Анна Преображенская – Нонна (страница 3)

— Нет, конечно. Только у избранных. Рейнар — один из всадников королевской стражи. Это большая честь.

И большая головная боль для меня, потому что его дракон постоянно пугает лесных оленей и создаёт мне проблемы на охоте.

Нонна покрутила кружку в руках. Мир вокруг был безумным, невозможным, сказочным. Но говорил эльф таким будничным тоном — брат, работа, проблемы с оленями, — что это почти успокаивало.

— А твой дракон? — спросила она вдруг.

— Что — мой?

— У тебя есть дракон?

Алагир улыбнулся — на этот раз чуть грустно.

— Нет. Я не всадник. Моё дело — лес, тропы, границы. Драконы требуют особого дара, особой связи. У меня её нет.

— Но ты бы хотел?

Он помолчал, глядя на огонь.

— Когда-то — да. В детстве. Все мальчишки хотят летать. Но потом понимаешь, что у каждого свой путь. Я хороший следопыт. Мне нравится моя работа.

Нонна вдруг подумала, что этот эльф ей чем-то симпатичен. Не внешностью даже, хотя внешность была более чем. А тем, как он говорил — без рисовки, без желания произвести впечатление. Просто сидел и отвечал на вопросы, и в его голубых глазах горел спокойный, уверенный свет.

— И что мне теперь делать? — спросила она тихо.

— Для начала — отдохнуть. — Алагир поднялся и потянулся, разминая плечи. — Ты всё ещё бледная, а завтра тебе понадобятся силы. Я отведу тебя к старейшинам. Они мудрые, может, разберутся, как отправить тебя обратно.

— Обратно, — повторила Нонна.

Слово повисло в воздухе, как чужой запах. Обратно — это в салон «Зефир». К маршрутке по утрам, к бесконечным ногтям, к пятницам, которые не отличить от понедельников. К окну, из которого видно только серую стену соседнего дома.

Она вдруг поняла, что за всё время, пока лежала здесь — в доме из живого дерева, с медовым чаем и светящимся цветком у постели, — ни разу не вспомнила о том мире с тоской. Только с усталостью.

— Ты хочешь вернуться? — спросил Алагир.

Нонна открыла рот — и закрыла. Ответ не шёл.

— Наверное, — сказала она, не зная правильного ответа.

Алагир внимательно посмотрел на неё. В его голубых глазах мелькнуло что-то похожее на понимание — глубокое, без осуждения.

— Тогда тем более стоит выспаться, — сказал он мягко. — Утро вечера мудренее. Это у вас, людей, так говорят?

— У нас, людей, это говорят, — подтвердила Нонна.

— Вот видишь. Я отлично знаю ваш фольклор.

Он взял с полки ещё одно одеяло, бросил ей на кровать — лёгкое, как пух, но тёплое на ощупь. Потом подошёл к очагу, подбросил пару веток, и пламя загудело бодрее.

— Если проголодаешься, на столике лепёшки и сыр, — сказал он. — Если замёрзнешь — второе одеяло в ногах. Если приснится кошмар — кричи, я за стенкой.

— Ты так спокойно к этому относишься, — вдруг сказала Нонна. — К тому, что я здесь. Что я человек. Что я из другого мира.

Алагир обернулся у двери. Свет очага падал на его лицо, и на секунду он показался совсем не насмешливым, а просто добрым.

— Я следопыт, Нонна. Моя работа — находить тех, кто потерялся. Ты потерялась. Я нашёл. Всё остальное — частности.

Он помолчал и добавил:

— Кстати, твои руки. Они и правда красивые. Может, в этом вашем маникюре что-то есть.

И вышел, оставив Нонну в тишине, в которой пахло мёдом, хвоей и чем-то совершенно новым.

Она ещё долго лежала без сна. Смотрела, как мерцает ночная звездочка на тумбочке, как танцуют тени на плетёном потолке, как голубоватая дымка над фрезером медленно затухает. Где-то вдалеке, за лесом, раздался низкий утробный рык — дракон, наверное, — но он не пугал. Просто напоминал, что мир за стенами этого дома — огромный, незнакомый и почему-то манящий.

Нонна перевернулась на бок, укрылась одеялом до подбородка, и сама не заметила, как уснула.

Без будильника.

Глава 3. Чужая в Зелёном Доме

Проснулась Нонна не от будильника. От света.

