Анна Миолай – Последние дни Эльлисара (страница 1)
Анна Миолай
Последние дни Эльлисара
Глава 1. Двор Звезд
Библиотека Ноктюрниса была под стать самой резиденции Двора Ночи — огромной, величественной, пронизанной магическими плетениями, сохраняющими книги и фолианты в первозданном виде. Мраморные колонны тянулись ввысь, сквозь прозрачный купол проникал дневной свет, рассеиваясь в листве растений, оплетавших арки, перила и книжные стеллажи, которые выстроились вдоль стен в несколько этажей.
Воздух был наполнен ароматом старых пергаментов, свежей зелени и едва уловимым запахом озона, как после дождя. Вьющиеся растения спускались с балконов, прорастали между полками. Высокие стрельчатые окна от пола до потолка пропускали мягкий приглушенный свет. Лучи скользили по бесконечным рядам книг, по винтовым лестницам, террасам и балконам.
По размерам самого помещения библиотека Двора Ночи могла соперничать с любым помпезным залом резиденции. Но в отличие от них, тишина здесь была мягкой. Даже голоса птиц, доносящиеся из сада, казались частью ее. А где-то в глубине журчала вода, питающая произрастающие прямо здесь растения.
Шеолан’эл прошел через главный вход — массивные двухстворчатые двери, и звук шагов разнесся по всей библиотеке. Он не старался оставаться незамеченным. Если бы это было необходимым, его присутствие здесь было бы не столь очевидным.
Фэйри Тени окинул помещение взглядом: стеллажи, книги, приставные и винтовые лестницы, переходы. Бродить здесь в поисках того, кто как раз предпочел бы остаться ненайденным, не очень-то хотелось, и Шеол решил испытать свою удачу.
— Линта’эл, ты здесь? — произнес он достаточно громко, чтобы тот, к кому он обращался, услышал его.
В библиотеке как будто стало еще тише. Шеол вздохнул с некоторой досадой. Играть в прятки ему совершенно не хотелось. Пользоваться для поисков магией — тоже. Было в этом что-то совсем уж по-детски глупое с одной стороны, а с другой он прекрасно знал, что если Линта’эл сейчас захочет, чтобы его не нашли, никто и не сможет этого сделать.
Шеолан’эл медленно поднялся по ступеням, слушая, как его шаги отзываются эхом. Несмотря на царившую здесь тишину, все же что-то подсказывало ему, что искать надо в библиотеке. Правда, задача казалась практически невыполнимой.
Среди лестниц, переходов, балконов, затененных шелестящей листвой древних фолиантов, громоздящихся на полках и стеллажах, книг, стоящих в строгом порядке и, напротив, беспорядочно лежащих на столах, подоконниках и стопками высившихся в нишах — как тут найти одного-единственного фэйри, который неплохо освоил и
И все же Шеол не спеша шагал, периодически останавливаясь, вглядываясь в тени между стеллажами и не громко окликая:
— Линта’эл?
Где-то сверху раздался тихий шорох, и донесся негромкий голос:
— Я здесь.
Шеол удовлетворенно кивнул сам себе и направился к приставной лестнице, по которой можно было попасть в нишу под самым потолком, скрытую за тяжелыми резными балками, поддерживающими купол, через который в библиотеку проникал белый дневной свет.
Ниша под самым потолком напоминала крошечную комнату — тесную, низкую, всего в пять-шесть шагов в длину и столько же в ширину. В ней едва удавалось выпрямиться в полный рост: тяжелые балки проходили так низко, что почти касались макушки. Здесь хранили книги, испорченные, потрепанные временем, с едва различимым текстом на страницах, те, что уже было невозможно восстановить или переписать. Или не нужно.
Однако фэйри никогда не выбрасывали книги и не уничтожали их. Каждая была уникальна по-своему. Написанные впервые или даже переписанные с оригинала, они не имели аналогов. Переписчик всегда добавлял что-то свое: иллюстрации, комментарии, целые главы. Оригиналы же считались частью души того, кто их написал. Не то чтобы прямо всерьез, но избавиться от части сути даже того, кто давно умер и уже, вероятно, слившись с Истоком, вернулся и живет вновь, не поднималась рука.
Шеол застал Линта'эла сидящим прямо на полу. Рядом лежала раскрытая книга с пожелтевшими страницами. Одна рука юного фэйри удерживала ее раскрытой, а другая застыла в воздухе над каким-то сложным узором, словно он пытался поймать невидимую бабочку.
Фэйри Тени слегка напряг зрение, переключаясь с одной реальности на другую. В воздухе висело тончайшее магическое плетение, похожее на трехмерное кружево, сотканное из мерцающих золотых нитей. По этим нитям едва заметно струилась сила. Шеол нахмурился, пытаясь распознать знакомые узоры и структуры, но ничего подобного он прежде не видел. Магия казалась совершенно чужой.
