Анна Осокина – Невольница императора (страница 5)

Обошла телегу, чтобы не быть на виду у всех. А потом стала медленно пятиться. В мою сторону все еще никто не смотрел. Я мысленно воздавала хвалу Великому Отцу и Благой Матери, что они покровительствовали мне. Так неторопливо, хотя внутри ощущала себя натянутой тетивой лука, я зашла за угол каменного дома. И тут уж кинулась во всю прыть! Бежала так, как никогда в своей жизни! Бежала, сворачивая то в один, то в другой переулок, пока не услышала, что где-то далеко поднялся еще больший переполох. Не сомневалась, из-за чего именно.

Имперцы наконец заметили пропажу. Идиоты! Благая Матерь, какие же они идиоты! Если и император такой же, мне совсем не составит труда подобраться к нему и убить.

И все равно сердце скакало бешеной белкой. Я до сих пор была в своем свадебном одеянии, которое уже порядком испачкалось и неприятно попахивало. В окрестностях Бургхама оказалось значительно теплее, чем в горах, где уже дули холодные северные ветры. Тут в полдень было еще почти жарко, и мне нестерпимо хотелось снять с себя эту одежду. Но не только потому, что она загрязнилась и напоминала о самом кошмарном дне в моей жизни. Это все тоже, но все же главная причина заключалась в том, что по ней меня очень быстро могли найти: слишком приметно я в ней выглядела. Пока бежала, обратила внимание, как одеваются местные женщины. И их наряды довольно сильно отличались от наших, по крайней мере, от моего свадебного.

Продолжала двигаться, углубляясь в город. А меня преследовали крики, хотя и еще довольно далеко. Значит, все же находились люди, которые указывали дорогу, куда побежала горянка в своем приметном синем одеянии, будь оно неладно!

Удача снова повернулась ко мне прекрасным ликом, когда я, в очередной раз повернув в тихий безлюдный переулок, врезалась всем телом в недавно развешенные на веревках вещи после стирки. Они все еще были немного влажные, но выбирать не приходилось. Почти не сбавляя ходу, боясь быть застуканной за позорным занятием, я не глядя схватила несколько вещей, надеясь, что среди них будут нужные, и продолжила бег.

Грудь жгло огнем, воздуха уже не хватало. Хорошо, что поела утром, а то и сил бы не имела так долго бежать. Наконец позволила себе остановиться в совсем глухом и темном закоулке.

Быстро огляделась, чтобы никого не было рядом, и рванула ненавистное платье. Я его не снимала, просто со злостью дернула. Ткань треснула и разошлась по швам. И я смогла по-настоящему свободно вздохнуть! Тесное одеяние сковывало меня все эти дни не хуже веревок.

Натянула прохладную рубаху, которая оказалась с таким глубоким вырезом, что моя не такая уж большая грудь очень желала из него убежать. Юбка, которую я натянула следом, оказалась сильно велика, но я разорвала платье и лоскутом подпоясалась, одной стрелой убив двух оленей: и юбка теперь не грозилась упасть, и грудь худо-бедно, но зафиксировалась. Была еще безрукавка, которая могла бы полностью исправить положение, спрятав глубокий вырез, но вот беда: она оказалась совсем мала. Видно, шили на ребенка. Но лучше так, чем ничего. Я набросила безрукавку на плечи, не застегивая. А свое платье скомкала и засунула под кучу вонючего мусора, который лежал прямо под стеной дома.

Крики приближались. Поспешила поменять место пребывания. Теперь меня не так легко выследить. Разве что по волосам. Местные заплетали их совершенно иначе. Мне нужно было рассмотреть ближе, как именно они это делали. А навстречу, как назло, женщины больше не попадались. Я решила пока вообще расплести свадебную прическу, которая все эти дни стойко держалась. Мама постаралась на славу! Я спрятала несколько шпилек в карман юбки, не переставая идти вглубь города. Тяжелые темные локоны упали на плечи волнами.

В какой-то момент показалось, что меня перестали преследовать. В этом районе царила подозрительная тишина. А тело вопило об отдыхе. Прислонилась к стене, переводя дыхание. Рядом распахнулась дверь, это заставило меня вздрогнуть. Оттуда вывалилось… нечто.

Нет, это определенно был мужчина, просто он пребывал в таком состоянии, что трудно сказать: ему очень хорошо или очень плохо.

— О! — тот остановился в дверях, держась за косяк и беспощадно шатаясь. — Уже свтло! — он глотал целые слоги в словах, поэтому мне приходилось лишь догадываться о примерном смысле его речи. После этого он икнул.

Я покосилась на забулдыгу. Что интересно, одежда на нем была довольно приличная. И от него даже приятно пахло, а не разило нечистотами, как это бывает с кончеными пропойцами. К сожалению, даже у меня в горах встречается этот грех среди людей. Нет, незнакомец выглядел слегка помятым, но не более того.

— Дбре утро, м-м-милашка, — его взгляд вдруг сосредоточился на мне.

