Анна Осокина – Невольница императора (страница 6)

Шли мы действительно недолго. И это было замечательно, потому что, во-первых, мимо нас то и дело проходили стражники явно в поисках меня. И рано или поздно, но они поймут, что горянка могла переодеться, и начнут искать более тщательно. Если, конечно, им не надоест. Не такая я уж и важная птица, раз меня просто решили продать. Но лучше перестраховаться. А во-вторых, пропойца так сильно опирался на меня, что за те несколько домов, которые мы миновали, пока подошли к его жилищу, я порядком устала. Спина, казалось, вот-вот отвалится.

Мужчина привалился к стене.

— Эт тут! — торжественно объявил он, как будто привел меня в императорский дворец.

Попробовала толкнуть дверь, но она оказалась заперта. С него станется перепутать. Вон, все дома на улице какие похожие! И двери — одна в одну!

Мимо нас прошла женщина необъятных размеров, несшая в руках плетеную корзину, из которой торчала какая-то снедь. Она неприязненно покосилась на пьянчугу, поджала губы, окинула презрительным взглядом меня, но ничего не сказала и, миновав еще несколько дверей, вошла в одну из них. Из этого я сделала несколько выводов. Он действительно тут живет, иначе соседка подняла бы шум. А еще, очевидно, довольно часто водит к себе… всяких. Благая Матерь! Какой стыд — изображать из себя неведомо кого!

— Заперто, — развела руками.

— Там, — мужик показал пальцем на карманы в штанах. — Ищи, — при этом он глупо хихикнул и чуть не упал. Я поддержала его и с недовольным видом принялась ощупывать карманы. Они были слишком глубоки, а ключ прощупывался на самом дне.

— Нежнее, млая! — он икнул и почти снова упал на задницу, но я снова придержала его.

«Милая или малая?» — почему-то крутилось в голове, пока я ковырялась в замке. Впрочем, без разницы.

Когда дверь отворилась, в нос ударил пыльный воздух. Я поморщилась. Густая темнота заполняла пространство. Единственное маленькое окно, которое выходило на улицу, с которой мы и вошли, было завешено какой-то тряпкой. Я сдернула ее, чтобы разглядеть хоть что-то. Да уж, вот как они тут живут.

Малюсенькая комнатушка с узкой кроватью, стол, один колченогий стул, сундук и почти пустой стеллаж, который, наверное, предназначался для книг, но на нем лишь одиноко стояла наполовину выпитая бутыль из темно-зеленого стекла да красивый стеклянный бокал бордового цвета, который совершенно не вписывался в обстановку. Даже печи не было. Как здесь еду-то готовить? Как обогревать помещение зимой? Ладно, мне тут не жить.

Как только мой новый знакомец ввалился в свою дыру, я тотчас заперла дверь, оставив ключ в замочной скважине. Осторожность никогда не бывает лишней.

Пропойца снова навалился на меня. Я закряхтела под его весом, но все же помогла добраться до кровати.

— Ид-ди сюд-да, — потянул он меня за руку, несколько раз икнув.

Я уже стала придумывать причины, чтобы отсрочить неизбежное, но, стоило его голове коснуться подушки, как он захрапел.

Шумно выдохнула и в изнеможении опустилась на кровать рядом с ним, аккуратно подвинув его ноги, чтобы тот не проснулся. Хотя, судя по его виду, он не придет в себя, даже если прямо сейчас в комнату ударит молния.

Сначала, несмотря на дикую усталость, внутри все кипело и ликовало. Я это сделала! Я смогла уйти от преследователей! Пьянчуга проспит еще как минимум три, а то и четыре стражи. За это время, может, и поиски прекратятся. А пока нужно продумать план дальнейших действий.

Однако мысли путались, ко мне то и дело подступала зевота. Прошлась по комнате. Заглянула в сундук. Там не нашла ничего интересного, только какие-то рубашки да штаны. Никакой еды здесь не оказалось, хотя я с удовольствием перекусила бы. Жажда тоже мучила меня. Откупорила пробку в бутылке и принюхалась. Резкий запах ударил в нос так, что я отшатнулась. Ужас какой! И он это пьет?! Но так как ничего другого не оставалось, а выходить и искать колодец было слишком рискованно, я, зажмурившись, сделала небольшой глоток. Язык и горло обожгло как будто огнем, но жажда немного притупилась. Сделав еще несколько глотков, я почувствовала приятное тепло в груди и легкую слабость во всем теле. Оглянулась в поисках того, где прилечь, но, кроме хромого стула и кровати, подходящей мебели не нашла. Попробовала устроиться на стуле, но быстро поняла, что занятие это бесполезное. Так я не усну, а если и усну, то это грозит падением.

Вздохнула и поплелась к занятой постели. Если бы не боялась того, что пьянчуга проснется, скинула бы его на грязный дощатый пол, потому что в таком состоянии ему было абсолютно плевать, где спать. А я после седмицы путешествия хотела нормально лечь и вытянуть ноги. Желательно на чем-то мягком.

