Анна Михеева – Моя Вера (страница 14)

- Привет, - шепчет куда-то в плечо.

- Привет, - целую ее в темечко, касаюсь губами волос, мягких, как шелк. Член оживает, давая понять, что он есть. Но сильно бунтовать не спешит. В душе что-то покалывает, как маленькие разряды тока. – Это кто? – Вера отстраняется, оборачивается, смотрит на утырка.

- Сосед.

- Что ему надо? – спрашиваю у нее, но смотрю на долговязого. Тот исчезает быстро.

- Он так и не сказал, - Белова жмет плечами. Сама тянется, и целует. – Я скучала, - говорит, прокладывая дорожку из легких поцелуев по подбородку.

- Я скучал, - фиксирую ее лицо и целую, глубоко, пока Белова не начинает дрожать в моих руках.

21

Две недели спустя

Жмурюсь и дышу в форточку, стараясь вдохнуть больше кислорода, чем могут вместить мои легкие.

Признаюсь, дрочил сегодня дважды.

Ещё раз прошелся по квартире. Полы вылизаны, постельное белье новое: постиранное и отглаженное. В холодильнике шампанское, фрукты. Доставка скоро будет. Вера сказала, что любит роллы.

Презервативов, в выдвижном шкафчике у кровати, больше, чем колес в шиномонтажке.

Мы уже прошли ряд стадий. Я снова лизал ее, но уже в кровати, голою, абсолютно. А Вера, сомкнув пальчики обоих ладоней дрочила мне, глядя в глаза.

— Это поместится в рот? – спрашивала, облизывая, красные от поцелуев, губы. Я смеялся, правда не долго. Белова быстро склонилась и обхватила губами головку. Я почувствовал ее язык и неосознанно толкнулся, получилось глубже. Вера отшатнулась.

- Прости. Вер, прости. Больно? Неприятно?

- Скорее неожиданно, - Белова краснеет. – Я попробую еще? – снова склоняется, на сей раз медленно. Завожу руки за голову. Сцепляю замком, с такой силой, будто собираюсь сломать сам себе пальцы. Вера пробует снова. Ее язык мокрый, будто наэлектризованный, меня прошибало током от легких прикосновений. Она скользила им по головке, по стволу, вверх-вниз.

- Вер…

- Плохо, да? – спрашивает, вбирая головку в рот. – Надо целиком? – отрывается, смотрит. Просто касается губами, ее дыхание на члене, как цунами. Сцепить зубы и скулить… - Как надо, Артем? – берет в рот.

- Сядь между ног, - развожу ноги, Вера устраивается, как прошу, продолжая скользить ладошкой, по стволу. – Не спеши, бери глубоко, как сможешь…. Аааа, умничка, - Вера медленно опускается, внутри нее тепло, даже жарко. Ее дыхание скользит по мокрой коже, выбивая искры. – Смотри на меня, малыш, смотри, Вер…

- Потрогай меня, - просит, обводя языком багровую головку.

А мне другого приглашения не надо. Разворачиваю ее, и преодолев легкое сопротивление, знакомлю Веру с 69. Летали оба…

Сегодня все будет иначе. По-взрослому. Кровь закипает, а волнение такое, будто я сам девственник.

Звонок в дверь. На пороге Белова. В спортивном костюме.

Улыбаюсь, завожу в квартиру.

- Удивила, - целую ее в щеку, кончик носа.

- Привет, - в голосе льда больше, чем в холостяцкой морозилке.

- Привет. Вер, что? - отстраняюсь, она бледная, только сейчас замечаю.

- Тем, - внутренне содрогаюсь. Меня так только Катя называла. – Я сегодня не смогу. Вот. Пришла сказать.

- Что случилось? – вглядываюсь в ее глаза, она же их старательно отводит. Краснеет и белеет одновременно. – Вер?

- Месячные, - говорит шепотом, мой кадык ее, в это время очень заинтересовал. Меня отпускает сразу, облегчение такое, что ноги подкашиваются. Обнимаю Веру, хоть она и безучастна.

- Болит? – массирую поясницу. Перехожу на животик, от чего Белова всхлипывает.

- Болит, - отвечает. Запрокидывает голову, в глазах слезы.

