Анна Ковалева – Любовь вернется осенью (страница 11)

Она сдержалась.

То ли не хотела привлекать внимание к своему былому позору, то ли потому, что к ней подкатил какой-то красавчик-мажор с юрфака, и ей стало не до меня.

В общем, как бы сильно ни кипели страсти, но к Новому году всё постепенно стихло. Появились новые сплетни, которые все начали обсасывать, а моя драма отошла на задний план.

Все обсуждали беременность Дашки Кондратьевой, умудрившейся залететь от сына нашего профессора.

И интимные фотки Стеллы Малининой, которые слил в сеть ее экс-бойфренд.

На этом фоне мое расставание с Истоминым сильно поблекло, и я смогла спокойно вздохнуть.

К счастью, в этот трудный для меня период со мной рядом была Светка. Она не дала мне раскиснуть и всячески поддерживала.

Вытаскивала в кино или в кафе, чтобы я хоть немного развеялась.

И за эту поддержку я всегда буду ей чертовски благодарна.

А потом, когда приехала на праздники домой, поделилась своей бедой и с мамой.

Вернее, она сама из меня вытащила информацию. Немного надавила, и я вывалила ей всё наболевшее.

– Вот такая я дура, мам, – призналась в конце.

– Ну, девочка моя, – вздохнула она и прижала меня к своему плечу. – Не ты первая, не ты последняя. Это жизнь. Всякое бывает. И хорошее, и не очень. Нужно это пережить и двигаться дальше.

– Ругать не будешь? – стыдливо спросила. О потере девственности маме я тоже рассказала.

– Да поздно уже ругать-то. Хорошо хоть без последствий обошлось. А то мужчинам легко. Закадрил, отметку в списке побед поставил и дальше полетел. А дети остаются на женщине. Ты же не в положении, я надеюсь?

– Нет, мам. Месячные пришли в срок. Всё в порядке.

Я аж передернулась. Не хотела представлять, что было бы, если бы я забеременела.

Как бы отреагировал Вадим?

И решилась бы я ему рассказать о беременности?

Одно мне было ясно. Свою Ариану он бы точно не оставил из-за этого. А мне бы, наверное, отвел местечко на задворках своей жизни.

Давал бы деньги на содержание малыша, иногда приходил навещать и всё…

Нет, брр… Такого счастья мне было не надо.

Тут мама была права. Мне повезло, что связь с Истоминым обошлась без последствий.

А я в следующий раз буду умнее. Выберу более надежного человека.

Только жизнь, как назло, решила меня кинуть из огня да в полымя. Словно хотела проверить, сколько еще испытаний я способна вынести.

Глава 8

В феврале я узнала о том, что мой Вадим женился. На своей ненаглядной Ариане, да.

Статью я обнаружила совершенно случайно, в одном из светских блогов. Свадьба состоялась шикарная и навела шороху на всю столицу.

Фотографии молодоженов облетели страницы газет, журналов и засветились в сети.

У меня же чуть сердце не разорвалось, когда я увидела счастливую парочку.

Истомин был безбожно красив в черном смокинге от Армани. Да и Ариана в платье из новой коллекции Веры Вонг была неотразима.

Я жадно рассматривала снимки и понимала, почему Вадик выбрал ее. Она действительно была редкой красавицей.

Вся элегантная, лощеная. Ноги от ушей, осиная талия, грудь минимум четвертого размера.

А смугловатая кожа, густые черные волосы и темные глаза делали ее похожей на принцессу Жасмин из сказки.

По сравнению с ней я действительно казалась серой мышью. Вот и выбрал Вадим свою роковую красавицу.

Наверное, любой на его месте поступил бы также.

Было больно, горько и обидно, но и эту горькую пилюлю мне пришлось проглотить и жить дальше.

После этого целые два года я прожила практически затворницей. Сосредоточилась исключительно на учебе и вылазках с девчонками в кафе.

Никаких свиданий, никаких парней. Ничего, что могло пошатнуть мое душевное спокойствие.

Я тщательно оберегала свое и так с трудом склеенное сердце. Доверять парням я больше не могла. В каждом виделся какой-то подвох.

Всё изменилось спустя два года, когда я познакомилась со Степаном Зориным.

Это произошло в Петровске, во время моих летних каникул. Я тогда подрабатывала баристой в одной из кофеен. Куда однажды и заглянул Зорин.

Он сразу положил на меня глаз, это было заметно. Улыбался, шутил, даже номер телефона взять пытался, пока я готовила кофе.

Само собой, номер я не дала, но с того дня Степан стал регулярно захаживать к нам за кофе и десертами. И продолжал пытаться взять у меня номерок.

И в итоге через месяц таких визитов я всё же сдалась, черканула номер на стаканчике с кофе.

А потом согласилась и на свидание пойти. И свидание это прошло успешно. Степан сделал всё, чтобы меня обаять и расположить к себе.

Да, до свадьбы он был, что называется, «идеальным мужчиной». Нежным, заботливым, галантным.

Мы много общались по телефону и виделись довольно часто, несмотря на то, что жили в разных городах. То я приезжала к родителям в Петровск на выходные, то он ко мне в Москву прилетал.

Ухаживал Степа очень красиво, дарил подарки, окутывал вниманием, выводил в свет. Замуж позвал после полугода ухаживаний.

Даже на сексе не настаивал, говорил, что хочет подождать брачной ночи.

А я… Я так устала от своего затворничества и одиночества, что решилась, наконец, окунуться в новые отношения.

Чтобы плесенью не покрыться, как частенько шутила Светка.

Я пыталась отогреться от предательства Истомина. Отчаянно пыталась забыться в новых отношениях, стремилась чувствовать себя любимой и желанной.

Так хотела вытравить из памяти того, кто стал моим первым мужчиной, что отчаянно подалась навстречу Зорину.

Нет, я не влюбилась без оглядки. Не сгорала от страсти, не чувствовала порхания бабочек в животе и эйфории.

Со Степаном всегда было ровно и спокойно. И именно на это я и повелась.

Обжегшись один раз, во второй я искала уже не бурную страсть и вечную любовь, а тихую надёжную гавань.

Зорин показался мне надежным мужчиной. Каменной стеной, как говорит молва. Вот я и решилась ему довериться.

Решила, что доверие и уважение это лучшее, что может быть в отношениях. А любовь обязательно придет со временем.

Только и тут я ошиблась. Жестоко ошиблась.

После свадьбы он показал свое истинное лицо. Не сразу, конечно, а постепенно.

Он начал проявлять характер, стал пытаться задавить меня им, подмять под себя, превратить в полностью покорную его воле женщину.

Он хотел контролировать меня во всем, вплоть до мелочей. Каждый мой шаг, каждый чих.

Началось всё с того, что он запретил мне работать. От слова совсем. Сказал, что будет меня финансово обеспечивать, а я должна буду наводить уют в доме и вести хозяйство.

Конечно, это мне не понравилось.