Анна Летняя – Два наших взгляда. Книга 1 (страница 36)

— А может, она останется на еще одну пятилетку? — перевел стрелки на меня Улерень Врай.

Его милая улыбка и просящие глазки могли растопить многие сердца. Но у меня выработался иммунитет.

— Нет, спасибо. Я хочу отдохнуть. Устала я с вами нянькаться. То ногу себе оторвете, то крыло и половину спины. То сразу двое едва не выжгли себе глаза. Вы хоть представляете, как меня задолбало бояться, что у меня не хватит сил вас вытащить? Жизнь, она одна. Я могу исцелять, но не воскрешать.

— И мы ценим твою самоотдачу, — вкрадчиво признался друид.

Он давно не пытался за мной ухаживать. Оценил, как профессионала, позабыв о моем титуле. Гирон Кевер оказался очень интересным собеседником и другом.

— Нет. Я все давно решила. Хочу влиться в мирную жизнь, позабыв о том, что видела за эти годы, а потом подумать о семье. В отличие от вас, в любом возрасте завидных женихов, мое время, как подходящей невесты, ограничено.

Мужчины переглянулись между собой и странно посмотрели на Соринь. Я могу поставить на кон все свое имущество, что они давно прознали, что между мной и полковником не просто противостояние, а нечто, перетекшее в подобие отношений.

Радовало, что свое мнение они держали при себе.

— Значит, ты уйдешь. А кто придет на твое место? — спросил еще один неугомонный красный дракон — виконт Ровень.

— Не знаю. Может, опять король Ульрос кого-нибудь назначит. А если нет, то я смогу посоветовать из бывших коллег и знакомых по академии. Тех, кто застал еще уроки Вальды Девер.

Исходя из специфики, резерв на место в отряде явно будет ограничен. Тут нужны не просто опыт и знания. Нужно подбирать тех, кто не боится экспериментировать. А таких целителей, увы, мало.

— Я буду настаивать на твоей помощи в подборе, — нахмурился Ресталь.

Ему ведь и впредь придется отчитываться за каждое ранение подчиненных и тем более, смерть.

В разговоре наступила пауза. Но не веселое затишье, когда все думают о своем, вспоминая что-то хорошее. А напротив — тяжелая и угнетающая тишина.

Можно было бы заверить их, что я буду заглядывать или мы станем собираться вместе на пикники. Но ведь это не правда. У нас будет абсолютно разная жизнь. Пройдет всего год и общих разговоров без грифа «секретно» останется мало. И чем больше пройдет времени, тем более чужими мы станем друг другу.

Вскоре гордый своими обязанностями слуга оповестил нас о начале вручения медалек и попросил пройти к постаменту.

Король Ульрос не заставил себя долго ждать. Он произнес небольшую речь, суть которой сводилась к тому, что монарх горд, что в рядах его личных отрядов так много достойных мужчин и женщин. Не теряя времени, он принялся вызывать к себе сразу по несколько людей и, не уточняя, за что конкретно награда, вешал на грудь разные красивые висюльки.

Еще со времен папиной службы я ненавидела их. Единственная заслуга этих орденов и медалей в том, что они отнимали у нас отца. Уводили его из семьи ради очередной заслуги перед отечеством. Ими отмечалась веха в год или два, как он отбыл с очередным посольством или пробует воплотить в жизнь новый проект короля. Бывало так, что за год он получал три и более знака отличия. В такие годы мы его практически не видели в родном доме. Мама грустила и старалась заменить нам с Ириденом обоих родителей. У нее это получалось далеко не всегда.

Все медальки отличались лишь по кратким наименованиям: «за смелось», «за отвагу», «за мужество»… Я и не знала, что можно так много выдать похожих характеристик, маскируя простое понятие — за пролитую вами кровь ради нашей страны.

Приглашенные радовались. Каждый раз все хлопали от души, неважно, знали они награждаемых или нет.

— Ты чем-то расстроена? — склонившись к моему уху, едва слышно спросил полковник.

— Ненавижу медальки. Они несут в себе отпечаток боли и лишений, — прошептала в ответ я искренне.

— Почему? — спросил стоящий с другой стороны Улерень.

— У папы их было очень много. Теперь они пылятся в сейфе, в самом дальнем углу. И нам больно их касаться.

— Он совершил великий поступок, — не согласился полковник. — Им нужно гордиться и его медалями тоже.

— А он сам хотел еще парочку детей завести с мамой, — резонно ответила я.

Разговор прервался, так как вызвали двух наших красных драконов. Мы замолчали, пробуя изобразить на лицах радость за них. Еще не представляя, насколько изменится обстановка в следующие тридцать секунд.

Я не знаю, что именно случилось. Не мой это конек — магические отложенные заклинания. Но стоило Ульросу взять в руки одну из медалей, как она изменилась. У всех семерых ребят, вызванных в этот момент к монарху, было лишь десять секунд на действие. Ульроса укрыли трое. Маги набросили защитные купола, коричневый дракон сотворил подобие окопа, куда переместили короля. Четверо же вспорхнули ввысь, унося выхваченную медаль как можно выше.