Я видела, как он долго соображал, прежде чем понял, что перед ним молодая женщина. А потом глаза поползли на грудь и задержались там. М-да. Хотелось сказать ему пару ласковых, да нужно двигаться дальше. И я пошла.

— Эй! Пстой! Ты куд-д-да от меня?!

И ЭТО пошло за мной. Недовольно обернулась и ускорила шаг. Но пьяница и не думал отставать. Он двигался на удивление проворно.

— Да стой же! Я тебя н-не обужу… обжу… обижу! — после нескольких попыток выговорил он.

Я продолжала двигаться вперед. Или назад? Уже потерялась в этих улицах и переулках.

— Кр-р-расвца!

Насколько же настырными становятся люди под чарами хмельных напитков! Я остановилась, чтобы треснуть его как следует и избавиться от столь навязчивого общества. Но вдруг снова услышала характерный шум погони. Замерла в испуге, что стоило лишь одного мига, но пропойца этим воспользовался и навалился на меня, приперев к стене.

Хотела его с криком оттолкнуть, но услышала приближение тяжелых сапог. Сапог, которые могли носить только имперские воины. Паника захватила меня с ног до головы. Сердце попыталось вырваться из горла. Я с трудом проглотила его обратно. А пьянчуга будто и не замечал ничего.

Он оказался выше меня на полголовы и так широк в плечах, что меня за ним было почти не видно, поэтому я застыла, решив переждать в его объятиях, пока стража не пройдет мимо. Лучше уж так, чем снова оказаться в плену!

— Господин! — окликнул забулдыгу страж, но тот будто не услышал. Все его внимание сосредоточилось на мне. Он втягивал в себя запах моих волос. Да, не мешало бы уже вымыться, но, кажется, ему понравилось, он потерся о волосы лицом, а потом вдруг впился в мои губы своими. От него пахло свежим хмелем. Несмотря на опасную ситуацию, я попыталась его немного оттолкнуть, но он только сильнее прижался ко мне. Терпи, Ильминара! Терпи! Да, не таким я представляла свой первый поцелуй.

— Господин, ты не видел здесь женщину в ярко-синем наряде, горянку? — снова окликнул его служитель закона.

Пьянчуга немного оторвался от меня, чтобы смерить недобрым взглядом говорившего. Только сейчас я смогла взглянуть на него. Не из тех, которые меня сопровождали. И одет так же, как и стражники, которые пропускали нас через ворота. На его груди тоже располагалась бордовая нашивка в виде треугольника, как и у воинов. Городская стража. Хвала Великому Отцу и Благой Матери, он не знал меня в лицо.

— Крас-с-сивую?

— Видел или нет?! — начал терять терпение стражник, на меня он даже не взглянул, а я окаменела и боялась дышать, пока он находился от меня на расстоянии вытянутой руки. А потом махнул ладонью и вместе с другими двумя покинул переулок.

Я шумно вздохнула, задрожав. Почти даже не замечала, что все еще нахожусь в объятиях спасителя. Да, не всегда хмельные напитки — это зло. Мне вот помогли. Не будь он настолько не в себе, стал бы вот так ко мне приставать и настолько нагло вести себя со стражей? Что-то я сомневаюсь.

Когда его руки снова нашарили мою грудь и бесцеремонно сжали нежную плоть, я пискнула от неожиданности. Слишком задумалась.

— Пр-р-рсти, — нахмурился тот. — Пдем ко мне, я зплачу, тут недлеко, — он махнул куда-то в сторону.

Вскинула на него гневный взгляд, попытавшись вложить в него все, что думаю об этой идее. Это он что же, меня за падшую женщину принял?! Незнакомец смотрел на меня честными глазами, которые то собирались в кучку, то разбегались в стороны — не могла уследить за его взглядом. Темные длинные лохматые волосы, почти черные глаза. Тонкие ровные черты лица. Красив. Но какое это имеет значение? Я оттолкнула его от себя, а он, очевидно, не ожидав этого, сделал несколько шагов назад, балансируя в воздухе руками, но все равно не удержал равновесие и шлепнулся прямо в лужу. Я сморщилась. Это ж надо быть такой свиньей?!

Уверенным шагом пошла от него прочь. Мужчина даже и не думал меня преследовать. Уже на углу дома я обернулась. Он беспомощно смотрел мне вслед. Неприятное чувство жалости стянуло внутренности. Жалость? У меня?

А тут ко всему прочему снова услышала твердый шаг стражников. Они что, весь город в поисках меня прочесывать собираются?

— Да чтоб тебя нечистый разорвал! — шепотом ругнулась я и потрусила обратно к пропойце.

Протянула ему руку. Он снова сначала уставился на грудь и только потом — на ладонь.

— Поднимайся! — процедила сквозь зубы. — Показывай, где твой дом!

Если уж за мной охотятся, лучше затаиться. Да хоть бы даже у этого вот негодника дома. О том, что для этого мне придется делать, решила даже пока не думать. Будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное — убраться с улицы. Если для того, чтобы отомстить за смерть отца, придется пожертвовать девичьей честью, что ж, невелика цена. Я была готова на большее. Почти на все.