Анна Щучкина – Лишний (страница 47)

– Долго же ты шел ко мне. Заходи скорее, Александр! Я тебе приготовила твой любимый напиток и чудесное угощение. – Она повернулась с чашкой, от которой повеяло приятным цитрусовым ароматом. В доме царил полумрак, и ее лица не было видно. Свет двух свечей мог лишь смутно обозначить силуэт. – И снова рада знакомству – я Эйри.

Я принял из ее рук чашку с чаем и блюдце с кусочками засахаренных плодов. Но даже не пригубил и не попробовал ни кусочка.

– Прошу меня простить, но я на задании и не могу принимать что-то из чужих рук. Мне нужна книга.

– Ешь, – добродушно произнесла она, совершенно не обратив внимания на мои слова.

И сделала шаг вперед, отчего ее лицо наконец-то показалось на свет.

Я не вздрогнул, но до мельчайших деталей запомнил ее внешность: такое не забывается.

Выжженная кожа вокруг левого глаза – сам глаз полностью белый. Другой глаз был рубиново-красным. Часть кожи не просто сожжена – на пол-лица была видна обнаженная кость, словно ей плеснули в лицо кислотой. В красные дреды вплетены кольца. Кожа цвета темного шоколада. В открытом декольте виднелось ожерелье с красным камнем по центру и двумя полумесяцами по бокам. Черепа покрывали плечи, как эполеты. А в них виднелись связанные пучки какой-то травы.

Прекрасная, но обезображенная ожогом.

– Побеседуем?

Я понял, что мне придется выслушать и ее.

Мой взгляд перемещался от полки к полке, от растения к растению. Кровати нет. Выход один. Похоже больше на лабораторию или мастерскую. Наверх ведет лестница, точнее, приставлена прямо к окну под самой крышей. И очень, очень много трав повсюду – висят над камином на веревке, лежат на столе и в посуде, просто растут в горшках. Котел я уже увидел – до блеска начищенный, он напомнил отражением, что моя шевелюра до сих пор черная. Я провел по волосам – обещали, что краска скоро смоется. У Эжена волосы уже значительно порыжели.

– Ты, как обычно, меня не слушал. А потом удивляешься, что ничего не знаешь и тебе никто не отвечает на вопросы.

Я отвлекся от мыслей.

– Откуда вы знаете, что я задаю вопросы?

– Ах, ты всегда задаешь вопросы, всегда. Даже если знаешь ответ – ты все равно задаешь вопросы. Ты любитель задавать вопросы, нежели на них отвечать. Но об этом ты и так уже знаешь. И как ты в этот раз очутился среди стражей? Я вообще, когда мне рассказал об этом Костераль, даже не могла подумать, что он говорит правду, потому что впервые за столько лет, столько столетий, ты появляешься у стражей. Как они тебя умудрились туда привлечь?

Сердце пропустило удар.

– Ты знакома с Костералем?

– А кто с ним не знаком? Да, мы живем вместе в его замке, здесь, на Сожженных землях. Надеемся, что скоро вы решите вопрос с возрождением Анисы. Кстати. – Она улыбнулась. – Я выиграла пари у всех, кто думал, что императрица «настоящая» и ты с ней все вспомнишь. А я знала, что она ненастоящая. Не может Аниса, лапочка моя, моя лучшая подружка быть такой злой! И она меня совершенно не помнит! Да-да! А я говорила Костералю, это он считал, что она притворяется, но почему-то поверил он только Вильяму. Вот как так? Он же выскочка!

Она тараторила, тараторила и тараторила, вываливая на меня кучу фактов, упоминая какие-то события – я едва поспевал за ее речью. И она вела себя так, как будто давно знала меня.

Эйри резко прервалась и кивнула мне:

– А ты чего не пьешь? А, не переживай, я тебя не отравлю. Если бы хотела, я бы отравила тебя, как только ты явился ко мне на порог, есть столько способов для мгновенной смерти! Воздухом или, например, расщепить тебя. У тебя же совсем нет магии.

Чашка в моих руках застыла на полпути ко рту:

– Ты умеешь расщеплять людей?

Она расхохоталась.

– Конечно нет. Я только могу лечить существ. И надеюсь, что моей силы хватит, пока вы не разберетесь, как вернуть вашу: мне становится тяжеловато справляться со всеми одной.

Я поставил чай с блюдцем на стол рядом.

– Так, погодите. Давайте с самого начала. Откуда вы меня знаете?

Вместо ответа она протянула мне книгу.

