Анна Ковалева – Две судьбы. Счастье на осколках надежды (страница 8)

— Береги маму, — Настя украдкой смахнула слезы, — повезло еще, что она всё это вынесла. Моя свекровь умерла через два месяца после получения похоронки. Обширный инфаркт.

— Господи, мне жаль.

— И мне, но ничего уже не исправить. Остается только продолжать жить. Надеюсь, мой приезд не навредит Елизавете Михайловне, а поможет воспрянуть духом.

— И я надеюсь.

За разговорами мы незаметно подъехали к хостелу «Чайка», и я припарковался на стоянке.

— Блин, — Настя начала отстёгивать ремень, но его заклинило.

— Подожди, дай помогу.

— Спасибо, Вов, — Настя поблагодарила и тут же побледнела, поняв, что именно сказала. — То есть спасибо, Марк. Извини, нечаянно вырвалось.

— Ничего страшного, — меня тряхануло от такого обращения, но я постарался не подать виду. — Учитывая, как мы похожи с твоим мужем, оговорки неудивительны.

— Это да. Если честно до сих пор не верится в такое нереальное сходство. Так и тянет дотронуться до тебя и проверить, не плод ли ты моего больного сознания…

Я выгнул бровь, а Ларионцева еще сильнее смутилась. Щеки мгновенно стали пунцовыми.

— Прости, Марк. Я не понимаю, что несу. Из-за нервов, наверное.

— Да всё в порядке, переживать не о чем. — попытался успокоить, но это не помогло.

— Я пойду принесу вещи, — пробормотала заполошно, выскочила из машины и убежала прежде чем я успел предложить помощь.

А я вышел из машины, прислонился к капоту и стал ждать возвращения Насти.

Глава 9

На обратном пути разговариваю в основном я. Хочется замять неловкость, произошедшую на стоянке.

Поэтому и болтаю, рассказывая Насте о достопримечательностях нашего пусть не большого, но душевного городка.

И это работает, она, наконец, расслабляется, и даже сама начинает задавать вопросы.

А в синих глазах я замечаю искорки неподдельного любопытства. И, чего греха таить, умудряюсь украдкой любоваться этими волшебными глазами.

Даже жаль, что поездка так быстро заканчивается. Я бы с удовольствием весь город ей показал, лишь бы задержать рядом с собой подольше.

И полюбоваться чистой, ничем не замутненной красотой. Как физической, так и моральной.

Но, увы, обстоятельства не те. Так что приходится ограничиться поездкой до коттеджа.

— Настя, — занеся в дом сумку с вещами, протягиваю ей свою визитку. — Держи, и если что-то понадобится, то сразу звони. Я буду на связи.

— Да что мне может понадобиться? — в изумлении спрашивает, а я хмыкаю.

— Ну мало ли. Вдруг купить что-то понадобится. Или маме, не дай бог, плохо станет.

— А, хорошо, — Настя все же берет визитку, и я облегченно выдыхаю.

А потом нахожу и быстро целую мать, и отправляюсь обратно в магазин.

*****

— И что там стряслось? — с порога спросил Стас. А я достал из шкафа пузырь коньяка и разлил по бокалам.

— Держи, тут без пол-литра никак нельзя. Давай не чокаясь, что ли, за Витька.

Мы выпили, помолчали немного, а потом я рассказал другу всё, начиная со встречи с Федотовым и заканчивая разговором с Настей.

— Охренеть не встать, — Стас задумчиво потер подбородок. — Как же так, а?

— А вот так. Похожие фамилии и инициалы, большая загруженность персонала ЦОПа — вот и результат. Груз двести отправили не по тому адресу.

— И что теперь?

— А ничего, — пожал я плечами. — Приказ свыше — никакого перезахоронения. Так что всё останется как есть. Да и правильно это, наверное. Негоже как-то могилу разрывать, тем более мы облагородить ее успели. Да и некого нам хоронить в ней, ничего от брата не осталось. Только к мемориалу ездить, цветы возлагать.

— Трындец какой-то. Эх, Витька, Витька, как же так?

— А вот так. Зато матери, надеюсь, теперь легче станет. Она ведь права была, чувствовала, что что-то не так. А я ее по врачам водил, кусок идиота.

— Ну психолог точно лишним не был. В такой-то ситуации. Никто ж не знал, что вот такая херня случится. Ты действовал правильно, согласно обстоятельствам. Тебя себя упрекнуть не в чем. Сделал всё, что мог и для брата, и для матери. А то, что гроб не тот привезли, не твоя вина.

