Анна Орлова – Счастливый билет (страница 20)

— О? — подняла брови я. Не вязался у меня суровый шериф с возней в саду.

Она на мгновение опешила. Расхохоталась.

— Да нет же! — отсмеявшись, миссис Хопкинс утерла выступившие слезы уголком полотенца. — Просто у нас же степь, без воды мало что растет. Я всегда любила розы, все мечтала вырастить свой цветник. Даже в нашем первом с Тедди домишке, совсем крохотном, посадила палисадничек и сама помогала нашей единственной прислуге таскать воду. Теперь у нас, конечно, работников хватает, но негоже парней ради моей прихоти от дела отвлекать. Так что Тедди смастерил для меня автоматическую поливалку. Специально какие-то там детали заказывал! — она с любовью оглянулась на мужа и закончила прагматично: — Заодно и поилки для скота сделал.

Я с трудом проглотила смешок, с преувеличенным интересом оглядываясь по сторонам.

— О, у вас и электрогенератор есть? — восхитилась я, углядев под навесом знакомую конструкцию.

Мой покойный дед очень любил технические новинки, и одним из первых в округе отказался от газовых рожков в пользу электрических ламп. Стоило это удовольствие недешево, зато было куда удобнее и безопаснее, а семейство Корбетт могло себе это позволить. Судя по всему, Хопкинсы тоже нынче не бедствовали.

Ответить миссис Хопкинс не успела: громко хлопнула калитка, загромыхали шаги, и прямо перед нами из задней двери выскочил запыхавшийся ковбой. Совсем еще молодой парень, лет восемнадцати, тощий и конопатый. Он судорожно дернул кадыком и кинулся к миссис Хопкинс. Подхватил на руки — откуда только силы взялись? — закружил, приговаривая сбивчиво: «Спасибо! Спасибо вам… Спасибо!» Хотя при ее цыплячьем весе это не слишком и трудно.

Розам эдакое обращение не понравилось, полетели на землю разноцветные лепестки, а приторно сладкий запах стал вовсе невыносим. И я, не сдержавшись, оглушительно чихнула.

— Будьте здоровы! — пожелала миссис Хопкинс, которую этот сумасшедший все еще таскал на руках. — Томми, да поставь ты меня!

Что все это значит? Я не знала, что и думать.

Ковбой замер, как вкопанный. Мучительно покраснел, причем особенно ярко горели уши. Осторожно, будто фарфоровую статуэтку, опустил свою ношу на землю и потупился.

— Простите меня, миссис Хопкинс. Я это… от радости.

Он отер руки о штаны и по швам вытянул, как нерадивый ученик.

— Получилось? — смягчилась она и по-матерински потрепала парня по склоненной макушке.

— Ага! — оживился он. — Я сделал все, как вы сказали! И… когда торги закрылись, у меня было уже пять тысяч девятьсот семь долларов и двадцать семь центов!

Я переводила взгляд с миссис Хопкинс на ковбоя и обратно. Ничего не понимаю!

— Беги, обрадуй мать, — наказала миссис Хопкинс ковбою и покачала пальцем у него перед носом. — Только больше не рискуй, а то спустишь все. Понял? И чтоб молчок!

— Ну конечно! — в голосе парня звучала укоризна. — Что я, совсем дурной? Это ж только благодаря вам!

Он неловко поклонился, стискивая в кулаке шляпу, кое-как нахлобучил ее на голову и утопал.

Меня разрывало на части от любопытства, однако вслух я не сказала ничего.

Взгляд остановился на яблоне, усыпанной разноцветными… Тут мне захотелось потереть глаза, поскольку на раскидистых ветках висели зеленые, красные, желтые яблоки, мирно уживаясь с несколькими сортами груш.

— Какое потрясающее дерево! — восхитилась я. Хотелось потрогать наливную грушу с алым бочком. — Это муляж?

— Нет, это ёлка.

— Простите?.. — подняла брови я.

— Ёлка, — повторила миссис Хопкинс по слогам и развела маленькими ручками. — Ну, мы ее так называем. На самом деле это все заслуга Тедди. Я хотела пару веток прищепить, да все никак не могла решить, какие выбрать. Тедди это надоело, вот он и воткнул все подряд. А они взяли да и принялись!

— Потрясающе.

Миссис Хопкинс покосилась на меня и хмыкнула.

— Вот что значит настоящая леди. Умираете же от любопытства, но лицо держите.

— Не без того, — созналась я, передернув плечами, — издержки воспитания.

— Ну, мы-то люди простые. И мне уж точно не надо, чтобы гостья умерла от любопытства, так что я объясню. Томми один из наших ковбоев, и благодарил меня за совет. Обычно я таких советов не даю, но мальчику действительно было нечего терять. Им с матерью очень нужны деньги. Отец Томми сильно пил, кулаки распускал, дом вот заложил… Он умер месяц назад, а кредиторы теперь семью на улицу гонят.

Судя по насупленным бровям и стали, которая бряцала в голосе миссис Хопкинс, покойному пьянице сильно повезло, что он уже отошел в мир иной.

— Прискорбно, — пробормотала я. Что тут еще скажешь?

Миссис Хопкинс кивнула.

