Анна Лилей – Последнее зелье её светлости (страница 18)

Ну знаешь, отец, не тебе противный Хряк предложил стать его женой практически насильно. Не тебе говорить мне сейчас такие вещи.

– Мы с Генрихом надеялись объявить о помолвке на Снежном балу. Пока что имеет место только устная договоренность. – Я крепко сжала в ладонях юбку платья. Это была последняя моя карта, которой, боги, я даже не думала пользоваться. Ещё и Генриха втянула Брат бы не стал мне врать, но что, если он уже нашел подходящую девушку?

– Генрих? Как его полное имя? – Отец нахмурился, подошел к одному из шкафов и, к моему удивлению, достал оттуда бутылку крепкого ликера.

– Его светлость, милорд Генрих ар Иглас, – тут же припомнила я род друга брата. Отец со стуком поставил стакан на стол.

– Ар Иглас Ты хоть знаешь, кто это? – отец застонал, разом опрокидывая в себя все налитое.

– Его семья одна из наиболее влиятельных в столице. Приближены к королю, глава семьи отвечает за внешнюю политику, – тут же отчеканила я давно заученную информацию. Нас с Заром в свое время заставили выучить все фамилии, которые принадлежали высшей аристократии.

– Он двоюродный племянник короля.

Я пошатнулась, а потом упала в кресло, благо не отходила от него. Ну братец! Наверняка ведь знал!

– Однако. Кариель, только честно – это правда? – Отец смотрел испытующе, пытаясь понять, действительно ли меня и Генриха связывает договоренность, однако на моё счастье, врать с абсолютно честным лицом я умела с детства.

– Да. И я думаю, он не откажется навестить наш дом на днях и официально заявить о своих намерениях, – я зарделась, представляя, какой позор меня ждет, если Генрих не приедет.

– Хорошо, Кариель, я отправлю письмо отцу Генриха

– Нет!

– Кари, – отец прищурился.

– Его родители тоже не знают всего, – я потупила взгляд, нервно сжимая ткань платья в руках. Думай, Кариель! – Зариель дружен с ним. Думаю, он откликнется на приглашение брата невесты.

Отец посмотрел с подозрением, однако кивнул, а потом молча махнул в сторону двери. И лишь когда я дошла до порога, добавил:

– Я надеюсь, ты мне не соврала, дочь. Ар Ельц уничтожит нашу семью из-за твоего отказа, слишком сильно ты приглянулась их выродку, – я впервые слышала, чтобы отец так выражался, однако была полностью с ним согласна, – но они не посмеют перейти дорогу ар Игласам. Им придется смириться. И я буду рад этому.

Я только кивнула и тут же выскочила из кабинета, спеша в комнаты брата. Зариель, только пусть мы успеем. Только пусть Генрих послушает и приедет.

– Ты что сделала?! – Зариель смотрел на меня огромными глазами.

– Только не говори, что в карете ты шутил, – я, наверное, побледнела, иначе для чего бы брат молча протянул мне собственноручно налитый стакан воды. – Спасибо.

В этот момент искренне хотелось, чтобы в стакане была не вода, а как минимум тот самый напиток из таверны, где мы с ребятами отмечали первую учебную неделю. Тело и сознание после него так хорош расслабились, а я сейчас была настолько напряжена, что, наверное, выпила бы всю кружку без сомнений и кривляний, не смотря на обжигающий вкус.

– Я говорил правду, но я и предположить не мог, что это тебе действительно пригодится. Всё так плохо?

Зар, уже частично собранный на прием, устало опустился в кресло на против. Мы сидели в гостиной брата, откуда тот, при моем появлении, выгнал всех нанятых для его сборов помощников.

– Отцу пришло письмо. Завуалированно, конечно, но вполне доступно там сообщается, что сегодня вечером Уэнс собирается объявить меня своей невестой и мой положительный ответ будет весьма желателен. И он же позволит сохранить достоинство и состояние нашей семьи.

– Ты учишься.

– Отца ждут проблемы. Я уверена, эта семейка найдет, что наплести казначею. Мне не оставляют выбора, загоняют в ловушку.

Мы с братом недолго помолчали, потом он прошел к столу и сел писать. Я лишь ходила нервно по комнате туда-сюда, не зная, что делать. Время утекало свозь пальцы, словно песок, однако я надеялась, что всё получится. Зару хватило на письмо пары минут. Брат кивнул мне на кресло, мол, посиди, подожди, а потом вышел и вернулся через минут десять, когда я уже извела себя окончательно.

– Что?!

– Ждем. Ответ должен быть в течении получаса. Я использовал воздушного вестника. Попросил его, если он будет согласен, прислать официальную бумагу с его подписью. Ты распишешься в ней тут. Это хоть какое-то доказательство.

– Если он согласится! – Я снова принялась ходить по комнате брата из стороны в сторону, однако он поймал меня за плечи, крепко обнял, а потом дернул за выпавшую из прически прядь.

– Эй!

