Анна Ликина – Твоё опальное пламя (страница 12)
Я фыркнул, отложил нож. Овощи были уже нарезаны.
– Ты выбрал для этого совершенно не того принца. И даже из Гримвальдов ты выбрал худшего.
– Ну уж какого волной прибило, – улыбнулся Тиамон.
– О-о-о, я смотрю у тебя есть чувство юмора.
Тиамон приподнял брови, со вздохом покачал головой. Продолжил разделывать мясо, закидывать его в кипящую воду.
– До этого дня ты нравился мне больше.
– Ну уж извини. Такой я обычно в жизни. И все знают меня именно таким. А отчего ты вообще умираешь? Что за болезнь? – я закинул в рот морковку, стал жевать её, то и дело поглядывая на дверь в ожидании Лорелин.
Тиамон поперхнулся, сверкнул в мою сторону глазами.
– Что?
– Ты разве не знал, что это бестактно?
– Я вырос на улице. Часть вбиваемого в мой мозг этикета выветрилось на морозе Нордграда, – пожал я плечами.
– Ты… бастард? – замялся Тиамон.
– Не. У меня просто отец был тираном. Я сбегал из дома и жил в самом грязном районе столицы. Пока кто-нибудь из братьев не находил меня и не возвращал домой.
– Это ужасно.
– Привычно, – отмахнулся я. – Зато я сколотил империю, что будет жить и после моей смерти. Прямо на территории королевства моего брата. В его столице. Да и мой брат отравил отца.
У Тиамона выпал нож из рук. Я улыбнулся. Именно такое впечатление я и любил производить на людей. И этот не каменный. Живой. Хоть и умирающий.
– Ты не думал, что с учётом того, что я знаю, кто ты. Такое говорить опасно.
– Так, ты же всё равно умираешь. Как и я. Будем считать это исповедью. Ты не хочешь исповедаться?
Дверь отворилась. Вошла Лорелин, замотанная в полотенце, что открывало вид на её стройные ноги. В домике стало жарче, чем под палящим солнцем на улице. Она молча прошла в комнату, а я подавил желание взять разделочную доску и прикрыть слишком явное желание.
Вышла из комнаты в длинном льняном платье, с уже сухими волосами. Распущенными, волнистыми, мягко спускающимися по её телу.
– Что на обед? – она подошла к брату, заглянула в кастрюлю через его плечо.
– Блюдо из королевских домов. Название: что приготовят, то есть и будешь, – проворчал Тиамон.
Лорелин уселась на стул, закинула на него свои босые ноги. Я приподнял брови. Подумал, что будь здесь Рейнар, он бы съязвил, что это женская ипостась меня.
– Лорелин. Ноги со стола убери, – даже не оборачиваясь, строго произнёс Тиамон.
А вот и ипостась Рейнара, только с пепельными волосами и синими глазами. Даже интересно стало, кто у них в доме тиран, если они из него сбежали? Скользнул взглядом по рукам девушки. Наткнулся на шрамы на запястьях. Нужно делать предложение. Срочно. А брата её отправлять к Велланту. Возможно, он приморозит его болезнь.
– Ворон, а сколько тебе лет? – не глядя на меня, спросила девушка.
– Двадцать пять. В январе двадцать шесть.
Тиамон обернулся, скользнул по мне взглядом.
– Ты не очень похож на двадцатипятилетнего мужчину, – честно ответил он.
– Это комплимент? Или оскорбление? – прикрыл я один глаз.
– Решай сам, – фыркнула Лорелин.
– Ладно, я понял, – отмахнулся я, поднимаясь, с ужасным скрипом передвигая стул ближе к девушке, усаживаясь на него и кладя подбородок ей на плечо. – Где алмаз, что ты стащила у меня в Королевском клыке?
– О, кстати, теперь же есть возможность сказать тебе это лично: спасибо, Ворон! Мы питались на деньги, вырученные с этого камня целых три месяца, – усмехнулась она, чуть поворачивая ко мне голову.