— Так что я одолжила Томми денег и дала пару советов, как играть на бирже. По правде говоря, в самые сложные — и поэтому прибыльные — операции я наказала ему не лезть. И без того хватило.

Я уставилась на нее, как на восьмое чудо света.

— Постойте. Хотите сказать, что вы играете на бирже?

— О, да. — Миссис Хопкинс поправила выбившуюся из пучка прядь. — И это стоило мне первых седых волос. Конечно, я действую от имени Тедди, так проще. По телефону я представляюсь его секретарем. Сейчас я почти отошла от дел, хотя руку на пульсе держу.

— Не сочтите за бесцеремонность, как к этому отнесся ваш муж?

Меж бровей миссис Хопкинс пролегла скорбная складка. Воспоминания явно не из приятных.

— Как-как. Поначалу он, понятное дело, не очень-то доволен был. То и правда, какому мужчине понравится у жены на шее сидеть? Разве что обмылку какому. Только дела у нас были вот прямо как у Томми, терять попросту нечего. Тедди тогда на работе сильно расшибся, даже встать не мог. Ему нужен был врач, хороший маг-врач, вы понимаете? А у нас к тому времени подрастало трое мальчишек и денег оставалось всего ничего. Вот я и решила, почему бы не попробовать? Заложила домик и рискнула.

— Но как⁈ — я пошевелила пальцами, недоумевая. Сколь бы гениальна она ни была, кто-то ведь должен был объяснить миссис Хопкинс хотя бы азы!

Она щелчком сбила с цветочного бутона гусеницу и безжалостно ее растоптала. Покосилась на меня.

— Знаете, на самом деле среди ковбоев всякие бывают. По молодости я сдружилась со Стивеном Хопкинсом, он нам никакой не родственник, совпало так просто. Так вот Стиви был разорившимся брокером. Удачливым брокером, кстати. Даже слишком, очень уж он стал самонадеянным, на том и погорел. Все шутил, что мы с Тедди — богом ему посланная родня, он нашего первенца потом крестил… — глаза миссис Хопкинс увлажнились, и она поспешно отвернулась. — Он давно умер, но не проходит и дня, чтобы мы его не вспоминали. И дети наши звали Стиви дядей. В общем, его уроки пошли мне впрок, я заработала денег и заплатила врачу, который поставил Тедди на ноги. И как-то все пошло на лад, Тедди ведь у меня тоже не безрукий, и голова у него варит. Теперь-то он рад-радешенек, что все так вышло.

Пожалуй, эта милая седовласая дама меня переплюнула. Она не носит брюк, не курит, обожает свой сад и любит готовить, и притом в мужском мире тоже устроилась очень недурно.

— Значит, — спросила я, помолчав, — вы решили помочь этому пареньку-ковбою, как когда-то помогли вам?

— Сентиментально, правда? — она светло и понимающе улыбнулась. — Я могла бы просто дать ему денег. Мы и без того много жертвуем на приход и всякие городские нужды. Но для Томми важно, что он заработал сам, пусть даже с моей подсказкой.

— Понимаю, — кивнула я, несколько растерявшись от таких откровений.

Очень кстати распахнулось окно, из него по пояс высунулась растрепанная девчонка лет тринадцати-четырнадцати и крикнула звонко:

— Ужин на столе! Мама, папа, вы где?

— Дженни! — миссис Хопкинс погрозила дочери пальцем. — Веди себя прилично, хотя бы при гостях.

— Ой, подумаешь! — надуло губы строптивое дитя. — Вы идете наконец?

И с грохотом захлопнула створки. М-да, хорошо, если нам с Рэддоком не подложат на стулья кнопки, а в суп лягушек. Придется вспомнить детство и следить в оба.

Ужин проходил мило, по-семейному. За столом были мистер и миссис Хопкинс, их младшие дети да мы с Рэддоком. Все было чинно и мирно, пока у меня под ногами не послышался какой-то шорох. Я опустила взгляд… маленькая белая мышка карабкалась вверх по моей юбке. Надо же, какая целеустремленность! Никак не могу назвать такое поведение типичным для мыши.

Краем глаза я поймала полный предвкушения взгляд Дженни Хопкинс. А, вот чьи это проделки!

Мои нервы выдерживали испытания и похуже, да и к питомцам Дэнни я давно притерпелась. Похоже, у малышки такой же дар.

Я наклонилась, подняла пискнувшую мышку за шкирку и вежливо осведомилась:

— Кажется, это ваше, мисс Хопкинс?

На симпатичном личике девчонки отобразилась гамма эмоций: ожидание, недоверие и даже обида. Как же, такую шутку испортили!

— Дженни! — стальным голосом отрезала миссис Хопкинс, отложив столовые приборы. — Немедленно выйди из-за стола. Что за ребячество!

Шериф прогудел что-то согласное.

— Подумаешь! — фыркнула девица, отшвырнув салфетку, и вскочила. — Все равно вы тут о какой-то скукоте разговариваете! Нет бы про убийство…

Это прозвучало так мечтательно, что мы с Рэддоком дружно воззрились на нее.

— Интересуетесь убийствами? — светским тоном осведомилась я, отрезая кусочек утки. Мясо в самом деле оказалось дивным, в меру подрумяненным, с кисло-сладким пряным сливовым соусом. — Мы как раз хотели одно обсудить, но не при детях же…