- Вер, пойдем ляжем. Кино посмотрим. Таблетку надо?

- Я сказать пришла, просто, - она зажмуривается, а по щекам ползут две мокрых дорожки. Собираю каждую, по очереди, губами.

- Больно, Вер? Давай скорую?

- Больно, Артем, - взгляд осмысленный, но закрытый. Выбирается из объятий, отступает. – Там меня такси ждет, - указывает на дверь.

- Исправлю, - волны исходящие от Беловой, мне не нравятся. Усаживаю ее на комод, в прихожей, снимаю с нее кроссовки. – Вот тут подожди, - тыкаю пальцем на комод. – Я быстро.

***

Вера

Всего одна смена без Артема, а в душе пустота.

Вера нашла в себе силы, и поговорила с Артемом. Да, он был женат. В разводе. У него дочь, Мария, которую он очень любит.

Его слова были искренними, Вера чувствовала. И буря в ее душе улеглась.

Они проводили все время вместе. Честно, Вера даже собиралась рассказать матери о своем избраннике. Хотя, скорее всего, ей уже донесли. Вера и Артем были неразлучны и на работе, и вне ее.

Вера поняла, что влюбилась.

Она тонула в его глазах и бесконечно таяла в его объятиях. Их взаимные ласки, каждый раз расширяли границы. И вот, девственница, может с уверенность сказать, что ей нравится, очень нравится, делать минет.

Вера улыбалась. Сегодня вечером ей предстоит испытать что-то новое. С Артемом было не страшно.

Ей не будет стыдно, может быть больно, но она уверена, что не пожалеет!

На проходной те же лица, и одно новое. Женщина, что уверенно шагнула ей наперерез.

- Вера? – спросила она. Девушка кивнула, разглядывая очень красивую девушку. – Меня Катя зовут. Екатерина Смолина, - сердце Веры сжалось, будто кто-то сильно сжал его в кулак. – Давай поговорим?

Вера шла за Екатериной, но даже не понимала как, ноги были ватными, плохо слушались. Вера дышала, через раз. Что она могла сказать этой женщине? Что любит ее бывшего мужа? Что он один, способен заменить целый мир?

Она села на скамейку и похлопала, мол, садись рядом. Вера села. Продолжая рассматривать ее. Это была совсем не Вера. Вот прям совсем. Другой типаж.

- Тема тебе про меня рассказал? Про дочь?

- Рассказал, - Вера едва отлепила язык.

- А он рассказал, что хочет меня вернуть? Рассказал, как продолжает бороться, когда я давно уже с другим? Рассказал, что был у меня первым? Как умирает по мне, до сих пор? Про тебя он мне рассказал.

- Что вы хотите? – спрашивает Вера. Конечно, Артем ничего подобного ей не рассказывал. Но Вера не собиралась поддаваться.

- Он мой муж…

- Бывший, - поправила Вера.

- Но трахает меня, как настоящий, - сказала она, прежде чем уйти.

22

Взлетел на свой этаж, ожидая, что не найду Белову в квартире. Но, нет, сидит именно там, где я ее оставил. Вздыхаю с облегчением. Скидываю тапки. Обнимаю Веру, подхватываю под попку, несу в спальню. Сопротивления нет, впрочем, и участия тоже.

Укладываю на кровать, поверх одеяла, сам вытягиваюсь рядом.

- Вера, - зацеловываю лицо, кладу руку на животик, поглаживаю. Она всхлипывает. – Нет? Не так? Вера, скажи как надо.

- Я тебя обманула, - говорит Белова, прячет лицо в ладонях, поворачивается на бок. Прижимается ко мне, но не обнимает. Зато я обнимаю. Глажу спину.

- Нет месячных? – улыбаюсь, вдыхаю ее запах. Ей надышаться невозможно. – Ты испугалась? Вер, я же не насильник. Сказала бы просто «нет». Ну? Посмотри на меня. Вера, посмотри! – Белова убирает руки, но обнимать меня по-прежнему не спешит. Включаю ночник, нависаю над Верой. – Выкладывай, что ты там себе надумала?

- Месячные есть, - слегка краснеет. – Но болит не от них.