— Только этим себя и утешаю, — сделал еще один глоток коньяка и вздохнул. А Стас вдруг спросил:

— Слушай, а ты на эту Ларионцеву совсем не злишься?

— В первые секунды только. Пока эмоции по мозгам шарашили. А потом отдуплился, поставил себя на ее место и понял, что поступил бы также на ее месте. Тоже не смог бы жить и делать вид, что не знаю, что мой брат похоронен под чужим именем. Захотел бы увидеть могилу и иметь право посещать ее время от времени. Так что злиться мне на Настю не за что. Наоборот, я ей искренне восхищаюсь. Ее решимостью и силой духа. Столько лет искать и надеяться, несмотря ни на что. И это при наличии маленького сына. Другая бы деньги получила и свинтила в лучшую жизнь. А Настя эти годы посвятила поискам.

— А она и правда тебе на шею с поцелуями кинулась?

— Да, я в первый момент охренел, конечно. Только успел переступить порог, и тут такое… Слезы, объятия, поцелуи. Но еще больше я охренел, когда Настя мне фотку своего мужа показала. Он реально моя копия, если не считать совсем мелких родинок. Как брат-близнец, мля. Сам бы не поверил, если бы снимок не увидел. Представляешь, как триггернуло человека? Едва-едва свыкнуться с тем, что муж мертв. И тут увидеть его живую копию. Вот и накрыло Настю. Поэтому и на шею кинулась, и в обморок рухнула. Я бы тоже на ее месте ушел в бессознанку, если бы клона Витька увидел.

— Слушай, а может, этому есть какое-то объяснение? — друг наморщил лоб, а я лишь отмахнулся.

— Да я сам уже всё передумал. Всё мыслимое и немыслимое. Даже спросил у матери, не усыновленный ли я. Так она чуть полотенцем меня не отхлестала от праведного возмущения. И доказывать начала, что сама меня рожала. Так что нет, Стас, это просто совпадение. Невероятно, но факт. Рождаются в этом мире похожие люди.

— Дважды охренеть. Прямо сумеречная зона какая-то. Слушай, а дальше что делать будете?

— Настя у нас останется на пару дней, мама ее пригласила, и я не против. Пусть вместе обговорят общее горе. Маме от этого больше пользы будет, чем от сеансов с Валентиной. Да и Насте легче будет. Её душа тоже успокоится, хоть будет знать, где ее муж обрел последнее пристанище. Завтра на кладбище ее отведу, поговорим насчет могилы. Если захочет приезжать и дальше, пусть приезжает. Мы с мамой против не будем. Кстати, завтра вечером поминальный ужин. Батю помянем, Витю, ну и Владимира, раз уж судьба так связала наши семьи. Придешь?

— Мог даже не спрашивать, — друг кивнул. — Приду, конечно. Да и с Анастасией познакомиться интересно.

— Ты только осторожно там. Не перегибай. Девушка в расстроенных чувствах, плюс неловко ей от ситуации в целом и от вчерашнего.

— Да понял я, понял. — Стас закатил глаза, а потом спросил: — Слушай, а скажи честно…

— Чего?

— Тебе понравилось?

— В смысле?

— В коромысле. Целовать Настю понравилось? Только не заливай, я ж тебя как себя знаю. Сразу пойму, что пиздишь.

— Честно? — выгнул я бровь. — Понравилось. И даже очень. Сам от себя такого не ожидал. Настя очень красивая девушка. Цепанула она меня. И не только поцелуями, но и своей искренностью, характером, чистотой. При других обстоятельствах на свидание бы пригласил, ухаживать бы стал.

— А сейчас что мешает?

— Как ты себе это представляешь? — посмотрел на друга как на идиота. — Мы живем в тысяче километров друг от друга, у нее маленький сын, она вдова, тоскующая по любимому мужу. Причем не просто погибшему, а, ерш твою медь, похороненному под именем моего брата. Уж молчу про наше нереальное с Владимиром сходство. Как я при таком раскладе к ней клинья подбивать буду?

— Но…

— Никаких «но» … — залпом допив коньяк, грохнул стаканом о стол. — Не судьба, Стас, не судьба. Даже думать об этом смысла нет. Хотя и очень хочется…

Глава 10

Домой я заходил с опаской. Как будто на заминированную территорию ступал. Просто не знал, чего ожидать.