Анна Минаева – Ставка на герцогиню (страница 64)
– Угу… ваша светлость, у вас сейчас много дел, или вы сможете уделить время вашей сестре и продолжить прогулку?
– Свежий воздух всегда на пользу, – усмехнулась я и взяла Шарлин под локоть.
Мне не сложно сыграть ее сестру. После последних событий я лучше начала относиться к принцессе. Может быть, настоящими сестрами мы с ней никогда и не станем, но приятельницами, почему бы и нет?
Прогулка прошла за пустыми беседами и улыбками. А уже утром следующего дня мы прощались, стоя в холле замка.
Туда-сюда мельтешили люди, слуги, которые все это время помогали Шарлин, выстроились шеренгой, склонив головы. А ее высочество была в самом отвратительном расположении духа.
– Ну и где эти храмовники? – фыркала она, топчась на месте. – Что тебе ответили в письме, сестра?
– Что явятся на рассвете, – устало отвечала я ей уже раз, наверное, пятый.
– Рассвете? Да тут до обеда недолго осталось! И зачем я глаза открывала в такую рань?!
Она бурчала от недовольства, то и дело поглядывая на меня, будто ждала, когда я уже взорвусь возмущением и поддержу ее недовольство.
– Да сколько можно ждать?
Будто в ответ ей в воздухе вспыхнул портал.
– Дождались, – пробормотала я, наблюдая за тем, как в замок делает шаг Лирания. Похоже, эту храмовницу назначили главной в вопросах по Флемуру-Ориенту.
Да, я все еще собиралась сделать все, чтобы вернуть стране прежнее название. Но это не первоначальная задача, конечно же.
– Ваша светлость! Ваше высочество! – Лирания вновь первой обратилась ко мне. – Все готово?
– Уже давно, – недовольно отозвалась Шарлин. – Отправляемся в Урел?
– Конечно, ваше высочество!
Женщина щелкнула пальцами, немногочисленные вещи принцессы, которыми она успела обрасти уже в герцогстве, оторвались от пола и по воздуху направились в сторону портала.
– Ну что же, – Шарлин проследила за ними взглядом, а потом шагнула ко мне, – время прощаться, сестра. Я благодарю тебя за все то, что ты сделала для меня. Увидимся очень и очень скоро.
– Береги себя, – я улыбнулась ей. И очень удивилась, когда принцесса сократила между нами расстояние и обняла.
– И ты себя, – шепнула она мне на ухо. – Ты мне еще нужна.
Отступив на шаг, она бережно коснулась рукой моего живота, улыбнулась и поспешила к порталу, стуча каблуками теплых сапожек.
Глава 33
Первые морозные дни накрыли почти все страны материка. Только в королевстве Смиф все еще было тепло. Мужчина, стоящий на крошечном резном балконе, поежился от холода и бросил взгляд в сторону.
Большое здание из белого камня с зеленой крышей и острыми шпилями обнимали толстые коричневые корни. Они прорывались из-под земли огромными жирными червями и зажимали здание с обеих сторон, будто защищая от ветров и холодов.
Над головой мага шелестело вечнозелеными листьями огромное дерево. Ствол поднимался к самым небесам, а крона укрывала собой почти весь город-государство, носящий название Священный град.
– Ваше святейшество, – за спиной человека, который отошел перевести дух, раздались шаги и голос, – все готово.
– Сейчас приду, – глава магов круга выдохнул, на мгновение прикрыл глаза и ступил обратно под крышу.
Все ждали только его. Ждали в просторном зале с зеркальными стенами и чернильно-черным потолком. Помимо всех магов круга и святейшеств здесь присутствовал еще один человек, которого по всем правилам не должны были пустить. Но он был тут, стоял по центру со связанными за спиной руками и плотной повязкой на глазах.
Корону с головы Тэйрена Флемура сняли. Куда делся этот атрибут власти, Тэйрен не смог бы сказать. Он сейчас вообще мало что мог сказать. Губы короля беззвучно шевелились, сам он то и дело дергался, будто отталкивая кого-то от себя.
– Начинаем, – приказ пронесся по помещению тихим ветром.
Вперед шагнуло несколько магов. У одного в руках был артефакт, названный маяком богов, у другого – пучок сушеных трав, а у третьего – золотой амулет с изображением древа, крона которого возвышалась над облаками.
– Мы взываем к богам!
– Взываем к создателям и разрушителям!
– Взываем и просим обратить ваш взор на этого человека.
– Человека, приговоренного к вашему суду за совершение страшного преступления.
Тэйрен дернулся от этих слов, попытался освободить руки. Но плотные веревки не позволили ему этого сделать.
