно подозревал, кто тут виновник неудачи.
– Да, жалко. Но мясо ведь само на столе не появляется.
Брэмстон окинул обоих долгим взглядом, кивнул, чуть улыбнувшись.
– Чудовищ убивать легче. Двуногих в том числе.
От этих слов жрице стало не по себе, но менестрель как ни в чём не бывало пошёл к заводи собирать её стрелы. Аштирра смотрела ему вслед, думая обо всём том, что ей видеть и делать пока не доводилось. Отец не скрывал, что некоторые стычки с осквернителями гробниц заканчивались кровопролитием. Жрица знала, что и забирать жизни ему доводилось, но сама она с этим пока не сталкивалась. Придётся… возможно, совсем скоро. И когда Аштирра подумала об этом, радость от долгожданного путешествия за тайнами Кадмейры омрачилась горечью.
Вернулся Брэмстон, протянул ей стрелы.
– И зачем я вообще тебя с собой взяла? – проворчала она, пряча их в поясной колчан, плотно прилегавший к ноге.
– Потому что одной тебе было бы скучно, согласись. А так я могу сложить песнь о твоей охоте.
– Неудачной.
– Песнь на то и песнь, что там всё можно сложить удачно, – менестрель подмигнул ей. – Ну так что, гроза пустыни? Куда теперь?
– Отец настучит нам обоим по рогам, если явимся с пустыми руками, – веско заметила девушка. – А вернуться в Обитель лучше до темноты…
– Значит, придётся насобирать верблюжьих колючек. Ну а что? Соблюдение традиций, – он шутливо подтолкнул жрицу локтем.
– Сам их есть и будешь, а мы понаблюдаем, – рассмеялась Аштирра.
Раздражение и правда ушло. Злиться на этого рэмеи долго было просто невозможно, хоть он и был той ещё… колючкой в сапоге.
– Чего не сделаешь ради спасения своего желудка, – Брэмстон усмехнулся. – Стрелок из меня не лучший при всей широте моих талантов. Зато я неплохо ставлю силки. Пойдём добывать ужин – не газелями едиными щедра Каэмит.
Брэмстон не обманул – соорудив силки из снаряжения Аштирры, он поймал пару бурых песчаных зайцев. Самого жирного, правда, выловил Чесем и принёс похвастаться хозяйке. Аштирра похвалила пса и разрешила ему самому разделаться с добычей. Вскоре от кролика не осталось и косточек. Брэмстон удивлённо покачал головой, глядя на чрезвычайно довольного собой
– Такая тощая псинка – и куда там столько помещается?
– Не тощая, а поджарая, – жрица ласково погладила пса по заметно округлившимся бокам. В животе тоскливо заурчало. Завтракали они на рассвете – после целого дня бега по барханам Аштирра обрадовалась бы и лепёшке времён Забытого Императора. – Слушай, а у тебя осталось ещё немного того сыра? Можно даже без вина из Сорно, – она мечтательно вздохнула. – И чего-нибудь сладкого… Сейчас я готова опустошить весь погреб твоей таверны.
– Нет, в
Аштирра возмущённо отпихнула его руку. Она ведь давно уже не ребёнок!
– Но всё, что я привёз, в твоём распоряжении, – примирительно добавил менестрель. – Для этого, правда, придётся вернуться – с собой-то у нас только вода.
Обратный путь показался чуть дольше – видимо из-за голода, но Брэмстон скрашивал его своими историями. Сытый Чесем трусил уже не так бодро, и Аштирра бросала на него завистливые взгляды. Неунывающий менестрель, перекинув связанные вместе кроличьи тушки через плечо, шагал рядом, рассказывая очередную байку из таверны. Жрица смеялась и думала: всё же эти несколько дней, пока Брэмстон гостил у них, были самыми чудесными за долгое время.
Сухой ветер над барханами становился прохладнее. Амн стремил ладью на запад. Небо окрашивалось алым и золотым, удлинялись тени. Уже скоро впереди показалась одна из пограничных стел.
– Так что ты там с собой привёз из сладкого? – улыбнулась девушка, коснувшись кончиками пальцев древних письмён.
Камень отозвался ей едва ощутимой вибрацией.
– М-м… Засахаренные орешки, мятный лукум, медовые печенья…
– Всё. Я буду всё сразу! – заявила она, переступая невидимую границу. – И ещё те соленья, которые ты ставил вчера. И сыр!
– И сыр, – с улыбкой кивнул Брэмстон. – Чую, до приезда остальных ничего не останется.
– Больше двух лет работы, – Раштау, завершив рассказ, любовно провёл ладонью по тонкому стеклу, защищавшему карту. – Нашей общей работы.
– Как говорит Тианера: «Скоро я буду знать о жизни Адраста и Кадмейры больше, чем о своей собственной», – усмехнулся Брэмстон, потирая лоб. – Но впечатляет, действительно впечатляет!
– Она правда ждёт нас
Жрец загадочно улыбнулся.
– Я полагаю, нам в самом деле удалось собрать утерянные фрагменты и разгадать её замысел. Иногда тайны прячутся на виду… но доподлинно мы узнаем, лишь когда окажемся там.
– Этот некрополь похож на слоёный пирог эпох. Рэмеи, люди… Кто бы мог подумать, что личность столь неординарная выберет себе гробницу в целой толпе самых разномастных мертвецов, – Брэмстон задумчиво постучал когтем по схематичному рисунку некрополя оазиса Шаидет. – Там же меньше века назад всё ещё хоронили толпами. И никто так и не обнаружил легенду…
Оазис Шаидет когда-то был щедрой житницей, кормившей Империю Таур-Дуат. Его сердцем было огромное озеро, рождённое ещё в эпоху, когда первые племена боролись за влияние и формировали древнейшие сепаты[15]. Сменялись эпохи и лики городов, но Шаидет оставался одним из крупнейших торговых узлов континента. И даже когда оазис перешёл в руки людей Амранской Империи, уже после Катастрофы, здесь по-прежнему выращивали злаки и плодовые культуры, лён и сахарный тростник, а ещё производили лучшее розовое масло. Но со временем озеро Шаидет, давшее имя оазису, обмелело, и регион понемногу пришёл в упадок. Живописные руины и огромный, протянувшийся на много миль некрополь со множеством погребений разных эпох – вот чем славился Шаидет теперь. Впрочем, когда-то даже амранская знать не гнушалась устраивать там себе богатые семейные захоронения, что уж говорить о рэмеи.
О погребении Кадмейры ходили самые разные слухи. Кто-то считал, что её гробницу давным-давно осквернили; кто-то – что она захоронена в огромной подземной усыпальнице, похожей на дворцы древних Владык, и её не найти никогда; кто-то – что её похоронили рядом с Императорами Эмхет, в некрополе у руин древней столицы Апет-Сут. Но все сведения, сложенные за два года благодаря бессонным ночам в архивах, слухам, собранным у коллекционеров и дельцов чёрного рынка, опасным вылазкам, далеко не всегда увенчивавшимся успехом, указывали на иное.