Анна Осокина – Шпионка против генерала, или Главный королевский секрет (страница 16)

Вечер сложных вопросов продолжался.

— А что вас так удивляет?

Он хмыкнул, но ничего не сказал, продолжая изучать меня взглядом. Он скользил им от моих глаз по щекам, проходил губы, подбородок и снова возвращался к глазам. От этого внимания у меня засосало под ложечкой. Стало жарко, ничего не могла поделать с тем, что у меня участилось дыхание. Но самое странное то, что и у генерала оно было частым и немного прерывистым, хотя он уже отдышался от поднятия по лестнице.

Даже не заметила, что военный оказался еще ближе ко мне. Замок постепенно погружался в сон. Гости разъехались, а невесты разошлись по комнатам. Лестница была совершенно пуста, а коридор, который вел от нее в покои девушек — безлюден. Только несколько неярких магических светильников не позволяли пространству погрузиться в полную темноту.

Ощущала, что магия уже не властна над моим телом, могла бы уйти, но что-то другое удерживало меня на месте. Словно я была отлита из железа, а Рокен иль Контаре — магнит, который тянул меня к себе. Лицо мужчины медленно приближалось к моему, а я застыла и все, что могла делать, — дышать, ощущая, как сердце колотится в горле.

Вдруг вспомнила, как он обнимал меня на балу в тот самый миг, когда везде погас свет. За мгновение до того, как начали взрываться фейерверки. Он ведь специально стал со мной танцевать, чтобы оказаться поблизости в тот момент, когда на меня посыплется пудра из камня благородства! Тяжелая обида заставила меня резко отшатнуться и кинуться наутек в свою комнату.

Я боялась, что он снова применит обездвиживающее заклинание. Не хотела, не могла его в тот момент видеть! Не хотела, потому что он чуть меня не раскрыл, но я так вжилась в образ, что по-настоящему ощущала праведный гнев из-за его самодеятельности. А не могла, потому что рядом с этим человеком со мной что-то происходило. Я испытывала то, чего не чувствовала никогда до сих пор. Мне так отчаянно хотелось до него дотронуться, что я не доверяла себе. А вдруг это какая-то очередная проверка?! Вдруг сам король или принц поручили Рокену проверять невест на целомудренность?

Забежала в свою комнату и, заперев дверь, навалилась на нее всем телом, тяжело дыша. Благие небеса, помогите мне! Постепенно восстанавливая дыхание, сползла по двери на пол и, подтянув к животу колени, спрятала в них лицо. Оно горело.

Меня атаковали мысли. Столько сразу, что я не знала, куда от них деваться. Но две господствовали над остальными: что происходит между мной и генералом и почему, черт возьми, пудра от камня так ослепительно ярко светилась на моей коже, если меня забрали из приюта, в котором прозябают лишь простолюдины?!

Рокен иль Контаре

— Госпожа иль Грасс! — позвал я громко, девушка точно меня услышала, но, вместо того чтобы остановиться и подождать, стремительно удалялась из зала, в котором только что закончился бал.

— Рокен, мы поговорим с тобой завтра, — сказал король, и его тон не предвещал ничего хорошего. Конечно, я ведь нарушил его прямой указ! Но у меня имелись на то серьезные основания.

— Да, ваше величество, — склонил голову и тут же снова посмотрел в сторону удалявшейся девушки, сорвавшись с места за ней. Нога от быстрой ходьбы всегда начинала ныть, а сейчас, после нагрузки во время танца, разболелась еще сильнее. Я упрямо продолжил двигаться. Агнес, словно живое пламя в ярком платье, почти бежала, но и я не останавливался. Мне нужно было с ней поговорить.

Черт! Лестница!

— Агнес, да стойте же вы! — крикнул в отчаянии, глядя на почти непреодолимую для меня сейчас преграду.

Госпожа иль Грасс, легкая, как птичка, порхала со ступеньки на ступеньку, а я, до скрипа зубов сжал челюсти, чтобы не кричать от боли, которую доставлял каждый шаг, двинулся наверх.

Лекари говорили, что я никогда не смогу ходить без трости, но они ошибались. И неважно, что каждый шаг причинял муку, я никому не позволю видеть во мне слабость! Не для того я стал самым молодым генералом в королевстве, не для того десятки раз рисковал жизнью на вылетах с вивернами, не для того терял боевых товарищей, чтобы каждый, видя, как я ковыляю, опираясь на трость, испытывал ко мне жалость. Лекари сделали все что могли. Многие называли чудом то, что я вообще остался с ногой. Но она теперь не работала так, как надо. Иногда это доводило меня до отчаяния, но я брал себя в руки и двигался дальше.

Вот и теперь поднимался за Агнес, несмотря на то, что от боли уже темнело в глазах. Сегодня я слишком перетрудил конечность.

