Анна Пронина – Будет страшно. Дом с привидениями (страница 22)
– Правда.
Федя откровенно любовался ею и невольно вспоминал картину Роберта Иванова… На которой они были вместе. Только вот на полотне у Кати была совсем другая прическа.
– А ты никогда не хотела подстричься?
– Подстричься? Тебе не нравятся мои волосы? – удивилась Катя.
– Нет! Нет, я не поэтому спросил. Мне очень нравятся. Просто…
– Что? – Катя была удивлена повороту их разговора. Она остановилась, провела по волосам руками. – Я, наверное, сейчас ужасно выгляжу… – стала переживать она.
– Кать, я, кажется, какую-то ерунду сказал. Нет, ты отлично выглядишь! Даже сейчас, после всего этого… Просто я видел тебя с короткими волосами. И подумал…
– Как? Где? – Катины глаза сделались как два больших голубых блюдца.
– На выставке Роберта Иванова.
– Да, ты говорил, что видел его работы. И что, я тоже есть на его картине? Но ведь…
– Он давно умер, и вы не были знакомы при жизни. Я помню. И тем не менее я видел там твой портрет. Помнишь, я рассказывал – художник был провидцем в своем творчестве.
– Обалдеть… Почему же ты раньше не говорил? И как? И что? В каком виде я там изображена?
– Ну, понимаешь… – Федя засмущался. Ведь на картине Роберта они с Катей целовались. – Ты там с короткими волосами и… не одна.
– Правда?! Я хочу это увидеть! Интересно, а выставка еще идет?
– Мы, кажется, всего в паре кварталов от Дома культуры. Можем зайти. Если сейчас ранее утро – там еще закрыто. Но, по крайней мере, узнаем расписание работы.
– Пошли! – И Катя ускорила шаг.
Сердце у Феди бешено застучало. Что будет, когда она увидит эту картину? Это оттолкнет ее от него или наоборот? Как она отреагирует? Сочтет, что это чушь? Скажет, что это пророчество Роберта Иванова никогда не сбудется? Или?..
Федя пока не мог себе представить, что будет, если Катя признается, что он ей симпатичен.
Он сам еще едва осознавал, что она ему нравится. Чувство было легким и теплым, как дыхание ребенка, Федя боялся спугнуть его в собственной душе и даже не надеялся, что это может быть взаимно.
– Наверное, поэтому Роберт мне и снился, пока я была в коме… – задумчиво произнесла Катя, когда до галереи оставалось совсем чуть-чуть. – Или не поэтому… Этот дом, он так все запутал, так сплел свои сети вокруг нас…
– Кать, погоди… Там что-то странное…
Федя показал рукой в сторону ДК. Обычно на его левом торце висел огромный баннер с анонсами выставок и других культурных событий. Однако сейчас во весь этот баннер был изображен огромный… гроб.
Катя перевела взгляд вслед за рукой Феди и застыла на месте:
– Мамочки… Что это значит? Я всю жизнь прожила в этом городе и еще ни разу не видела ничего подобного. Это что – выставка гробов?!
– Я сам в шоке.
Они подошли ближе, продолжая с удивлением рассматривать зловещую картину. Во всю стену старого здания советской постройки был нарисован гроб с открытой крышкой. Нарисован очень детально и реалистично: с близкого расстояния можно было бы сосчитать все складки на пурпурной подкладке, которой он был выстлан. Отполированная и покрытая лаком древесина блестела, словно ее освещало полуденное солнце. Гроб был пуст. В изножье были разбросаны увядшие гвоздики.
Никаких букв или цифр – то есть этим пугающим баннером совершенно ничего не анонсировалось. Просто в центре города, на здании, где обычно проходили праздничные концерты, фестивали, выставки народного творчества и другие радостные события, висело изображение огромного гроба…
– М-да. Чтобы это ни значило, но выставка работ Роберта Иванова точно уже не работает, – пришел к выводу Федор. – Пойдем. Мне не по себе здесь.
