Анна Минаева – Ставка на герцогиню (страница 66)
Тьма ринулась во все стороны, заполняя собой пространство. Сформировалась в неровное огромное облако и захохотала знакомым голосом:
– Сейчас!
Огонь сорвался с рук бога, ударил во тьму, но пламя не занялось. Что вызвало очередной смех.
– Вы ослабли с нашей последней встречи. Это будет скучно. Но сы-ы-ытно!
Смех превратился в рык, тьма ринулась в разные стороны, охватывая богов в плотное кольцо.
– Рамет, – Телум шагнула к богине, ее мечи застыли в воздухе, – я готова.
Смерть кивнула:
– Мне жаль.
– Оставь эту жалость для людей, – усмехнулась богиня войны. – Я это начала. Я и закончу.
Смерть вновь кивнула. И отпустила ту частичку души, которая принадлежала Телум. Смерть хранила частичку каждого из них. Чтобы в случае чего воскресить. Чтобы найти и помочь. Но теперь она отпускала одну из них.
И Телум шагнула из круга света во тьму, растворяясь в том, что было богом ужаса. Крик богини заглушил рычание тварей и самого Деравна.
Герар усилил сияние своего пламени, увеличивая безопасное место. А крик продолжал звучать, смешиваясь с хохотом бога, который только что поглотил одного из богов.
Тьма стала гуще. Плотнее. Она сжималась кольцом, пропускала через себя монстров, которые умирали на подлете от рук и сил богов.
А потом, когда крик Телум затих, и ничего не оставалось, кроме шелеста тьмы, звук надломился. Будто сухая ветка. С оглушающим треском и грохотом.
Боги выплеснули свои силы, удерживая барьер света. Не позволяя тьме проникнуть к ним, коснуться хотя бы одного из них. Пока там… где-то там билась Телум.
Ее клинки разрезали тьму, рассекали на части то, что было плотью и душой бога. Сияние мечей дарило силы, вселяло уверенность. Она билась из последних сил. А когда тьма дрогнула, отступила, поймала ее в руку. Сжала с невероятной силой и в этот раз сама вложила ее в себя. Втолкнула в грудь, заставляя проникнуть тьме под кожу, в самое сердце.
Телум поглощала тьму, как тьма поглотила ее. Становилась с ней одним целым и подчиняла себе.
Рамет чувствовала боль своей дочери как свою собственную. Чувствовала, как жизнь теряют оба бога.
Остальные же видели только то, как плотное кольцо расступается. Становится слабее. И помогали Телум по эту сторону. Пламя рассекало тьму вместе со светом. Ветер разрезал ее, камни разбивали. Они тратили силы, которые накапливали столетиями. И кошмар рухнул.
Тьма развеялась, явив всем Телум, волосы которой сменили цвет с рыжего на угольно-черный. Богиня сделала шаг вперед и рухнула на колени. Ее мечи со звоном осыпались, оставаясь недвижимо лежать на камнях.
Она перестала быть богиней. Но не стала смертной. Она стала темницей для бога ужаса. Но богиней она уже не была.
– Мы уничтожим башню, – Рамет нарушила тишину. А Телум молча кивнула.
Богиня войны понимала, что это правильно. И что теперь она никогда не вернется. Не переступит границу. Теперь она хранительница Мертвых земель. Та, что будет оберегать весь остальной мир от грязи и гнили, которую боги оставили по эту сторону.
Это нужно было сделать давно. Еще тогда. Но тогда на это никто не решился.
– Идите, – ее голос хрипел. – Не задерживайтесь.
– Я только заберу души, – Рамет кивнула остальным. – Расквитайтесь с башней, как только…
Она запнулась и недоверчиво покосилась на одну из стен. Где-то там за камнями она ощутила жизнь. Душ погибших здесь было столько, что Смерть даже не сразу поверила в это. Но стук сердец ей не померещился. Стук нескольких десятков сердец. И Рамет потянулась к ним, чтобы проверить свою догадку. Перед внутренним взором смерти замелькали лица тех, кто оказался в плену Деврана.
И Рамет не смогла сдержать улыбки. Ведь среди живых оказалось несколько личностей, на которых смерть тоже бы с радостью сделала ставку.
Эпилог
Трубы завыли в морозный ясный день. Опавшая листва в парке покрылась сверкающим инеем, а камины прогревали не все помещения, отчего жители замка кутались в теплые вещи и старались надолго не оставаться в коридорах.
