Анна Пронина – Будет страшно. Дом с привидениями (страница 20)
Он осмотрелся, но впереди, по сторонам, снизу и сверху не было ничего, кроме бескрайней темноты. Алексей даже собственного тела не видел и не чувствовал. Мелькнула шальная мысль: «Может быть, это не Миша, может быть, это я умер?» Но тут кто-то невидимый и огромный дыхнул на него теплом и развеял холод боли и сомнений.
Перед Лешиным взором возникло белое бесформенное облако, сквозь которое он вдруг увидел знакомые очертания…
– Алена?! Это ты?
Девушка молчала. Подол платья, в котором ее похоронили несколько лет назад, развевался, словно его трепал ласковый весенний ветер.
– Алена! – снова позвал Леша.
– Мы все связаны, – услышал Леша ее голос, хотя она не разжимала губ. – Это не случайность. Мы связаны. – И ее образ стал застывать, превращаясь в собственный памятник, обрастать чем-то твердым, еще более плотным, чем чернота вокруг. А потом Леша увидел перед собой огромный валун – тяжелый, как могильная плита, пропитанный болью и кровью. Это был Камень. Тот самый Камень, который он искал. Камень, который пожирает души тех, кто умирает в этом проклятом доме.
Сердце Леши сжалось от тоски и холода. Он снова оказался в том самом дне, когда лишился Алены. Она снова летела вниз с роковой лестницы, а он тянулся за ней, бежал по скользким ступеням и тоже падал, падал и падал…
…Когда Алексей пришел в себя, Катя, Федя и Вячеслав Голозуб долго не могли его успокоить. Он плакал, называл какие-то имена, и все никак не получалось собраться с духом и рассказать – что он видел, что приключилось с ним, пока он лежал без сознания на холодном полу подвала дома из красного кирпича.
Оказалось, пока вместе с маленьким Мишей Алексей проживал его последние дни в 1920 году, для остальных прошло не более пяти минут. Впрочем, все эти пять минут они в панике пытались привести его в чувство и в какой-то момент едва не отчаялись.
Когда Леша стал дышать чуть ровнее, Голозуб отдал ему последнюю бутылку с водой, которая была у него в рюкзаке.
– Пей. Пофиг уже. Если нам суждено тут сдохнуть, то какая разница…
Леша поблагодарил его взглядом. Напившись, он окончательно очухался.
– Мне кажется, мы не умрем.
– Откуда такая уверенность? – удивился Голозуб.
– Ко мне приходила Аленка. Она сказала, что все жертвы дома связаны. Что дом не убивает случайных людей. И я думаю, что это правда.
– Какая же связь между погибшими?
И Леша стал рассказывать, что видел…
– Хм… Да, интересная история получается… – подвел итог его рассказу Голозуб. – Я тоже неоднократно находил упоминания, что молодая советская власть пыталась поставить себе на службу древнюю магию…
– Погодите, разве большевики не были атеистами? – спросил его Федя.
– Атеистами – да, но не дураками. Слышали про Аненербе? Это организация, существовавшая в 1935–1945 годах. Сотрудники Аненербе изучали традиции, историю и наследие нордической расы с целью оккультно-идеологического обеспечения государственного аппарата нацистской Германии. По слухам, у нас был свой аналог, только созданный чуть позже на базе Минздрава. Эта самая Наталья Ивановна могла быть одной из основательниц. Если выжила в том пожаре.
– Честно говоря, мне плевать. Я просто хочу найти этот чертов Камень, чтобы все прекратилось. Я уверен, что дело в нем. – Алексей был измотан своими видениями и бесполезными блужданиями в подвале дома.
– Похоже, что речь о жертвенном Камне. Именно жертвенном, то есть Камень – это алтарь, на котором во славу какого-то божества убивали людей. Тем более если дом строился для Магистра какого-то тайного культа… И жертвы, конечно, выбирались не случайно. Да, это могли быть девственницы и…
– Экстрасенсы! – вдруг осенило Алексея. – Дом забирает жизни тех, кто обладает даром, экстрасенсорикой… какими-то способностями! Я понял!