Первый дракон был обречен. Ведь как только громыхнул взрыв, его разорвало на части. Оставшаяся троица принялась извергать пламя, направляя его в место взрыва и не позволяя опасности с небес достичь людей внизу.

Тут и там началась паника среди слуг, обслуживающих мероприятие, родственников награждаемых и даже среди части военных. Последние перекидывались драконами, готовясь подключаться к собратьям, борющимся с огненной сферой в небе. Друиды и маги накидывали успокаивающие чары и щиты на окружающих.

В толпе плакали дети, пришедшие порадоваться за отца или маму. Всхлипывали женщины…

— Эльза! — дернул меня за руку Соринь, привлекая внимание. — Уходи!

Он произнес это с мольбой в глазах. А я… Печально улыбнувшись, я покачала головой. За кого он меня принимает? Там два моих друга. Полное истощение — это самое мелкое, что им грозит сейчас.

— Нет! Я на службе у короля, который даже собственный дворец обезопасить не может, — резко ответила я и направилась к столам.

Первым делом я нашла слугу и встряхнув его за шкварник, приказала принести лед. Столько, сколько у них сейчас есть. Если прорвется пламя, то место придется охлаждать. Все и сразу мы не сможем исцелить. Нет, так дамы и их слуги будут виски натирать, успокаиваясь прохладой. Всяким лучше, чем видеть, как они бестолково носятся. Вторым моим распоряжением было пригнать сюда дворцовых целителей со всеми запасами экстренных чемоданчиков.

Поорав на командном матерном для ускорения, я прекратила панику у десятка служащих. А потом побежала туда, куда падали опаленные до костей драконы.

Они не допустили ударную волну к нам, но не смогла защитить себя самих.

Кто-то из медиков снял скатерти со столов, а слуги расстелили их на земле. Десяток друидов воды зачаровывали ткань, убирая следы пролившегося соуса, алкоголя и разномастной еды. Когда усыпленных пострадавших перенесли на скатерти, ткань уже была идеально чистой и безопасной для раненых.

— Эти совсем плохи, — произнесла дама в возрасте, указав на наших парней. А затем указала на третьего. — А этот имеет шанс выжить.

— НЕТ! — вскрикнула я, понимая, что она права. Не жильцы. Мы можем выжать себя до последней капли, но не спасем их.

Почти лишившиеся грудных клеток и большей части ребер, без части органов, перед нами лежали умирающие мужчины. Остались целыми лишь спина и задняя часть ног. А все остальное нужно воссоздавать заново. А это слишком долго. Они столько не выдержат.

— Смирись, девочка. Иногда они умирают.

Я понимала, что она произнесла эти слова не специально. Она просто не могла знать, что именно эту фразу мне сказал один из министров, найдя меня плачущей в саду на прощании с отцом.

Но я не хотела быть покорной! Не для этого я столько лет развивала свой дар, работая, как проклятая. Я буду бороться. И я знала один способ, который мог помочь мне спасти ребят или, по крайней мере, попытаться это сделать.

— Кровная привязка! — ответила я ей, уверенно посмотрев на лежащих мужчин. — Она может справиться, если кровь от крови вступит в реакцию

— Они твои родные? — нахмурилась женщина.

— Нет, — покачала я головой. — Но тут есть мои родные мама и брат.

— Шансы слишком маленькие, но есть, — согласилась она. — Где они были, когда ты видела их в последний раз?

— Среди гостей, — я принялась крутить головой, но все вокруг носились, громко кричали, плакали. В такой суматохе сложно найти двух человек.

— Позвольте мне, — ко мне подошел маг.

Он коснулся моего виска, считывая образы мамы и Иридена. Кивнув, он передал картинку еще двум десяткам мужчин, и они побежали их искать.

— Все целители, внимание! — начала руководить всеми одна из целительниц. — Все ваши накопители передайте мне. У нас есть шанс спасти их. И мы будем бороться.

Окружающие распускали волосы, снимали бусины с цепочек, вытаскивали из колец. За несколько минут у нас было несколько сотен бусин, которые мне сложили в холщовый мешочек.

— Что ты хочешь сделать? — спросил меня Ириден.

Его привели к нам первым. Возможно, он помогал где-то недалеко отсюда.

— Я хочу использовать один ритуал. И для него мне нужна родная кровь.

- Используй мою, — бросив взгляд на тела, брат сглотнул и побледнел.

Вид обугленной плоти не особо красивый, а тут присутствовал еще и запах хорошо прожаренного мяса.

— Тогда дай руку, герой, — ответила ему подоспевшая девушка.

Она рассекла запястье брата и обильно полила всех трех умирающих драконов. Они все еще были живы только из-за того, что их сразу погрузили в наркотический сон. Но времени у нас с каждой секундой было все меньше и меньше.