Анна Сешт – Сердце демона (страница 25)
Её улыбка стала насмешливой, холодной, и образ поплыл, меняя сотни ликов, перетекающих один в другой.
– Я лишь хотела напомнить тебе, кто ты и кем должен стать.
Он стиснул горло сильнее.
– Я всегда помню, кто я.
Она рассмеялась, позволяя ему этот краткий миг превосходства.
– И всё же раз за разом ты выбираешь судьбу не Владыки… а вещи.
Миг – и всё изменилось. Они оказались в руинах храма, за границами которого лежала лишь безликая темнота. Цепи неизвестного сплава охватывали руки, распиная его меж древних колонн.
Безразлично глядя в живую дышащую тьму, он ждал.
«В моей власти спасти тебя в эту ночь, наследник. Твой народ ждёт тебя. Ты поведёшь его к победе».
Звук шагов, текучий силуэт, обретающий любую форму – от самой желанной до ужасающей. Ничто уже не могло изумить его за всё время заточения, пусть века для него обернулись лишь парой лет.
Раз за разом она пробуждала его сознание, и как не даровано ему было смерти, так не было даровано и перерождения.
«Прими мой дар, Алазаарос Эмхет… но обещай, что в час, когда я призову тебя, ты пойдёшь со мной. Даруй мне свою волю так, как я сейчас дарую тебе жизнь… ведь для всего остального мира ты уже
И всё же он жил. Жил вопреки всему.
Солнечный свет бился в сомкнутые веки. Сознание балансировало на тонкой грани между сном и пробуждением. Кровавая ночь минула, как кошмар, порождённый воображением безумца.
Алазаарос распахнул глаза. Рука метнулась к груди. Доспеха со скрещёнными на груди крыльями Богини не было, но на коже под туникой не осталось ни следа страшных ран. А ведь он помнил, как со скрежетом расходились металл нагрудника и его собственные кости… помнил так же отчётливо, как слова, звеневшие внутри.
«Твой народ ждёт тебя…»
Над ним склонилось обеспокоенное лицо жреца.
– Ты жив, господин… Боги, мы думали, что потеряли тебя!
«…ведь для всего остального мира ты…»
Мёртв…
– Жив… – хрипло подтвердил военачальник.
– Слава Богам! – воскликнул жрец, и другие голоса вторили ему. – Наследный царевич жив! Наше дело живо! Наследник Ваэссира поведёт нас к победе!..
Алазаарос качнул головой, сбрасывая очередное ненужное воспоминание.
Силуэт дрогнул – точно рябь пробежала по воде – и принял одно из привычных своих воплощений. Эта женщина была прекрасна в глазах смертных мужчин, но для него не было зрелища отвратительнее.
Когтистые пальцы обрисовали черты его лица, скользнули по щеке. Демонесса склонилась к нему, коснулась его губ в отравляющем поцелуе.
– Скольких Хранителей уже успело сменить твоё сердце? – промурлыкала она. – Скажи мне… скажи, где искать последнего? Разве не устал ты служить им, точно раб-
Все эти рэмеи, люди, искавшие власти и исполнения желаний, использовавшие его силу, не думая ни о нём самом, ни о цене. Всё в итоге приходило к печальному итогу… даже в тот единственный раз, когда амулет нашёл достойного Хранителя, а у Алазаароса появилась надежда…
– Я спасла тебя, сохранила, пронесла твой дух и даже твоё воплощение сквозь века ради того, чтобы Солнце Владык Таур-Дуат воссияло снова, – тихо проговорила демонесса, заглядывая ему в глаза, и в её взгляде была звёздная ночь – россыпь самоцветов Аусетаар, отражающихся в зыбких водах Апет. Так легко было поддаться, поверить…
Сдаться…
Нет, ей всё ещё не удалось сломить его волю ни болью, ни сладостным искушением, ни сотнями иллюзорных смертей, которые ему довелось испытать без надежды на освобождение.
Но с каждым пробуждением казалось, словно понемногу, песчинка за песчинкой, он терял себя. Как статуи Ваэссира осыпались песком в когтях безжалостного времени…
– Разве ты не желаешь того же? Разве не истомился твой могучий дух по великим битвам, по блистательным свершениям? Ты мог бы вернуться… мог бы собрать осколки своего народа и вернуть им утерянное величие. Но вместо этого… – она печально усмехнулась, и её ладонь скользнула ниже, по груди, где уже не билось сердце. – Ты – ничто. Артефакт в жалких руках осквернителей, жаждущих власти. И даже сами рэмеи не помнят твоё имя, Алазаарос Эмхет.
Он встретил взгляд демонессы и улыбнулся, хотя его улыбка больше походила на оскал.
– Значит, так тому и быть.
Гипостильный зал полуразрушенного храма раскололся от её гневного крика.
