Анна Осокина – Шпионка против генерала, или Главный королевский секрет (страница 20)

— А что, это опасно? — спросила одна из девушек.

Еще несколько ахнули вслед за ней.

— Ну что вы, — заверил Клеосандр поспешно. — Разумеется, нет! Но лучше перестраховаться.

Слишком легкомысленно он это произнес, так, что ко мне закрались некоторые сомнения относительно безопасности этого мероприятия. Но не рисковал бы король своей жизнью и жизнью наследника?! Наверное.

Глава 7

Рокен иль Контаре

Не понимаю, как я мог так крепко заснуть? Я уже и не помнил, когда спал всю ночь без пробуждений. Во всем виновата эта чертова настойка! Она действовала усыпляюще. Обычно я сплю невероятно чутко. Сказались годы службы в армии, когда в любой миг нужно подхватиться по тревоге. Но каким-то образом я не услышал ни то, как вышла из комнаты Рикоста, ни то, как туда вошла Агнес. Это застало меня врасплох, а я не привык быть не подготовленным к чему-либо. Ужасное ощущение!

А еще хуже от того, что Агнес, разумеется, подумала, будто Рикоста — моя любовница. Я и сам в такой ситуации сделал бы точно такие же заключения. Не знаю почему, но мне важно было, чтобы Агнес знала правду. Однако эту правду девушка слышать не желала. Я прекрасно понимал, что между нами ничего быть не может, тем более, как я уже видел, госпожа иль Грасс вышла в фаворитки этих смотрин.

Оказалось, что она не только ослепительно красива, но и прекрасный стратег. Мое чутье не подвело. У нее были все качества для будущей жены наследника короля. И я не имел никакого права хоть как-то претендовать на нее. Но смотреть же не запретишь, так?

И я наблюдал. А она, замечая мое внимание, то краснела, словно цветок мака, то бледнела. О, если бы только она совсем никак не реагировала на меня! Но нет же, я ощущал, что между нами есть какое-то напряжение. И моя ночевка в комнате Рикосты подтверждала, что Агнес каким-то образом задевает это. Но также я прекрасно понимал, что это совершенно ничего не значит. Агнес иль Грасс имеет слишком хорошие манеры и строгое воспитание, чтобы заводить интрижки за спиной возможного будущего жениха.

Я следовал за их каретой. Погода выдалась отличная, поэтому с повозки сняли крышу, чтобы принц и его спутницы могли насладиться золотым осенним солнцем.

Остальные девушки тоже не были забыты. Кто-то пожелал путешествовать верхом, кто-то — в каретах. Наша компания, напоминавшая небольшую армию, уверенно двигалась вперед, к крупному лесному массиву, чтобы поохотиться на королевского лося. Среди прочих здесь было несколько десятков охотников, слуги и служанки, пара псарей, которые отвечали за собак, сами гончие и, разумеется, гвардейцы. Такому серьезному отряду угрожать ничего не могло, поэтому я расслабился, поглядывая на его величество, который ехал верхом, на ходу перекидываясь шутками с теми невестами, которые тоже пожелали ехать в седле.

Я был восхищен королем и его гостеприимством. Он действительно старался, чтобы каждая возможная невеста его сына чувствовала себя хорошо. Даже те, которые не прошли мою «проверку». А таких оказалось пять. Подумать только! Пять девушек из сорока оказались благородными только на бумагах. И, судя по реакции некоторых, я был уверен, что они даже не догадывались об этом. Вопросы к их родителям, конечно…

За своеволие я получил от Клеосандра взбучку, хотя и не столь сильную, как предполагал. Разумеется, король оказался недоволен, что я сделал это за его спиной, но так как мы все же теперь обладали знаниями о том, кто из участниц смотрин в действительности никогда не станет будущей королевой, то негодовал король недолго. Однако взял с меня обещание больше никогда не идти в обход его воли, а в случае подобных ситуаций впредь советоваться с ним. Когда я дал слово, инцидент исчерпал себя, а я снова оказался в милости у правителя.

И в немилости у Агнес… Я пытался не смотреть, но взгляд то и дело падал на девушку. Она ни разу не глянула на меня, зато очень мило беседовала с его высочеством. Принц что-то говорил, я не улавливал смысла разговора, потому что находился не слишком близко, но Агнес и Каприза то и дело дружно взрывались звонким хохотом. Однако если Каприза была более стеснительна и опускала глаза каждый раз, когда Фларио смотрел на нее, то Агнес не упускала возможности улыбнуться принцу. Она то и дело наклонялась к нему, что-то говоря ему на ухо, и невзначай касалась его плеча или колена.

От каждого такого прикосновения я крепче сжимал в кулаках поводья. Глухая злоба поднималась изнутри. А самое дрянное, что я даже не знал, на кого злюсь. На принца, на эту девушку или на себя? Головой я отчетливо осознавал, что принц в своем праве принимать ухаживания от каждой участницы отбора. Он даже расшевелился в последние пару дней, потому что до этого вообще не испытывал ни малейшего интереса к смотринам. Агнес сами небеса велели показать себя с лучшей стороны. А вот я… какого черта я вообще о ней думаю?! Рядом с его высочеством Агнес выглядела счастливой. Ее лицо немного раскраснелось. Не знаю, от ветра и прохладного воздуха или от смеха, но румянец чрезвычайно шел ей.