– Иди собирайся, когда придет ответ, я навещу тебя. И вообще, Кариель, успокойся. Представь только лицо Уэнса, когда сегодня вечером ему сообщат о том, что ты уже помолвлена! Да ещё и за тем, на кого у его семьи нет никакого влияния.

Я тяжело вздохнула, согласившись с братом и действительно ушла к себе. Не стоит себя накручивать раньше времени.

Я едва ли смогла отдохнуть, всё время дергалась. Ожидать ответа пришлось не полчаса и даже не час. Брат вошел в мои комнаты, когда светило уже садилось за горизонт, а Петра застегивала на мне колье, идеально подходящее к моему алом платью. Я не очень любила этот цвет, да и подходил он мне так себе, однако на Солайран, праздник, который отмечали два раза в год, в середине осени из-за начала укорочения дня и в середине весны из-за начала удлинения светлого времени, было принято носить алые, желтые, рыжие и другие огненные, светлые оттенки. На брате, к слову, составляя пару мне, был алый сюртук, пошитый по последней моде, как и моё платье. Вырез лодочкой, рукавами три четвери и расшитое багровыми и белыми камнями по подолу и лифу.

– Петра, ты можешь идти.

Женщина молча поклонилась и покинула комнаты, а я, подхватив юбки, поспешила к брату.

– Зар, я прошу, пусть это будут хорошие новости.

– Оп-ля!

Брат выхватил из-за спины конверт и сложенное трубочкой официальное соглашение. Такие заключали во время помолвки, подтверждая согласие и на всякий случай указывая сроки и условия расторжения.

– Я спасена! – Я запрыгала от радости, совсем как ребенок, мало заботясь о прическе, платье и прочем. Зариель только рассмеялся.

– Письмо я прочитал. Оно скорее для меня, чем для тебя. Генрих только просил передать, что сегодня же вечером выезжает сюда. Завтра к первому завтраку он будет тут и сразу, на глазах семьи, вручит тебе браслет. А ещё сказал спасибо, потому что его уже, цитирую: «достали эти глупые уговоры и вечный парад девиц под окном».

Я рассмеялась от облегчения, приняла из рук брата соглашение и развернула его.

– Я, Генрих ар Иглас, заключаю помолвку и даю обещание – я читала знакомые наизусть каждому аристократу слова, вычленяя из большого, помпезного текста, основное. Здесь уже было вписано моё имя и оставалось только подтвердить намерения.

Помолвку Генрих заключил на год. Если по его истечении мы не решимся сыграть свадьбу, помолвка будет расторгнута. Обе стороны останутся при своем. Обязательным условием соглашения были прогулки и совместные обеды. Я зачитала этот пункт брату, нахмурившись.

– Ты говорил, ему нужна фиктивная невеста.

– Да, но так, чтобы в неё поверили. Кто поверит ему, если он не будет проводить с тобой время и продолжит уходить в загулы? – вполне разумно возразил брат.

– А что, загулы, как ты выражаешься, будут ему теперь недоступны?

– С чего ты взяла? Просто он станет делать это аккуратнее, чтобы его нельзя было обвинить в неверности невесте.

Я кивнула, снова закусив губу. Этак от волнения я съем всю краску с них, а потом ещё и искусаю в кровь. Была такая вредная привычка – стоило мне чуть разволноваться, я начинала кусать губы. На людях научилась сдерживаться, однако наедине с собой или дома не всегда могла взять себя в руки.

Я посмотрела на аккуратную, уверенную подпись Генриха и не раздумывая, поставил рядом свою. Чернила тут же впитались, а я сняла брошку, которая удерживала эфемерный шарфик на моих плечах и уколола палец. Пара капель упало на бумагу. Она ещё раз вспыхнула, чернила проявились.

– Не думала, что Генрих решится отправить такой важный документ вестником.

– Вестником пришло только письмо. Соглашение он отправил через заклинание обмена.

Заклинание обмена. Слышала я про такое. И даже учила. Оно доступно любому человеку, обладающему хоть каплей дара. Оно позволяет передавать предметы и письма. Нужно нарисовать круг, примерно таким диаметром, какого будет получаемый предмет. Активировать контур и представить, четко представить человека, от которого ты должен получить предмет. У заклинания было всего три ограничения. Первое – максимальный размер отправляемого предмета на прямую зависел от дара. Чем больше он, тем больше предмет. Второе – нельзя использовать заклинание обмена на живых существах, они просто не переживут перехода. Ну и третье – заклинание не просто так называется заклинанием обмена. Настраиваясь на получение, ты должен вложить в круг предмет, любой, однако он должен быть примерно такого же веса и размера, как и тот, который ты планировал получить.

Я кивнула, наконец-то облегченно вздохнув.

– Давай помогу с украшениями.

Я молча позволила брату застегнуть браслет на моей руке, с серьгами справилась сама. Свернула договор, положив его в незаметный карман, спрятанный в складках платья. Посмотрела на брата.