– Эту книгу нужно передать Мастину, и скажи ему, чтобы он мне обязательно потом дал по всем страницам свои комментарии. О, тебе надо идти. – Она замахала рукой, указывая на дверь.

– Но…

Она еще раз помахала рукой, прервав меня. А я понял, что и здесь меня ничего не ждет. Схватил книгу и вышел, хлопнув дверью.

Из-за двери раздалось приглушенное хихиканье.

Кристен созвала нас к разрушенному круглому зданию. Его крыша обвалились внутрь, погребя под собой все, что там находилось.

– А где Кира?

– Осталась на задании, – ответила Кристен. – Как вы думаете, что это?

– Э-э-э… разрушенный храм? – протянул Эжен.

– Неверно! Это прямая измена императору и угроза Таррвании. Онемасы сообщили, что неделю назад со стороны некромантов было совершено третье возмутительное разрушение храма Зеленого дракона. Служители были убиты обломками. От старшины поступил прямой приказ: если обнаружится очередное нападение, то нам разрешено сделать предупреждение. Мы идем на территорию некромантов.

– Но они никого к себе не пускают, – сказал Иниго.

– В этот раз пустят.

Почему Кристен была в этом уверена – неясно. Но приказ не обсуждался. Мы ступили на веревочный мост на краю каньона: он вел на территорию некромантов.

Тихий скрип деревянных досок и веревок уносился ветром. Мы шли вереницей друг за другом. Другая сторона была скрыта сгустившимся полумраком, мост плавно уходил во тьму. Я не выдержал и повернулся к Кристен:

– А это нормально, что мы идем столько времени по мосту и никак не можем дойти до другой стороны?

– Мост короткий. А мы идем так долго потому, что некроманты должны принять решение: пустить нас на свою территорию или нет. Они намеренно играют с нами. Если они нас пустят до наступления полной темноты, то будет хорошо. Если ж они решат не пускать нас, то мы выйдем обратно, туда, откуда мы заходили на мост.

– А видели то дерево? – в который раз начал Эжен.

Все промолчали.

– Нет? Оно было прямо возле моста. Редкое же – сребролюбивый рахолиус. Когда проходит дождь, они так пахнут! Мы любили с отцом ходить по тому лесу, собирать грибы. Вообще грибы я обожаю собирать, но больше всего…

– Молча, Эжен, молча, – тихо сказал Иниго.

Эжен затих, а я засмеялся.

– Не повезло тебе с напарниками. Никто здесь не разделяет твою любовь к растениям.

– Когда-нибудь я встречу человека, который будет разбираться в растениях лучше, чем я, – отмахнулся от нас Эжен, даже не подав виду, что обиделся.

А затем начал тихонько напевать себе какую-то мелодию под нос, но уже не сильно мешая нам идти дальше.

Тьма разошлась, и показалась другая сторона каньона.

Возле входа на мост стоял небольшой столб, верхом на нем сидело обнаженное существо. Всклокоченные черные волосы, серая кожа и горящие глаза выдавали в нем некроманта, а обнаженные прелести – некромантшу. Ее тело прикрывала лишь висевшая на шее лестница из костей, спускавшаяся прямо к ногам. Сшитые кожаным шнуром кости негромко постукивали, когда она шевелилась.

– Куда прете, детишки, – раздался низкий женский голос. – Не знаете, что стражам вход воспрещен? Мы убьем вас да освежуем, а ваши кости послужат в наших ритуалах.

– Нам доподлинно известно, что именно вы разрушили храм Зеленого дракона. Вам выносится предупреждение, – спокойно сказала Кристен.

Некромантша зашипела и сказала:

– Предупреждение? Предупреждение! Мы знаем, зачем вы пришли. Но пустим только их!

Она указала пальцем на меня и Эжена.

– Вы пускаете нас всех: мы должны проверить вашу территорию. Если вы не пускаете нас сейчас, то потом сюда придет отряд стражей, – голос Кристен звучал сурово.

Из тьмы вышла вторая некромантша. Ее движения были одновременно хаотичны и плавны. Она была также практически обнажена, но взгляд привлекало не это – руки. Вместо пальцев из кистей торчали длинные острые когти.

А вот это уже выглядело как угроза.

– Мы пустим только их. Но не убийц.

– Поуважительнее, пожалуйста. Какие убийцы? Это не мы разрушили храм, – голос Эжена звучал слабо и как будто издалека.

– Помолчи, Эжен. Это приказ, – голос Кристен зазвенел сталью.

Некромантши холодно рассмеялись в ответ.