Настроение испортилось. И, словно кто-то нажал невидимую кнопку, у обоих одновременно кончились силы. Ноги едва поднимались, глаза приходилось тереть и тереть, чтобы не уснуть прямо на ходу.
Федя предложил Кате взять его под руку, чтобы ей стало хоть немного легче идти, она согласилась. Когда они остановились у ее подъезда, Федя уже и сам едва волочил ноги.
– Пошли, уложу тебя на раскладном кресле. Ты выдохся.
– Я бы отказался. Но у меня нет сил.
– Вот и не спорь.
Они зашли в квартиру, и Катя сразу же пошла в душ.
Федя нашел розетку, воткнул в нее телефон и разложил свое спальное место. Он не стал ждать Катиного возвращения, решил, что поспит и так – в одежде и без простыни. Сейчас как-то не до формальностей. Устроился и почти уже закрыл глаза. Но все-таки было жутко интересно, сколько же времени они провели в подвале дома из красного кирпича?
Федя собрался с силами и дотянулся до мобильника. Так, уже на два процента зарядился, значит, можно врубать.
Устройство завибрировало, и на черном экране проступила знакомая заставка. Но еще до того, как загрузился виджет с часами и календарем, появилось уведомление:
«На канале “Паранормальное явление” новое видео! Два парня и девушка ночью исследуют дом-убийцу! Эксклюзивный контент только для подписчиков!»
– Что за фигня? Я не подписывался ни на какие каналы про паранормальщину…
Но тут следом за текстом выплыл стоп-кадр. На нем Федя узнал себя, Леху и Катю.
– Какого хрена? – И он кликнул, чтобы посмотреть ролик.
Когда Катя вышла из душа, Федя с трудом сдерживался, чтобы не бросить телефон в стену. Сон как рукой сняло, он метался по комнате, пытаясь подобрать выражения, но мысли путались.
– Что случилось, Федь?
– Что? Этот гад! Сволочь! Он использовал нас!
– Кто? Кого использовал? Федя, я ничего не понимаю.
– Вот! – Федя отдал Кате свой телефон с загруженным видео.
Она нажала на кнопку запуска, и ее брови тут же поползли вверх. Это был анонс программы Вячеслава Голозуба. В ней блогер обещал показать, как они исследуют дом из красного кирпича.
– Погоди, Голозуб же говорил нам, что он писатель. И что снимает все это для книжки. Про видеоблог речи не шло…
– Я тоже так думал. Смотри дальше.
Судя по кадрам анонса, Вячеслав ни минуты не переставал снимать, у него были записаны все их разговоры, все до единого. Даже те, где ребята откровенно говорили о собственных утратах или переживаниях, связанных с пребыванием в роковом доме. Только вот никто и понятия не имел, что все это будет использовано в «желтом» материале, насквозь пропитанном ложью.
– Погоди, Федь, но разве так можно? Разве можно снимать людей и выставлять в интернет без их согласия? Тем более личные разговоры.
– Понятия не имею. Но у меня есть знакомый юрист. Думаю, через час уже будет удобно ему позвонить.
– Федь, пожалуйста, придумай что-нибудь, я не хочу, чтобы это распространялось по Сети! Это же не игра, не выдумка… мы же там чуть не умерли!
– Я понял, Кать. Так, сколько сейчас времени? Может, позвонить прямо сейчас?
Федя снова взял свой телефон, но там, где обычно на экране светились цифры часов, ничего не было.
– Это как?
Федя понажимал что-то в настройках, но ничего не поменялось. Часы не отображались.
– Ладно, потом разберусь. Кать, посмотри, сколько на твоих?
Катя воткнула свой мобильный в розетку, но, когда он загрузился, время, как и у Феди, не отобразилось.
– А обычные часы у тебя есть?
– Да, электронный будильник.
Катя подошла к прикроватной тумбочке и повернула к себе будильник – вместо цифр на нем светились какие-то непонятные символы.
– Как-то это все странно, Федь…
– А ноутбук?
Катя включила ноут, но и на нем не отображалось время.