Но девушка доводила меня до ярости, а это чувство помогало не сдаваться. Когда я понял, что ни за что не догоню ее, а она вот-вот скроется в своей комнате, применил обездвиживающее заклинание. Имел ли я на это право? Думаю, что никакого. Она могла бы пожаловаться на меня королю. Плевать! Меня и так ждала взбучка. Пользуясь моментом, пока Анесс застыла, я, насколько мог быстро, шел к ней.

Эта девушка не выходила у меня из головы с самого прибытия в замок. И вовсе не в том смысле, в котором можно подумать. Романтикой здесь и не пахло. Она, конечно, красива. Нет, это слово не передает полноты картины. Она великолепна! Из тех счастливиц, наделенных природой сверкающими глазами небесного цвета, белой кожей, которая почти светилась, яркими полными губами, аккуратным носиком. И да, с фигурой тоже все было более чем в порядке. А золотые пышные волосы, которые она собирала в высокие прически, можно было бы просто распустить, и она уже выглядела бы прекрасно, если бы не правила этикета. Идеальная кандидатка в будущие королевы. Чуть старше принца, но не критично. Некоторые невесты, прибывшие на смотрины, были одного возраста со мной или даже старше. Еще пару лет разницы — и годились бы принцу в матери.

Но все же… Все же что-то настораживало меня в Агнес с первой встречи, с того самого момента, когда я увидел ее в карете, встречая участниц отбора на въезде в замок. Госпожа иль Грасс еще даже не успела ничего сказать, а я встретился с ней глазами, и что-то как будто щелкнуло внутри. Что это за чувство, я не понял, но привык прислушиваться к своей интуиции, а потому взял себе на заметку приглядывать за ней.

Оказалось, что для этого даже не нужно прилагать усилий, потому что Агнес постоянно привлекала к себе взгляды. То вступилась за Рикосту, чтобы ту не обвинили в краже, то демонстративно отказалась от проверки на благородство. За первое я ей был безмерно благодарен, но, возможно, так она выстроила свою стратегию, чтобы стать женой принца: влезать во все скандалы, быть в центре внимания. Рискованная линия поведения, но все же я признавал, что рабочая. Девушка походила на опытного стратега, который ведет битву. Этим она напомнила мне самого себя.

Мне показалось слишком подозрительным, что она открыто возражала против проверки. С огромной вероятностью это могло означать то, что Агнес не настолько благородна, как хочет показаться. Такое бывает, ее мать могла увлечься другим мужчиной и родить дочь от простолюдина или, наоборот, знатные мужчины иногда признавали своих детей от слуг, записывая их как своих законнорожденных.

В целом ничего страшного я в этом не видел, сам не из благородных по рождению, но не в этом случае. В указе о смотринах его величество ясно дал понять, что в отборе участвуют только благородные госпожи, ранее не бывшие замужем. И если Агнес знала о своем происхождении какую-то тайну, но все равно решила участвовать, это был бы обман короны. Именно поэтому я еще раз внимательно просмотрел документы, которые она привезла, но не нашел подвоха. С сопроводительными бумагами все в порядке. Агнес действительно принадлежала к старинному роду иль Грасс, на законных основаниях участвуя в смотринах.

Но червячок сомнения не отпускал, поэтому я решил применить хитрость. Отправился к главному королевскому артефактору с камнем благородства, и тот, думая, что я действую по приказу его величества, аккуратно расколол камень на две части. Одна отправилась в хранилище артефактов, где камень и лежал до этого времени, вторую мастер превратил в мельчайшую пудру. Дело оставалось за малым: я снабдил этой пудрой королевских магов, и когда они создавали фейерверки, поместили внутрь частицы камня благородства. Чтобы не потерять Агнес из виду, я даже пригласил ее на танец перед представлением. Ну, как пригласил… По правде говоря, побоялся, что она может отказать и я упущу ее из виду, а потому нагло повел ее в танце без спроса. Удивительно, но на несколько минут нога даже перестала меня мучить. Агнес, без слов поняв, что мне тяжело двигаться, приняла правила такого танца, в котором мы почти все время стояли на месте.

Я ощущал запах ее волос, которые источали аромат каких-то цветов, и от этого немного кружилась голова, словно я пил вино. Но… Но я не пил. Пытался не думать о том, что она так близко. Это всего лишь служба. А эта девушка — часть службы. Я обязан обеспечивать безопасность королевской семьи, именно поэтому меня определили служить во дворце. Его величество доверял мне. Но сердце почему-то забилось быстрее, когда я почувствовал под руками мягкое девичье тело. Она дрожала, наверное, замерзла на балконе, и это вызвало во мне внезапный прилив нежности, хотелось согреть ее. А когда она, испугавшись резко погасшего света, прижалась всем телом ко мне, это было… Нет, нельзя даже думать о таком! Во-первых, она не для меня, во-вторых, я все еще подозревал, что она обманывает короля, а потому был поражен, когда ее кожа почти ослепила меня от соприкосновения с пудрой из камня благородства. Я предупредил нескольких слуг, чтобы внимательно смотрели за другими участницами. Раз уж все-таки устроил эту проверку, она не должна пройти напрасно.