– Погоди, Леш. Вывод интересный, но надо все сопоставить… – Катя не любила спешить с заключениями.
– Конечно. Давайте сопоставим. В тысяча девятьсот двадцатом в доме собрали особенных детей, у каждого из них был дар! Потом… Про кого мы еще знаем? Вот, Аленка моя – я же рассказывал вам – гадала на картах. Видимо, у нее был дар ясновидения.
– А художник? Этот Роберт Иванов? – спросила Катя.
– Так у него тоже дар был… – вспомнил Федя.
– Какой?
– У него картины пророческие. Я на выставке был, встретил там одноногую девушку. Она мне и рассказала, – сообщил Федя.
– Вот видишь! – обрадовался Леша.
– Но в доме умерло множество людей! Они что, все экстрасенсы или ясновидящие? – Катя еще сомневалась в этой версии.
– Думаю, есть и случайные жертвы. Вроде нас с тобой. Тем более что мы выжили. Но теперь я уверен, что жизни некоторых людей нужны дому больше, чем другие.
– Лешина версия довольно логична, – вмешался Голозуб. – А главное, она оставляет нам шанс на спасение. Если, конечно, никто из вас не экстрасенс… Так ведь?
Повисла напряженная пауза, все переглянулись. Голозуб поднял руку первым:
– Я точно не обладаю никаким даром!
– И я!
– И я!
Все дружно рассмеялись – эта перекличка немного разрядила обстановку.
– Так, что будем делать дальше? – Федя был готов двигаться вперед.
– Думаю, нам туда! – Голозуб показал вглубь тоннеля.
Все четверо с удивлением смотрели на маленький тусклый огонек, который светился впереди.
– Не нравится мне это… – тихо сказал Леша.
– Твой вариант дальнейших действий? – Голозуб поправил кепку и посмотрел на парня с ухмылкой. – Еще поваляемся на полу в обмороке?
Леша фыркнул и первым шагнул в направлении загадочного света. Остальные пошли за ним.
– Слушайте, но если на Камне приносились жертвы… – задумчиво произнесла Катя, – то эти жертвы приносились кому? Какому божеству?
Однако ее вопроса никто не услышал. С каждым шагом становилось все понятнее – там впереди их ждет спасение! Они наконец нашли выход!
Через минуту Леша почти бежал, Голозуб следом, Федя взял Катю за руку, чтобы не отставала. В свете блеклого фонаря, который маячил впереди, было видно, что у стены рядом с ним есть что-то похожее на лестницу… То есть выход наверх.
– Мы выберемся! – кричал Леша.
– Не уверена… – шептала Катя. – Это все так похоже на сон. На один длинный, очень длинный… Бесконечный сон. Может быть, я все еще в коме и все это – просто игра воображения? И этот дом, и его призраки, и Камень, и этот подвал, и этот свет…
– Кать, ты чего? – не расслышал Федя. – Смотри, там точно лестница!
Катя даже не подняла глаз.
– Твоя рука теплая, – сказала она.
– Теплая, конечно, – улыбнулся Федя.
– Только потому, что она теплая и я ее чувствую, я думаю, что не сплю. Но знаешь, неизвестно, что лучше…
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что мне очень хочется верить, что все происходящее – не по-настоящему…
– Вот она, свобода, смотри!
Все четверо наконец оказались у источника света. Маленький ржавый фонарь со свечкой внутри висел возле лестницы, ведущей наверх. Они не ошиблись. Это был выход. Но… что-то заставило всех остановиться.
– Вот так просто? Мы сейчас поднимемся и выйдем?
– А почему нет?
Голозуб не видел причин для сомнений. Он подвинул Алексея с дороги и начал подниматься. Наверху он открыл старую деревянную дверь, и все увидели полосу тусклого утреннего света.
– Ну что вы там? Идете?
Возвращение?
Улицы Неназванного города пахли свежестью. Мобильники у всех разрядились окончательно, но, судя по всему, было часов пять утра.
– А мне казалось, что мы бродили в подвале несколько суток, – задумчиво произнесла Катя.