Он был мягкий, зеленовато-золотой, совсем не похожий на резкий электрический. Пробивался сквозь круглое окно без стекла, рисовал на плетёном потолке узоры из теней и солнечных зайчиков. Пахло травой, дымом и свежим хлебом.

Нонна села на кровати. Мховый матрас под ней мягко пружинил. Ночная звездочка на тумбочке погасла, превратившись в закрытый бутон. За стеной что-то тихо звенело — кажется, керамическая посуда.

Она потянулась, размяла пальцы — профессиональная привычка, — и вдруг замерла. Вчерашнее нахлынуло разом: салон, удар током, река, дракон, голубоглазый эльф по имени Алагир. Она в другом мире. В настоящем, чтоб его, другом мире.

— Проснулась? — раздался голос из-за двери. — Выходи. Завтрак стынет.

Нонна быстро пригладила волосы, одёрнула одежду и вышла из комнаты.

Главная комната дома оказалась просторной и светлой. Те же живые стены из переплетённых ветвей, тот же земляной пол с плетёным ковром. Посередине стоял низкий стол, а на нём — глиняные тарелки, кувшин с чем-то дымящимся и корзинка с лепёшками. Алагир уже сидел на одной из подушек, скрестив ноги, и нарезал сыр тонким кинжалом — тем самым, что вчера висел у него на поясе.

— Садись, — он кивнул на подушку напротив. — У меня обычно гостей не бывает, так что сервис не королевский.

— Да уж, — Нонна опустилась на подушку и оглядела стол. — Глиняные тарелки, ручная работа. У нас за такое в ресторанах доплату берут.

— Что такое ресторан?

— Место, куда приходят поесть и оставить кучу денег.

Алагир усмехнулся и пододвинул к ней тарелку с лепёшками.

— Тогда считай, что ты в эльфийском ресторане. Бесплатном.

Нонна откусила лепёшку. Та была тёплой, с хрустящей корочкой и какими-то ароматными зёрнышками внутри. Сыр оказался мягким, козьим на вкус. Из кувшина Алагир налил ей отвар — не чай, а что-то ягодное, слегка кисловатое.

— Вкусно, — признала она. — А ты точно следопыт? Может, повар?

— Следопыт, который живёт один, — ответил Алагир. — Я же говорил: либо учишься готовить, либо сырые коренья.

Они ели молча. Нонна косилась на окно, за которым виднелся лес — высокий, многоярусный, совсем не похожий на подмосковные перелески. Где-то вдалеке перекликались птицы странными, почти мелодичными голосами.

— Что дальше? — спросила она наконец.

— Я обещал отвести тебя к старейшинам. Сдерживаю обещание. Допивай отвар и идём.

Деревня лесных эльфов называлась Эль-Даран. В переводе — «Зелёный Дом». Когда Нонна вышла из дома Алагира и увидела её целиком, то на несколько секунд просто замерла.

Это был не населённый пункт в человеческом понимании. Никаких улиц, заборов или отдельных зданий. Поселение вписывалось в лес, как будто выросло из него само — и, возможно, так оно и было. Дома — такие же, как у Алагира, — сплетённые из живых ветвей, встроенные прямо в стволы гигантских деревьев или подвешенные на толстых сучьях. Между ними вились дорожки из плотного мха, подсвеченные теми самыми цветами-звёздочками, только крупными и сияющими даже днём. В воздухе стоял ровный гул — смесь голосов, стука дерева, звона кузницы и шума листвы.

— Ого, — выдохнула Нонна.

— Первый раз вижу человека, который так смотрит на Эль-Даран, — заметил Алагир. — Обычно путешественники либо пугаются, либо не верят своим глазам.

— Я не пугаюсь. Я впечатлена. Это как биодизайн высшего уровня.

— Что такое биодизайн?

— Долго объяснять.

Они пошли по тропе. Навстречу попадались эльфы — высокие, стройные, с волосами всех оттенков от льняного до угольно-чёрного. Одни были одеты в такие же туники, как у Алагира, другие — в длинные одежды, расшитые серебром. Кто-то нёс корзины с травами, кто-то вёл под уздцы странное животное, похожее на миниатюрного оленя с пушистыми рогами.

Все они провожали Нонну взглядами. Не враждебными — скорее изучающими. Кое-кто перешёптывался за спиной, и она улавливала обрывки фраз:

— Человек? Здесь?