Анна Ликина – Твоё опальное пламя (страница 11)
– Ну не только Гримхольма, моя сеть намного обширнее, – хищно облизнул уголок рта Ворон.
– Лорелин, – сверкнул на нахала глазами Тиамон. Ворон вскинул руки сдаваясь. – Он уже несколько недель ходит за зельями для меня. И… ему отрезали крылья.
Я уже готовилась сказать что-нибудь едкое, но замерла на последних фразах. Накрыло чувство вины за то, что оставила брата так надолго. И крылья… Нахмурилась.
– Не слишком-то он похож на умирающего, – перевела я взгляд на мужчину, что сверкал своим поджарым торсом с татуировками. Внизу живота всё вновь стянуло в тугой узел.
Глаза Ворона вновь стали ярко-оранжевыми. Он жадно поймал мой взгляд. Откинулся на спинку стула, расправил плечи, отчего мышцы груди стали чётче. Сглотнула. Отвернулась. Встретилась с внимательным взглядом брата. Его приподнятой бровью.
– Ворон, надень рубашку, пожалуйста, – процедил брат.
Нахал закатил глаза, поднялся со стула и исчез в комнате. Тиамон отвернулся. Упёрся руками в столешницу.
– Где ты была? Я чуть с ума не сошёл в тревоге за тебя.
Я уткнулась взглядом в стол. Обняла себя за плечи. Брат снял с печи чайник. Разлил кофе по кружкам. Поставил одну передо мной. Обхватила её руками, собираясь с мыслями. Аромат горького апельсина оповестил, что Ворон уже вернулся.
– Я была в Маридоре. Всё шло слишком гладко. Я потеряла бдительность. Меня едва не схватили. Там были крылатые. Пришлось петлять по континенту, чтобы оторваться от погони. Только в начале августа она ослабла. Я полетела на перевалочные острова. В пути меня застали дожди. Пришлось сидеть на острове несколько недель, – поднесла кружку к губам, отпила обжигающий кофе, не желая вдаваться в подробности того, как заболела. Как чуть не умерла от голода, холода, собственной никчёмности.
И о воспоминаниях, что трясли не хуже лихорадки.
– Но я вернулась со всеми ингредиентами. Деньгами. Драгоценностями. Нам будет на что жить, – сверкнула я улыбкой.
– Фелио привезли ингредиенты ещё два месяца назад, – грустно улыбнулся Тиамон.
– Ты ходил за ними? – подняла я на него взгляд.
– Ну, было бы печально, если бы ты вернулась к моему хладному трупу, – пожал он плечами.
Я прикрыла глаза. Самое страшное позади. Я дома. Брат жив.
– Почему он в моей комнате? – сдержанно произнесла я.
– У нас всего две комнаты в доме. Твоя пустовала, – Тиамон отвернулся, невозмутимо достал крупы, овощи. Словно обед сейчас самое важное в этом доме.
– Он сказал, что убьёт меня, – сверкнула я глазами.
– Ябеда, – хмыкнул Ворон, отхлёбывая кофе из кружки.
– Он тебя явно не убить хочет, – пробормотал Тиамон, спохватился, повернулся ко мне. – Ты его ограбила. И мало ли что человек говорит в сердцах. Одним больше. Одним меньше. И он неплохо ворует.
Ворон отсалютовал кружкой в мою сторону.
– Видишь, Киса, я полезен.
– Теперь комната не пустует, – напомнила я о проблеме, закатывая глаза и отворачиваясь от Ворона.
– Я могу спать в гамаке, пока нет дождей, – влез нахал.
Тиамон развёл руками.
– Вот и решение проблемы. Только ночи бывают прохладные, – нахмурился, посмотрел на Ворона.
– У меня печать огня. Не замёрзну. В дожди буду спать с Кисой, – и снова эта белозубая улыбка.
Я округлила глаза и посмотрела на брата. Он вздохнул.
– К тому времени мы что-нибудь придумаем. Например, обзаведёмся ещё одним тюфяком. Я нагрею воды. Ты явно хочешь помыться.
– У меня печать огня, Тиамон. Я могу сделать это быстрее, – напомнил Ворон.
– Хорошо, – кивнул брат. – Но потом ты возвращаешься сюда, – подчеркнул он.
Ворон пробежал по мне взглядом, опустил его под стол, где были мои ноги, приподнял брови, вздохнул.
– Это будет сложно, но надеюсь, что я справлюсь.