Он не видел того, как зал заволокло туманом. Не видел того, как храмовники склонили головы, а маги закрыли глаза. Последним возбранялось смотреть на богов. Они могли их слушать, могли присутствовать на встречах и советах, но тем, кто посмел нарушить приказ и поднять веки, глаза выжигали огнем.
– Давно нас не просили судить человека, – голос, который услышал Тэйрен, показался ему смутно знакомым. Казалось, что он слышал его уже в своей жизни. Может быть, именно этот голос когда-то дал имя одному из его детей.
Но король не помнил, кому именно. И не мог с уверенностью сказать, какому именно божеству он принадлежит.
– Мы просим помощи в делах людей. Мы просим судить этого человека, который был королем и гласом королевства Флемур. Этот человек оскорбил богов, приговорив к казни свое дитя, имя которому дали боги. Мы просим рассудить и решить, виновен он или нет.
– А еще мы хотим узнать, может ли Рамет пригласить на суд душу Вивьен Флемур, – женский голос раздался сразу же, как затих мужской, – жены и королевы. Женщины, которая погибла при загадочных обстоятельствах. И есть все основания подозревать, что к ее смерти приложил руку ее муж.
Тишина повисла в зале. Тэйрену даже показалось, что боги ушли. Что они не стали слушать безумцев, которые называли себя храмовниками и магами круга.
Он даже усмехнулся этой мысли. Ведь это бы означало только то, что он не виновен. Что его подставили.
– Душа некогда живой Вивьен Флемур не может присутствовать, так как суд был собран не из-за нее, – холодный голос, от которого по загривку короля побежали мурашки, – но я призову душу того, кто стал причиной нашей встречи. Калет Флемур!
– Рамет, – в полубреду прошептал Тэйрен, покачнувшись и не устояв на ногах. Больно ударившись коленями о плиты пола, он охнул. – Проклятая Рамет. Проклятая, проклятая Рамет.
Дыхание, которое Тэйрен ощутил на щеке, показалось ему прикосновением ледяной глыбы.
– Ругаешь бога, человек? Ставишь себя выше нас? Думаешь, наши наказания – это награда для тебя? Глупец.
В ушах Тэйрена зашумело. Так гулко. Так отвратительно. Что он не сразу понял, кто сказал следующие слова. Кажется, даже пропустил часть реплики. А потом…
– …чем я могу помочь?
– Калет! – шепот сорвался с губ короля, он взмахнул рукой, будто надеясь отогнать от себя наваждение. Его сын был мертв! Тэйрен сам видел его голову в корзине. Так что этот голос не мог быть настоящим. Просто не мог!
– Мы боги, нам не нужны твои слова и объяснения, – раздалось из-за спины короля. – Мы можем видеть прошлое, видеть твои помыслы и узнавать все за мгновение. Ты мертв, а значит, и разрешение нам нужно не твое. А Рамет.
– Я позволяю.
Секунду ничего не происходило.
– А теперь мы желаем узнать все, что скрывает Тэйрен Флемур…
– Я не позволяю! – взвыл тот, попытавшись встать с холодного пола. – Не позволяю!
– Тогда тебе просто будет больнее, – голос Рамет вновь раздался так близко, будто смерть уже держала короля в своих объятиях. – Но мы все равно узнаем правду. И покажем ее остальным. Не передумал?
– Не позволяю! – Тэйрен рывком отступил в сторону, будто пытался сбежать. Но путы обхватили его по рукам и ногам, впились острыми иглами в саму душу, раздирая ее на куски и выворачивая наизнанку.
Король закричал, но не услышал собственного крика. Он утонул в нем, испытывая только огненную боль.
А потом появилось первое воспоминание, промелькнувшее перед его глазами, подобно молнии.
Воспоминание короткое, яркое. Темный кабинет и два тела на полу. Король и королева Ориента. Убийца желал власти. Желал того, что не полагалось ему по праву рождения. И у него был готов план, чтобы все это воплотить в жизнь.
Следующее воспоминание перекинуло его на десяток лет вперед. Под задницей Тэйрена трон, на голове – корона. Боги отвернулись от него, прокляли его детей, отрезали возможность продолжить род убийц и предателей. Это обижало Тэйрена, задевало за все живое, что в нем осталось. Ему нужно было прощение богов, их благодать, в которой обязан купаться каждый король.
Еще одно воспоминание, еще короче. Рука Тэйрена ставит подпись под указом о колонизации утерянных Мертвых земель. Все хотят власти и территорий. И боги не исключение. Он решает, что это сможет возвысить его перед богами.
Последняя картинка смешивает в себя сразу несколько воспоминаний. Оружие, которое не наносит королю вреда, королева, на шее которой лежат чужие руки, топор, который опускается на шею его первенцу.
– Это ужасно! – тонкий девичий голосок разрывает пространство и возвращает Тэйрена в сознание.