Вспомнил, как когда-то любовался Линнет. Она любила охоту, и мы несколько раз выезжали в лес с ее братьями. Девушка смеялась и выглядела совершенно счастливой. Я всерьез думал, что у нас большая любовь. Не мог поверить, что простой капитан добился внимания и расположения такой особы. Она не была из благородных, но ее семья владела приличным состоянием. Каким я был дураком! Линнет пришла ко мне во врачебницу после той страшной засады. Помнил этот день так, словно все случилось вчера.

***

Я лежал на узкой кровати в городской врачебнице, куда меня перевезли почти сразу после той злополучной засады. Отказался от помощи военных лекарей, потому что они собирались отрезать мою ногу, которая слишком сильно пострадала во время битвы. Я знал, что рискую жизнью, но все равно отказался. Лишиться конечности для меня было подобно смерти. Я не видел себя больше никем, только военным. И не мог потерять все в одночасье, именно поэтому попросил перевода в городскую врачебницу, ведь слышал: там работает лекарь, который берется за самые сложные случаи. Он был магом-целителем, но даже такие способности не безграничны.

Находясь под действием обезболивающей настойки, я все равно не мог лежать спокойно, чувствуя жуткую боль в том месте, где должна быть нога. Теперь это было месиво из мяса и костей. Я ждал, когда лекарь освободится и займется мной.

Именно в то время пришла Линнет.

— Рокен, — она робко встала в дверях, как будто не решалась войти внутрь больничных покоев.

— Лин, — сквозь муку улыбнулся ей, чувствуя, что обливаюсь потом.

Даже тогда невеста казалась мне прекрасной: блестящие черные волосы, которые она заплетала в высокие прически, лишь один раз я видел их распущенными, они доходили ей до бедер, идеально прямые, идеально гладкие, темно-вишневые огромные глаза, на которые можно молиться, густые черные ресницы. Я думал, что вряд ли еще когда-то встречу столь же прекрасную внешне девушку, пока не увидел Агнес. Только Агнес была полной противоположностью Лин, имея золотые волосы и ярко-голубые сапфиры глаз.

— Я так волновалась… Как хорошо, что ты жив! — Линнет все еще не подходила ко мне, а я настолько плохо соображал, что даже не подозвал ее.

В дверях появился лекарь. Уже совсем не молодой, невысокий, лысый, как гриб, с внушительным животом, он потеснил девушку и подошел ко мне. У лекаря были серьезные темно-карие глаза, он устремил взгляд на Линнет.

— Госпожа, — лекарь глянул на мою невесту. — Мне нужно осмотреть его ногу, судя по тому, что мне рассказали, вид не из приятных. Советую вам выйти.

— Это моя невеста, господин лекарь, — чуть слышно прошептал я.

— Я хочу знать, каково его состояние, — твердо сказала Линнет.

— Что ж, как хотите, — мужчина раскрыл окровавленную простыню, которой укрыли мои ноги.

Я смотрел только на Лин, а она резко отвернулась. И я прекрасно ее понимал.

— Сожалею, — через минуту вынес вердикт лекарь. — Ногу сохранить не получится. Если хотите остаться в живых, нужно немедленно ее отнять.

Я сжал челюсти и кулаки. Уже был готов к такому ответу. Попросил перевести меня к этому лекарю скорее из отчаяния, чем действительно надеясь на то, что из этого что-то получится. Но для Линнет это стало полнейшей неожиданностью. Она повернулась к лекарь, расширив свои прекрасные вишневые очи.

— Как — отнять? — не поняла она.

— Сожалею, госпожа, — покачал головой лекарь. — Я оставлю вас на несколько минут, чтобы подготовить все для операции.

Мужчина быстро вышел. Двигался он очень легко, несмотря на грузную фигуру.

— Линнет, — я наконец протянул руку к ней. Больше всего на свете в тот момент желал коснуться ее.

Она смотрела на меня и без остановки качала головой.

— Лин, пожалуйста! — в отчаянии воскликнул я, продолжая протягивать к ней руку.

Но она все качала головой. А потом попятилась.

— Лин, куда ты?

— Прости, Рокен, я не могу… Нет, нет…

— Линнет! — закричал, когда она ушла. — Линнет! — кричал я снова и снова, пока не вернулся лекарь с помощниками.

— Она ушла?! Ушла насовсем? — почему-то спросил у лекаря.

Тот посмотрел мне в глаза. Очень внимательно, будто видел насквозь.

— Капитан, — сказал он мне наконец. — Как бы я хотел ободрить вас, но, думаю, да. На моей практике такое случалось не единожды. Не все готовы нести такую тяжесть всю оставшуюся жизнь.