Когти рассекли его плоть, и кости разошлись – как в ту ночь, когда он бросил вызов Джедеферу.
Но и эта очередная смерть была лишь иллюзией…
Глава четырнадцатая
Путь к легенде
Хлыст со свистом рассёк воздух – резко, как бросок кобры. Наконечник ударился о камень колонны, высекая искры, – она едва успела увернуться. Перекатилась по песку, резко взвилась на ноги.
Точно живой, хлыст выводил восьмёрки, не подпуская её, тесня к каменной галерее. Удары слились в единый гул, поднимая пыль. Ни единой бреши в защите.
Улучив момент, Аштирра почти приняла на себя удар, отклонилась в последний миг. Резко бросилась вправо, под свободную руку противника. Хлыст ударил по дуге, но девушка оказалась проворнее – высвободила своё оружие, взмахнула, заставляя отступать…
Порадоваться успеху она не успела – удар настиг её по касательной. Хлыст обвился вокруг защищённой сапогом лодыжки, резко натянулся, и Аштирра рухнула в песок. Она гневно зарычала, злясь на себя за очередную неудачу, и поднялась, отряхиваясь.
Голос Раштау звучал чуждо из-за плотной ткани шемага, защищавшей лицо.
– Слишком медленно! – крикнул он. – Ещё раз!
Тёмно-синие глаза блеснули холодно, безжалостно, как занесённый клинок.
Аштирра оскалилась, невидимо под шемагом, повела запястьем, и её хлыст с шелестом выписал дорожку по песку. В следующий миг она бросилась в атаку, не дав передышки ни себе, ни противнику.
Оружие Раштау ожило, рассекло воздух, очерчивая защитный круг. Девушка больше не пыталась просчитать доли секунды между бросками кобры. Устремившись вперёд, она резко упала на колени, проехалась по песку и ударила ему под ноги. Раштау удержал равновесие, но замешкался на какие-то доли мгновения. Этого оказалось достаточно. Аштирра ещё раз взмахнула хлыстом в обманном манёвре, дав влево, и тотчас же ударила снова. Сбив жреца с ног, она приставила к его горлу изогнутый кинжал.
Сердце готово было выпрыгнуть из груди, дыхание сбилось. Не веря себе, она смотрела в глаза отцу – неужели победила?
Раштау рассмеялся.
– Вот теперь хорошо!
Девушка отвела кинжал, сунула в ножны. Жрец оттолкнулся рукой, легко поднимаясь.
– Неужели сдаёшь с годами, Пламенный Хлыст? – весело окликнул из галереи знакомый голос, которого Аштирра не слышала уже довольно давно.
Она замерла, не решаясь обернуться.
Раштау неспешно скручивал хлыст.
– Плох тот учитель, который не может подготовить себе достойную смену, – отозвался он, открывая лицо.
– Или же ты просто поддался, – весело возразил гость.
Песок тренировочной площадки зашелестел под его лёгкими шагами.
– В этом уж точно нет нужды, – усмехнулся жрец, погладив дочь по плечу.
– Тогда я восхищён.
По-прежнему удерживая в опущенной руке хлыст, Аштирра опустила шемаг и всё же развернулась. Брэмстон тепло улыбнулся ей, шутливо отсалютовал. Показалось или в его серо-зелёных глазах промелькнуло что-то вроде удивления?
Сердце пропустило пару ударов. Он был всё так же красив, даже уставший с дороги. Таким она его и помнила с первой встречи и в каждую из последующих.
В прошлый раз они виделись в архивах гильдии чародеев ровно четыре месяца и полторы декады назад. Тогда они по заданию Эймер вместе изучали несколько свитков с жизнеописаниями военачальника Адраста Ирея Кайсара, которого люди считали одним из величайших своих правителей за всю историю. Брэмстон вполголоса рассказывал гораздо менее скучные, чем те, что сохранились в фолиантах и свитках, истории из жизни Адраста и Кадмейры. Аштирра слушала, затаив дыхание, а заодно старалась не краснеть и делать вид, что ей совсем не интересно. Потом тётушка Эймер пожурила их за неподобающее для библиотеки поведение и заявила, что вряд ли в списках фаворитов исторических деятелей зашифрованы какие-то полезные для их дела сведения. Брэмстон послушно замолчал, но тайком передал Аштирре записку, что дорасскажет ей при случае.
С тех пор как они начали собирать «карту» легендарной царицы, жрица бывала в Сияющем гораздо чаще. Вот только с Брэмстоном, к сожалению, удавалось увидеться не всегда – в последнее время менестрель отлучался по поручениям Раштау. И всё же он приехал в Обитель, притом даже раньше, чем остальные! Радость переполняла Аштирру через край, того и гляди выплеснется. Напустив на себя невозмутимый вид, как умел отец, девушка фыркнула:
– И как тебя только пропустил Чесем?