Анна Романова – Служанка для проклятого ректора книга первая (страница 4)

Слишком близко.

От него пахло морозом, железом и чем-то горьким — лекарством? Я машинально отметила: кожа слишком бледная, под глазами тени, пальцы правой руки едва заметно напряжены. Боль. Хроническая. Возможно, приступ.

— А власть, — ответила я тихо, — не делает правду ложью.

В зале снова ахнули.

Ректор смотрел на меня долго.

Потом его зрачок дрогнул.

На долю секунды — всего на долю — по радужке прошла тёмная трещина. Как яд, расползающийся под стеклом.

Он сжал руку в кулак.

Никто не заметил.

А я заметила.

Потому что всю жизнь смотрела на больных детей и знала: боль прячут одинаково в любом мире.

Каэль наклонился ближе.

— Вы играете не в ту игру, Вельт.

— Возможно, — сказала я. — Но это не значит, что я проиграю.

Он выпрямился.

— Артефакт не найден. Следствие продолжится. До окончания разбирательства Лира Вельт лишается статуса кадетки первого уровня, комнаты в общежитии и права посещать занятия без отдельного разрешения.

Шёпот стал довольным.

Я почувствовала, как внутри Лиры что-то ломается. Её последняя надежда. Академия была для неё всем.

Ректор продолжил:

— Чтобы исключить побег и повторное проникновение в хранилище, обвиняемая будет переведена в чёрную башню.

Зал замер.

Даже те, кто ненавидел Лиру, перестали улыбаться.

Чужая память услужливо подсказала: чёрная башня — личные покои ректора. Место, куда не ходит прислуга. Место, откуда иногда выносят обожжённую мебель. Место, где по ночам слышат рёв.

— В качестве кого? — спросила я, хотя уже знала ответ.

Каэль Даррен посмотрел на цепи на моих руках.

— В качестве служанки.

По залу прокатился смешок.

Я медленно вдохнула.

Служанки.

Конечно.

Врач, погибшая под колёсами в своём мире, стала служанкой у проклятого дракона в чужом.

Отличный карьерный рост, Ирина.

Просто выдающийся.

Ректор повернулся, собираясь уйти, но вдруг остановился.

Тёмная трещина снова мелькнула в его глазу. На этот раз сильнее. Он едва заметно покачнулся.

Инстинкт сработал раньше разума.

Я шагнула вперёд, насколько позволила цепь.

— У вас приступ.

Он обернулся.

Тишина стала мёртвой.

— Что вы сказали?

Я уже пожалела. Очень.

Но отступать было поздно.

— Правая рука немеет. Дыхание поверхностное. Зрачок нестабилен. Боль идёт от груди к горлу. Если это яд или проклятие, вы сейчас потеряете контроль.

Лицо ректора не изменилось.

Зато воздух в зале заледенел.

— Вы слишком много видите для служанки, — сказал он.

— А вы слишком плохо выглядите для бессмертного дракона.

На этот раз не ахнул никто.

Люди просто перестали дышать.

Каэль Даррен подошёл ко мне вплотную.

Я видела каждую золотую искру в его глазах. Каждую тёмную трещину, расползающуюся глубже.

Он должен был меня ударить. Приказать заткнуть. Бросить в подвал.

Вместо этого ректор наклонился и произнёс так тихо, что услышала только я:

— Если вы ошиблись, Вельт, я уничтожу вас.

Я посмотрела на его руку. На пальцы, которые уже начинали чернеть под ногтями.

И ответила:

— Если я права, милорд ректор, через пять минут вам будет не до меня.

Всё закончилось тем, что самый страшный мужчина академии впервые за всё заседание улыбнулся.

Без радости.

Без тепла.

Как дракон, увидевший добычу, которая вдруг заговорила на его языке.

— В чёрную башню её, — приказал он. — Немедленно.

А потом добавил:

— И снимите цепи. Если она попытается бежать, я хочу посмотреть, как далеко уйдёт девочка, которая считает себя лекарем драконов.