Анна Князева – Письмо с того берега (страница 38)

– Так зачем же?

– Когда я села в такси, то нашла старинную открытку… – начала она, однако Филиппов ее перебил:

– Эту историю я уже слышал. Мне все рассказал таксист.

– Вы с ним говорили?

– Его я нашел быстрее, чем вас. Так значит, вы явились в Общество коллекционеров, чтобы… – Иван Макарович замолчал, ожидая ответа.

– Чтобы узнать телефон Карасева, приятеля Файнберга.

– Зачем?

– Чтобы узнать, кому отдать открытку. Этот старинный раритет, имеет большую культурную ценность.

– Узнали? – Филиппов пристально глядел на Элину, считывая с ее лица мысли и чувства.

– Да, и после этого мы вернули открытку вдове Иосифа Файнберга.

– Это я тоже знаю. Скажите, откуда у вас такой преувеличенный интерес к этому делу. Слишком много передвижений: сначала Варшава, потом Париж.

– Еще – замок де Карматин. – Дополнила список Элина.

– Это еще что такое? – удивился Иван Макарович.

Неосторожно заикнувшись о замке, Элина поняла, что теперь должна рассказать все с самого начала, иначе Филиппов подумает, что она имеет свои, корыстные интересы и действительно причастна к убийству.

Они находились в вестибюле отеля вдвоем, не считая портье. Приглушенный свет матерчатых абажуров создавал обстановку скорее для любовных свиданий, чем для допросов.

Элина вздохнула так тяжело, как будто несла на своих плечах всю тяжесть мира.

– У вас есть время выслушать меня? – спросила она.

– Времени – вагон, – располагающе улыбнулся Иван Макарович.

В течение следующего получаса Элина поведала о том, как с Богданом ездила к Карасеву, потом к его жене. Рассказала, как Астахов перевел текст открытки, которую написал Мишель Шарбонье, а Богдан раскопал историю про двенадцать апостолов Несвижского замка. Не забыла упомянуть профессора Навикаса и аспиранта Лутонина, писавшего диссертацию. Перейдя к рассказу о маркизе де Крюссоль, Элина невольно понизила голос.

– От нее мы узнали, что еще одна открытка Мишеля Шарбонье хранится теперь в музее.

– Та, о которой писал француз? – догадался Филиппов и покачал головой. – Не думал я, что дело об убийстве сведется к банальному поиску несуществующих сокровищ. У меня сложилось впечатление, что некто, очень хитрый и ловкий, напустил в этом деле туману.

– Не мне об этом судить. – Проговорила Элина. – Завтра мы с Богданом и Астаховыми едем в музей.

– Зачем?

– Чтобы прочитать текст открытки. Не исключаю, что он окажется иносказательным, но мы-то знаем, о чем идет речь. – Она смотрела на Филиппова, ожидая его реакции.

Тот сидел молча, и было видно, что в его глазах мелькают тысячи вопросов. Внезапно он встал и прошел к окну. Его силуэт отразился в стекле, как символ надежности.

В тишине голос Филиппова прозвучал негромко, но отчетливо.

– Теперь мне понятно, откуда у вас двоих такой интерес к делу. Уверен, что ваш визави рассчитывал найти золотых апостолов и непременно присвоить их себе.

Элина покачала головой.

– Когда о письмах Шарбонье узнали Астаховы, профессор Навикас и Лутонин, у Богдана пропало это желание.

– Разочарован, но по-прежнему с вами?

Элина оборвала Филиппова:

– А вот это касается только нас двоих.

– Видите ли, уважаемая Элина Павловна, у вашего друга весьма специфичная профессия и внушительный послужной список. Из вас двоих, болгарин привлекает больше внимания. – Филиппов обернулся к Элине. – Где он сейчас?

– Спит в своем номере, – ответила она.

– Апостолов знает, что вы здесь со мной?

– Нет, не знает.

Иван Макарович сел на место и твердо посмотрел ей в глаза:

– Мы отвлеклись от главной темы разговора. У меня остались вопросы.

– Кажется все уже ясно… – удивилась Элина.

– Перед гибелью Файнберга вы дважды ехали в одном и том же такси. Как это вышло?

– Случайность.

– Я, знаете, не очень верю в случайности. Расскажите подробно, что вы делали в тот вечер.

– Вечером приехала на поезде Москва – Санкт-Петербург на Московский вокзал. Вызвала через приложение такси. Можете это проверить, данные наверняка сохранились.

– Далее…

– Доехала на такси до ресторана «Бильбао». Пришла на торжество по поводу юбилея Нинель Николаевны Астаховой. Пробыла там менее часа и снова вызвала такси.

– Опять через приложение? Или как-то иначе? У вас был номер телефона водителя?

– Не было никакого номера. Машину, как и в первый раз, вызвала через мобильное приложение. Повторяю: то, что приехал тот же водитель, это – случайность.

Филиппов недовольно поморщился.

– Про случайности мы с вами уже говорили. Рассказывайте дальше.

– В такси я нашла открытку, и мы с водителем поехали на Красуцкого три.

– Дальше я знаю, он рассказывал. Под протокол поговорим позднее. В Санкт-Петербурге расскажете все в подробностях. – Сказал он и задал еще один вопрос: – В какой момент в деле появился Богдан Апостолов?

– Мы встретились в ресторане, и он поселился в одной гостинице со мной. После того, что случилось с Файнбергом, я попросила его помочь.

– И Апостолов, конечно же, согласился, – усмехнулся Филиппов. – Вынужден сообщить, что после вашей встречи с Карасевым, менее чем через полчаса тот был похищен. Возможно, вы заметили в его поведении что-нибудь необычное?

– Карасев был спокоен, вероятно потому, что не знал о гибели Файнберга. После того, как узнал, очень расстроился. И, вот еще что… – Элина взялась за щеку, словно припоминая. – Ему при нас ему позвонили. Да-да! Карасеву звонил следователь.

– Это он вам сказал?

– Ну, да. И следователь назначил ему встречу.

– Вы ничего не перепутали? – Задавая этот вопрос, Иван Макарович выглядел озадаченным. – Примерно в это же время дежурный следователь, с которым вы, кстати, общались, передавал мне материалы дела и никак не мог звонить Карасеву.

– Я слышала этот разговор, после которого Карасев сказал: ну вот, началось, имея в виду, что теперь его затаскают.

– Ну, вот и затаскали… – буркнул Филиппов и взглянув на Элину спросил: – Где вы были после того, как расстались с Карасевым?

– Мы с Богданом сразу поехали в гостиницу и пробыли там до половины шестого. К шести отправились к Астаховым. Это легко проверить по записям видеокамер. Кстати, часов в восемь вечера Карасев мне звонил, и я решила, что он собирается отправил сообщение с адресом вдовы Файнберга.

– А Карасев обещал? – уточнил Филиппов.

– Мы с ним договорились.

– И, что же?

– Он позвонил, но ничего не сказал и через несколько секунд отключился.

– Молчал?