Наши губы так близко. Моя кровь закипела.
– Мы можем вернуть тебе деньги, – извиняющимся тоном произнёс Тиамон. Но не повернулся, увлечённый готовкой.
Лорелин не дышала, её взгляд замер на моих губах. Ресницы трепетали. Не удержался, соприкоснулся. Провёл языком по её нижней губе. Отстранился. Попытался взять себя в руки.
– Да ладно. Не стоит. Главное скажите, кому вы его продали. И я верну самый дорогой камень Гримхольма, – пробормотал я, ведя носом по её шее, добрался до мочки уха, прикусил.
Едва не застонал. Откинулся на спинку стула. Прикрыл глаза, чтобы успокоиться. Тиамон обернулся. Нахмурился. Я поднял на него невинный взгляд.
– Что-то не так? – приподнял бровь.
Веларис старший упёрся ладонями в столешницу. Нервно дёрнул бровью.
– Лорелин, а у нас осталось вино?
– В этом доме водится вино? – подался я вперёд, вновь оказываясь к ней опасно близко. – Что же ты раньше молчал? Я бы страдал куда веселее. Чем просто в твоей компании.
– А ты страдал от моей компании? – недовольно взглянул на меня Тиамон.
– Ты немного зануда. Как мои старшие братья, – поморщился я.
– У тебя есть братья? – покосилась на меня Лорелин, поднялась со стула и прошла к шкафу у самого входа. – Три бутылки.
– Да. Один… – чуть не ляпнул король. Споткнулся, обдумывая, чем бы заменить титул Велланта. – Торговец. Другой наёмник.
– У нас будет славный ужин, – улыбнулся Тиамон, с любовью глядя на сестру. – Тем более, прекрасный повод – твоё возвращение.
– И не поспоришь, – еле слышно пробормотал я, глядя себе ниже живота.
– Лорелин, принесёшь ещё один стул из сада?
Девушка кивнула и поспешила выйти. Тиамон впился в меня взглядом.
– На другой край стола. Живо.
Я закатил глаза, но всё же поднялся на ноги, передвинул стул обратно и сел. Лорелин вернулась со стулом. Поставила его за стол, между нами. Тиамон разлил суп по мискам. Поставил перед каждым. Сел за стол, разделяя меня и Лорелин.
И сегодня я был по-настоящему голоден. Только суп этот голод никак не утолит.
Глава 13
После обеда Тиамон отправил Ворона к целителю за зельями. Я же принялась наводить порядок в комнате, чистить немногочисленные платья, что у меня имелись. На всякий случай проверила этюдник, моля богов, чтобы этот золотоглазый, невыносимый мужчина не знал о нём.
– Поговорим? – брат застыл в дверном проёме, перебирая пальцами занавески-бусы.
Пожала плечами. Сил огрызаться не было. Тиамон прошёл в комнату, уселся на стол, с беспокойством поглядывая на меня.
– Если ты вновь заведёшь свою песню про материк… – начала я.
– А с ним ты бы уплыла? – серьёзно спросил брат.
Я приподняла бровь.
– Тиамон. В жизни каждой девушки наступает период, когда она жаждет мужчину. Но это не значит, что я готова доверить ему все наши тайны.
– Он не так плох, – пожал плечами брат. Нахмурился. – Когда не пытается залезть в твою постель. И молчит. Он может дать тебе защиту.
– Только с тобой, – взглянула я на него исподлобья, сглотнула горький ком, что привычно образовался в горле. – Тебе не кажется, что наш разговор всегда ходит по кругу? Он крылатый, что лишился крыльев. Сколько ему осталось? Месяц? Два? Потом я останусь одна. На материке. Где королевские династии объявят на меня охоту, не хуже, чем наша семья.
– Лорелин, – Тиамон вздохнул. – У нас с тобой разница в семь лет. Я помню тебя ещё ребёнком.