— Что это? — не удержался он от вопроса, нарушая тишину убежища.
Линта'эл поморщился, словно его оторвали от чего-то очень важного. В его темно-синих глазах мелькнуло досадливое сожаление.
— Ах, это… — он вздохнул. — Кажется, я ошибся. Просто… красиво, но, наверное, бессмысленно.
Несмотря на свои слова, Линта'эл все же осторожно шевельнул пальцами, словно пытаясь вдохнуть жизнь в хрупкое плетение. Золотые нити на мгновение вспыхнули ярче, но тут же рассыпались дождем крошечных искр, бесследно исчезнув в затхлом воздухе ниши. Никакого действия не последовало.
— Видишь? — с легкой долей разочарования констатировал Линта'эл. — Ничего не вышло.
— А что должно было? — фэйри Тени вопросительно приподнял бровь.
Вопрос лишним не был. У этого юного фэйри был талант находить какие-то старые записи, схемы разных плетений и магических приемов, которые не всегда оказывались безопасны для него самого и окружающих. Однако остановить его было некому.
О его таланте к магии говорили. Шутка ли, в пятнадцать лет разобраться в таких сложных плетениях, которые не всем фэйри Великих Дворов, прожившим почти сотню лет, были под силу. Но была тут и другая сторона медали. Его уже ничему не могли научить те, кто призван был заниматься его образованием. Другие же все еще считали, что он слишком молод для более серьезной магии. А жажда знаний порой приводила к непрогнозируемым последствиям.
Линта’эл закрыл книгу, из которой, по всей видимости, взял схему плетения, пожал плечами и сказал:
— Все равно ведь ничего не вышло, так какая разница?
Шеолан’эл на мгновение заколебался, размышляя, стоит ли настаивать. Впрочем, внутреннее чувство подсказало ему, что он сам этого не желает. Возможно, более разумным поступком было бы все же попытаться выяснить, что привлекло внимание юного фэйри. Подобно врожденной способности Двора Тени распознавать ложь, им было присуще и острое чувство рациональности, порой заставляющее их в поисках истины, как казалось многим, переступать черту дозволенного.
Это же чувство заставляло его ощущать себя неуютно сейчас, словно он упускает что-то важное, что будет иметь последствия. Но было и еще кое-что.
Шеол опустился на пол, напротив Линта’эла. Так стало немного удобнее — его макушка не задевала нависающие балки. Огляделся и спросил:
— Давно ты здесь себе устроил убежище?
Линта’эл улыбнулся, как показалось Шеолу, немного нервно и проговорил:
— Не говори никому, ладно?
Тот кивнул, подсознательно понимая, что в этом и была причина того, что он не станет заставлять Линта говорить о том, о чем тот говорить не желает.
— Ты снова не пришел на тренировку, — наконец, сказал Шеол то, зачем искал юного фэйри.
Он не повышал голос, просто констатировал факт. К тому же Шеол не испытывал ни толики раздражения. Он даже примерно знал, что ответит ему Линта’эл.
Тот заговорил не сразу. Он положил закрытую книгу себе на колени. Ничего особенного в ней не было. Кажется, просто какой-то сборник плетений — один из самых распространенных видов книг, которые кто-то писал время от времени чисто для себя. Эта была еще и создана на скорую руку. Что же такого Линта’эл в ней нашел?
— Не пришел, — повторил он, — потому что это бесполезно.
— Бесполезно — уметь защитить себя? — все тем же ровным тоном спросил Шеолан’эл.
Линта’эл шевельнул пальцами. Движение было едва уловимым. Плетение сорвалось раньше, чем Шеол сумел как-то отреагировать. Он успел его распознать, но на то, чтобы выставить защиту, времени не было. Да, еще мгновение, и он, вероятно, будет частично или полностью парализован. Но плетение развеялось, не коснувшись его.
— Я могу защитить себя, — упрямо ответил Линт, — при этом мне не нужно убивать других фэйри.
Шеол понял, что действительно веского аргумента у него просто нет, а потом сказал единственное, что оставалось в запасе, прекрасно осознавая, что его собеседника это точно ни в чем не убедит.
— Это желание Калиад’эла, — спокойно напомнил он.
Линта’эл досадливо нахмурился.
— Он ведь куда-то отбыл несколько дней назад. Если ты ему не скажешь, он ничего не узнает.
— Если он меня спросит, я скажу, — парировал Шеол.
Линт пожал плечами:
— Ну, значит, Истоку зачем-то нужно, чтобы мы с ним снова поссорились. А долго его не будет? И куда он вообще отправился? — Линта’эл помрачнел. — Еще и с вооруженным отрядом.
Это было так похоже на начало нового конфликта, что и Шеолу было не по себе. Установившийся в последние несколько лет хрупкий мир грозил в одночасье вскипеть новой войной. И даже если это не коснется Двора Ночи и его вассалов напрямую, отголоски ее отразятся на всех.