— Что ж, — сама себе под нос буркнула, оглядывая хозяина каморки. — Хорошо, что ты только выпивкой увлекаешься, а не едой.

Действительно, мужчина выглядел скорее худощавым, чем наоборот. В ином случае вместе мы бы ни за что не уместились. Хотя его широкие плечи никуда не делись. Сейчас я могла рассмотреть его хорошенько. Лицо худое и какое-то изможденное, как после долгой болезни. Под закрытыми веками залегли темные тени.

Аккуратно подвинула его к стене, повернув на бок. Храп тут же прекратился. Чудесно. Одной проблемой меньше.

Накрыла пропойцу простыней, но не потому что пеклась о его удобстве. Его штаны впитали в себя грязь из уличной лужи, а раздевать его не было ни желания, ни сил.

Закончив приготовления, я устроилась на краешке кровати, которая показалась неожиданно удобной. Мягкая перина так и затягивала в объятия, а от лежащего ко мне спиной хозяина комнаты шло приятное тепло. Ну, хоть какая-то польза от него!

Сон утянул меня почти мгновенно. Я даже понять не успела, как погрузилась в него полностью.

Мне снился Дринкрис. Это произошло впервые. Муж крепко обнимал меня, и от его прикосновений кожа горела и покрывалась мурашками одновременно. Он касался моей шеи влажными губами, а я улыбалась от этого приятно щекочущего ощущения и отстранялась, чтобы заглянуть в голубые глаза, светящиеся добротой и благородством…

Рука мужа легла на холмик моей груди. Я чуть выгнулась навстречу, чувствуя жар тела.

— Не знаю, что ты делаешь в моей кровати, — прохрипел Дринкрис, — но я этому весьма рад.

Резко распахнула веки, скидывая с себя остатки сна. На меня внимательно смотрели черные глаза. Они чуть поблескивали в свете факела, отблески которого проникали с улицы и совсем немного делали различимой обстановку в комнате. И цвет их совсем не походил на оттенок глаз моего мужа. К тому же — покойного. Не сразу сообразила, где нахожусь. Дернулась, но мужчина меня удержал.

— Стой, куда это ты?

Я замерла, не отводя от него взгляд, как от хищника. Наконец все вспомнила. Когда он был пьян, выглядел вполне безобидно, а сейчас его глаза такими не казались. Колючие, острые, хотя на губах играла улыбка, которую он, впрочем, натянул специально.

Я хранила молчание, потому что утром он вряд ли обратил на мой акцент внимание, но теперь сразу догадался бы, что я не местная. За окном было уже совсем темно, пора и честь знать. Плохо, конечно, что план как следует не продумала, пока этот пьянчуга спал, но все же теперь на свежую голову быстро найду выход из сложившейся ситуации. Недобро на него зыркнула и снова дернулась, чтобы уйти. Но темноволосый нахмурился, а потом расплылся уже в настоящей улыбке, очевидно, неправильно истолковав мое недовольство.

— А-а-а! Я тебе еще не заплатил! — он снова зарылся мне в волосы. — Ты так сладко пахнешь!

Это после седмицы-то дороги? Ох уж эти мужчины! Его руки поползли по моей юбке, цепкие пальцы задели подол и потащили его вверх, обнажая ноги. Я беззвучно опустила ткань обратно и снова дернулась, чтобы встать.

Хозяин комнатки снова поднял на меня удивленные глаза и нахмурился.

— Да заплачу я тебе! Заплачу! За всю ночь! Успокойся!

Он раздраженно полез в карман, но сразу же помрачнел. Привстал на локте, сосредоточенно продолжая исследовать содержимое. Но я-то знала, что там только ключ утром болтался.

— Да чтоб тебя! — он поднял подушку, но и там ничего не нашел. Тогда он подхватился с кровати. Я следом за ним. Он принялся шарить руками по простыне, но все тщетно. Хотела сказать ему, что он уже вернулся домой без денег, но тогда я себя выдала бы. Так что стояла, наскоро заплетая косу, прочесывая волосы пальцами, и ехидно ухмылялась.

Поняв, что на кровати ничего не найдет, пьянчуга резко выпрямился и схватился за голову. Неужто последние деньги пропил? Но он застонал и повалился на постель.

— Голова-а-а, — протянул он.

А нечего напиваться до нечистиков! Моя улыбка лишь стала шире. А мужчина только стонал.

— Подай мне ту бутыль, будь добра! — он не глядя махнул рукой в сторону стеллажа. Подняла брови, но выполнила его просьбу.

Взяла сосуд и протянула страдальцу. Тот приложился к горлышку и долго пил. Вот это выдержка! Да у него глотка железная! Я еле смогла пару глоточков сделать и то лишь потому, что другого выбора не имела.

Когда бутыль почти опустела, пропойца поставил ее на пол и откинулся на подушку.

Я уже попятилась к двери, все равно больше с него взять нечего, отдохнула и хватит, как он бодро повернулся на бок и посмотрел на меня совершенно ясными и сосредоточенными глазами.