Глава 12
А я уже готовился к смерти. Но нет. Похоже, уйти, не вкусив запретный плод, не получится. Сколько там мне оставалось? Недели две? Пф-ф.
Моё тело кричало об обратном. Я только в расцвете сил.
Отправился следом за Лорелин к небольшой деревянной ванне, что стояла за домом, в неё стекала дождевая вода. Опустил в неё руку. Нагрел воду. Девушка наблюдала за мной. Но от меня не укрылось, как часто вздымается её грудь. Как она напряжена. Как переминается с ноги на ногу, подавляя желание. Открытие о том, что это наваждение не только у меня – перевернуло всё, что было за недели до её возвращения.
Я просто делал вид, что живу. Проглатывал пищу, не ощущая вкуса. Пил кофе, что варил каждое утро Тиамон. Безразлично смотрел на окружающий пейзаж. Ходил за зельями в жилую часть острова. Воровал, чтобы купить нам еды. Но ничего не чувствовал. До этого утра. Когда аромат нероли ворвался в сон. А её язык снёс плотину, за которой скрывались эмоции.
От воды стал подниматься пар. Убрал руку. Выпрямился, скользя взглядом по её идеальным ногам. Я бы жил вечно на этом острове, где она не прячет свою фигуру за платьем с корсетом. А тонкая мужская рубашка, что слегка просвечивала, заставляла меня контролировать каждое своё движение. Я стал зверем. И слишком остро реагировал на добычу.
– Ваша ванна готова, – произнёс, подходя к ней.
– Тиамон просил тебя вернуться. И он сломает твой нос, оторвёт твой стручок, если ты тронешь меня, – прошипела она угрожающе.
Закусил губу, улыбнулся, опустил взгляд. Протянул руку, ведя от её груди к животу, замирая чуть ниже. Лорелин судорожно втянула воздух.
– Скучала по мне, Киса? – подступил.
Попятилась. Упёрлась спиной в стену. Прижался к ней, упираясь руками по обе стороны от неё. Почти касаясь её губ. Смешивая наше дыхание.
– Ни капли, – выдохнула она.
– Обманщица, – прошептал, ведя носом по её щеке к виску. – А я искал тебя. Столько месяцев. Я хочу реванша. Только прикованной будешь уже ты. А я… Киса, ты даже не представляешь, что я сделаю с тобой. Ты неделю ходить не сможешь. Обещаю.
Сглотнула. Разомкнула губы. Её зрачки расширились. На щеках выступил румянец.
– Ворон? – голос Тиамона просачивался даже сквозь стены.
Я едва не зарычал. Отстранился.
– Иду, Тиамон. Твой покорный слуга уже рядом, – крикнул в ответ, бросая на неё ещё один взгляд.
Лорелин заправила пепельную прядь за ухо, опустила голову. Всё ещё пытаясь восстановить дыхание. И ведь я просто был в её личных границах. Не более. Мы явно сгорим, когда переступим черту. А мы её переступим. Пусть даже мне придётся утопить для этого её брата.
Ушёл. Но успел заметить краем глаза, как она скинула рубашку и уже забиралась в воду. Судорожно выдохнуть пришлось уже мне.
Тиамон подпирал стену у входа плечом, пил кофе. Синие глаза напоминали предгрозовое небо.
– Мы не об этом договаривались, – он развернулся, прошёл в дом.
Я следом. Сел за стол. Взял разделочную доску и принялся нарезать овощи, пока Тиамон занимался мясом.
– Знаю. Но этот момент мы и не обговаривали.
Мужчина отложил нож. Шумно выдохнул.
– Знаешь, Ворон. Мы хоть с ней и изгои, но всё же из благородной семьи. И ты оскорбляешь её своим поведением.
– Чего ты хочешь? – приподнял я бровь. – Если необходимо сходить к алтарю, чтобы… кхм, пробраться в постель твоей сестры – не вопрос. Я сделаю это. Но я не отступлю. Я гонялся за ней по всему материку. Несколько месяцев. Как за наваждением. Миражом. Настолько, что потерял бдительность. И попал к врагам. У меня, может быть, две недели жизни остались в запасе. И я не собираюсь уходить, жалея об упущенной возможности. И ты сам видел её живопись. Это взаимно.
Тиамон сглотнул.
– Вот именно из-за твоих двух недель и не стоит. Моя сестра и так немало страдала.
– Тем не менее ты отправляешь её со мной на материк. Тебя там не будет, пока мы будем плыть до Гримхольма.
– Я верю в твоё благородство.