Анна Михеева – Моя Вера (страница 39)
- Что случилось? – хрипит, в глаза заглядывает. В ее слезы, страх.
Наливаю воды, распахиваю балконную дверь настежь. Прохлада врывается мгновенно.
- Ты че молчишь, Гор? – взвинчивается женщина. – Ну?
- Все хорошо, - принимаю решение не озвучивать правды. В моменте.
Несу ахинею, но теть Таня вроде верит. С трудом отговариваю ее от поездки в больницу.
Позже возвращаемся к Артему. Я мусолю эту тему про себя. У меня не клеится. Очевидно, что Смолина подставили. На что рассчитывали? Посадить? Напугать? Голова не варит уже. Большинство эмоций схлынуло. Опустошение достигло пика. Даже приоритетность действий не получается расставить.
Одно, наверное, точно. Надо вернуться в клинику.
Там Маринка сидит. Ждет. Тоже тонет в своих мыслях. В одиночку.
- Куда поедешь? – спрашивает тетя Таня, провожая меня до двери.
- Домой поеду, - вру. – По Артему есть ясность хоть какая-нибудь?
- Сегодня, может завтра его должны выпустить под подписку, - голос женщины крепнет. - В какой больнице Вера? – называю клинику. – Как ты рядом-то оказался? – на пороге спрашивает она.
- Случайно. Чисто случайно, - а вот это правда.
***
Когда Вера приходит в себя, за окном ярко светит солнце.
Она оглядывает помещение. Понимает сразу, что это палата. Все белое, стерильное, пахнет лекарствами.
Вера не понимает, как она могла здесь оказаться.
В голове плотный туман.
Это ее пугает. Она пытается сесть, но голова кружится, немного побаливает.
Вера падает на подушку и глубоко дышит. Почему она ничего не помнит? Что случилось?
Шевелит руками и ногами, но ничего не болит. Тупая боль в голове не в счет.
Вера напрягает память. Но там провал.
Последнее, что получается вспомнить – это машина. Большая, черная. Запах салона. И… Ваня. Да, она была с Ваней!
В момент прояснения, дверь в палату открывается. Заходит молодой человек. Егор. Вера хмурится.
- Что случилось? Как я здесь оказалась? Где Ваня? – может они попали в аварию? Но нет же! У нее ничего не болит!
- Привет, Вера, - говорит Егор. Садится рядом. Выглядит парень неважно. – Я сейчас все расскажу. Воды хочешь?
Вера кивает, во рту и правда пересохло. Пьет. Не отрывая взгляда от Егора.
И он рассказывает. Как и обещал.
Вера прячет лицо в ладонях, которые отчаянно дрожат.
- Боже! Боже! – всхлипывает она. Хочется кричать.
- Вера, Вера! Тише, - Егор поднимается, пытается ее приобнять, но девушка отшатывается. – Я успел, слышишь? – Вера качает головой. Плачет. – Вера! – Егор с силой отводит ее руки от лица. Обхватывает своими, фиксирует так, что Вера не смогла отвернутся. – Он тебя не тронул, - глаза Егора горят огнем. Взглядом он прослеживает, как слезинка скатывается по ее щеке. Сглатывает. – Успел раздеть, это да. На этом все. Слышишь? Я вломился вовремя.
Вера смотрит. А следом жмурится. Прислушивается к себе. Между ног жжет немного. О чем она и говорит Егору. Дескать, не верит.
- Это от гинеколога. Штук этих разных, - Егор жестикулирует. – Всяких этих штук.
Вера замирает. Не так давно она проходила осмотр. Сравнивает прежние ощущения с настоящими. Дрожит. Дрожит, потому что они похожи. Смотрит с надеждой на Егора.
- Он меня не… не изнасиловал?
- Нет, - твердо отвечает Егор. – Я тебе клянусь, Вера. Я успел.
И Вера кивает. А после плачет, позволяя Егору себя обнять.
***
Я ей соврал. Глядя в глаза. И не жалею.
Маринка, кстати, мою идею поддержала.
Будет лучше. Для Веры так будет лучше. Сама Маринка предпочла бы о себе такого не знать.
Вера точно не вспомнит что произошло.
Ее медкарту подчистили.
Вано все равно не избежит наказания. Это я обещаю.
Остался только один вопрос. Посвящать ли во все это дерьмо Артема?
Как он отреагирует? Я не доверяю Смолину.
57
Меня отпустили, когда солнце уже катилось к закату.
Оглядываю пыльную, убогую парковку и напрягаюсь. Сразу.
Возле внедорожника стоит мать. Ее за плечи поддерживает отец. Рядом знакомая бэха. Соколов, собственной персоной подпирает капот. Его видеть неожиданно. Так же как НЕ видеть Веру.
- Тема! – мама кидается ко мне. Виснет на шее. Расцеловывает щеки. Глажу ее по спине, отмечая, что мать сильно похудела.
- Мама, ма-ма! Все нормально. Где Вера? – еще раз осматриваю парковку.
Мать отстраняется, оборачивается на Гора. Поднимаю брови и смотрю на него в упор. Что, епрст, происходит?
- Привет, - Гор тянет руку, я ее пожимаю.
- Мне вопрос повторить? Где…
- В больнице, сынок, - отвечает мать.
Новость хреначит в грудь.
- С ней все нормально, - спешит Гор. – Поехали, Артем, я отвезу.
Прежде чем сесть в машину жму руку отцу, говорю:
- Привет. Спасибо.
- Не скажу, что не за что. Позже обсудим, - кивает на тачку Соколова. – Поезжай. Таню я отвезу.
- Так что с Беловой? – Гор сосредоточенно ведет машину. Молчит. – Оглох, блядь? – во мне спокойствия не осталось. Эти дни без Веры меня измотали. Я от страха, за нее, едва не спятил. Поэтому на хер реверансы.
На выезде Соколов пропускает внедорожник отца. Тот мигает стоп-сигналами и сворачивает к дому матери, мы же несемся в город.
- Гор!
- Да погоди ты! Счас припаркуюсь! – рявкает.
Останавливается на обочине. Выходит из тачки. Я выхожу следом.