Лана после стука вбежала в мои покои и кинулась готовить вещи.
– Ваша светлость, говорят, армия не подходе, – улыбнулась девушка. Но счастье только промелькнуло на ее лице и тут же спряталось за проступившей грустью.
– Надеюсь, они расквитались с тем, что управляло монстрами, – пробормотала я, спешно одеваясь. – Пойдешь со мной?
– Конечно, миледи, только плащ захвачу.
Я отпустила камеристку и подошла к окну. У стен еще было пусто, но на горизонте у скал виднелись точки всадников и флаги.
В памяти всплыло то, как эти воины уходили в Мертвые земли на месяцы, стараясь захватить земли, обустроить их для жизни, подготовить почву, так сказать. Они тратили огромное количество времени, чтобы навлечь на нас беду. И так мало времени им было нужно, чтобы добраться до проклятой башни и вернуться обратно.
Надежду, что все получилось, я бережно хранила в сердце. Стараясь не задумываться о том, что скорое возвращение могло означать и дурной исход.
По лестнице с Ланой мы буквально сбежали, не обращая внимания на косые взгляды слуг и вынужденных жителей замка. Оказались на улице и поспешили к воротам. Ждать воинов у замка не было никаких сил.
Лана спешила рядом, стуча зубами и ежась от каждого порыва ветра.
– Тебе нужен плащ потеплее, – на ходу бросила я. – Займемся этим завтра же.
– Спасибо, миледи. Говорят, эта зима будет холоднее. Ледники в океане Богов почти до берега добрались.
Я кивнула и остановилась, потому что в воротах показался первый всадник. Знаменосец в грязной одежде. Она пронесся мимо нас под повторный вой труб.
Следом за ним ехал лорд Иэйтен. И честно… я его узнала не сразу. Военный советник, а ныне главнокомандующий армии герцогства выглядел постаревшим на двадцать лет. Исхудавший, с густыми синяками под глазами и впалыми щеками. Он увидел меня, отдал приказ остальным двигаться дальше, а сам свернул и остановил лошадь.
– Миледи, – лорд Иэйтен кивнул и попытался спешиться. Нога застряла в стремени, он чуть было не свалился, но смог справиться с неудачей и оказаться на ногах.
– Боги, Хоран, что с вами произошло? – охнула я, шагнув к мужчине. – Вам нужно показаться Лиху.
– Всем нам нужно, миледи, – закашлявшись, ответил он. – Но это, пожалуй, единственная плохая новость.
– Не может быть… – ошарашенный голос Ланы отвлек меня от военного советника. – Фан?..
Я резко обернулась и открыла рот. Потому что с тонконогой лошадки, которая остановилась рядом с конем лорда Иэйтена, сполз еще один знакомый мне человек. И… это не было наваждением. Не было иллюзией.
– Фан! – взвизгнув, моя камеристка кинулась к парню, который выглядел еще хуже лорда Иэйтена, и повисла у него на шее.
Конюх, который считался мертвым, с трудом устоял от врезавшейся в него девушки и обнял ее дрожащими руками. Погладил по спине. И покачнулся от порыва ветра.
Боги! Это чудо!
Я несколько мгновений следила за рыдающей и вглядывающейся в лицо возлюбленного служанкой. А потом…
Если Фан тут. Живой. Настоящий. То и…
Я вскинула взгляд, судорожно пытаясь найти еще одного человека. Мужчину, которого так же записали в мертвецы.
– Роналд…
У меня подогнулись колени и ослабели руки. Потому что я нашла его. Нашла!
Герцог спешил к нам. Покачиваясь на ветру. Худой до ужаса, бледный, как сама Рамет. С такими мешками под глазами, что в них можно было бы хранить все зерно, присланное из Авеля.
– Роналд! – я кинулась к мужу, желая удостовериться, что все это не сон.
Он поймал меня в объятия, покачнувшись при этом от слабости.
– Боги! – пробормотала я, ощупывая его лицо взглядом. – Что с тобой случилось?
– Что? Выгляжу не как в лучшие свои дни? – усмехнулся он и кашлянул.
– Просто ужасно выглядишь, – улыбнулась я, а на глаза навернулись слезы.
Живой! Боги! Живой…
– А ты выглядишь просто прекрасно, моя дорогая жена. Что я пропустил?