Анна Измайлова – Босс по контракту (страница 31)

Сжала губы, сглотнула, чувствуя, как все внутри сжимается в предвкушении, и прошептала, почти не веря себе:

— А если кто-то войдёт?

— Не посмеют.

Он знал, кто он. И знал, что никто не рискнёт нарушить то, что происходит между нами.

Мои руки скользнули по его бёдрам, обвивая мускулы, ощущая под ладонями силу и напряжение. Я медленно, томно, спустила ткань вниз, открывая его полностью. Его член был тугой, пульсирующий, горячий — желание, обнажённое до последней капли.

Я посмотрела на него снизу вверх. Он тяжело дышал, его пальцы сжались в моих волосах — не грубо, а жадно, будто боялся, что я исчезну. И когда я коснулась его губами, он с глухим стоном подался вперёд, будто отдал мне власть.

Каждое моё движение было плавным, влажным, намеренно медленным. Я чувствовала, как он дрожит, как в его теле натянута каждая мышца. Он застонал, приглушённо, низко, и этот звук — был наградой. Я дразнила его, сводила с ума, наслаждаясь тем, как он теряет контроль.

Но он не дал мне закончить.

Резким движением он отстранил меня, поднял, и его губы тут же прижались к моим с такой силой, будто он хотел влить в меня всё, что накопилось. Он развернул меня, прижал к столу, а сам сдёрнул с меня джинсы и сорвал свитер с такой яростью, что ткань практически разорвалась, надрывно треснув. Его руки были везде — горячие, твёрдые, безумно нежные в своей грубости.

Он склонился к моей груди, взял сосок в рот, обвёл его языком, слегка прикусил, и я выгнулась под ним, не сдержав стон. Он чередовал ласку с нажимом, а пальцы уже скользнули ниже, под бельё, ловя мою влагу, мою готовность, мою преданность моменту.

Я была уже не просто мокрой — я пульсировала под его пальцами.

Он опустился передо мной, раздвинул мои ноги, и его язык коснулся меня там, где я горела сильнее всего. Я всхлипнула, вцепившись в край стола, и уже не могла думать. Только чувствовать. Как он играет со мной, исследует, захватывает, будто запоминал каждый изгиб, каждый вкус.

Когда я была на грани — сжата, соткана вся из дрожи и стонов — он поднялся. Посмотрел мне в глаза. Без слов.

Одним движением он вошёл в меня. Глубоко. Сразу. Без пощады.

Я закричала — не от боли, а от того, как правильно всё чувствовалось. Как целиком захлестнуло меня удовольствие. Он двигался внутри меня уверенно, с силой, будто хотел не просто взять — а оставить в моём теле след. Вбить в меня свою одержимость. Свой ритм. Себя.

Каждое движение было словно заявление: ты моя, ты слышишь? Ты. Моя.

Его губы метались — от моей груди к шее, к губам. Он целовал меня с безумием, с отчаянной одержимостью. А я… я была вся в нём. Я терялась, тонула, ломалась. Всё во мне дрожало, кричало, вытягивалось до предела.

Он довёл меня до грани, и сорвал с неё. Я вскрикнула, выгнулась, стиснула его спину ногтями, чувствуя, как волна блаженства прокатилась по телу, от пальцев ног до темени. Он почувствовал это. Замер на миг. А потом вошёл ещё глубже, и уже сам сорвался. Его тело напряглось, он издал глухой, сдавленный стон, уткнулся лбом в мою шею и остался внутри — горячий, влажный, пульсирующий.

Мы не двигались. Только дыхание — тяжёлое, резкое, словно после долгого бега. Сердце стучало в ушах. Кожа горела. Его лоб лежал у меня на ключице, рука всё ещё держала моё бедро. А я… я не могла вымолвить ни слова.

Мы растворились друг в друге.

И в этой тишине что-то щёлкнуло внутри меня.

Я вдруг поняла, что сделала. Я подчинилась. Пошла за чувствами, за телом, за этим проклятым желанием.

А что теперь?

Я лежала на столе, прижатая к его телу, чувствовала, как его дыхание медленно выравнивается. А внутри — пустота. Страх. Вдруг, когда он получил своё, он уйдёт? Просто встанет, поправит брюки, скажет что-то будничное, как умеет только он, и… исчезнет. Снова. Навсегда.

Потому что он такой. Потому что умеет быть холодным. Потому что может смотреть на тебя, трогать тебя, а потом сделать вид, что ничего не было.

Я осторожно пошевелилась, отстранилась чуть-чуть, чтобы взглянуть в его лицо.

Он смотрел на меня. Внимательно. Молча.

И в этот момент мне захотелось встать, одеться, уйти первой. Чтобы не дать ему шанса сделать больно. Я на автомате посмотрела в сторону выхода, будто просчитывая насколько быстро я оденусь и доберусь до выхода, но он вдруг протянул руку, обхватил мою щёку и сказал:

— Не вздумай.

Глава 23

Я всё ещё ощущала его дыхание на своей коже. Всё было слишком реально и именно от этого становилось страшно.

Посмотрела на него — всё такой же спокойный, будто ничего не произошло. Обнаженный, с руками, скрещёнными на груди, как будто это не он только что срывал с меня одежду, не он доводил меня до стонов и до края. Он стоял, как после совещания. Холодный. Контролирующий.

И в этой тишине я не выдержала.

— А что потом, Алексей? — голос мой был тихий, почти испуганный. — Что дальше, после того, как ты получил то, чего хотел?

Он смотрел прямо в глаза. Спокойно. Но ничего не говорил. Ни одного слова. Ни жеста.

Я почувствовала, как во мне что-то треснуло. Нет, не от боли, а от злости. Резко повернулась, начала собирать одежду. Пальцы дрожали. Натянула джинсы на разгорячённое тело, пытаясь хотя бы внешне быть прежней — собранной, холодной. Как будто я могла сейчас просто выйти, пожать кому-то руку и уйти по своим делам.

Он не пошевелился. Только смотрел.

— Одевайся, — бросила я, не оборачиваясь.

— Ты как всегда убегаешь, — его голос прозвучал спокойно, но в нём была сталь. — От разговора и ответственности.

Застыла на секунду. Потом обернулась.

— Ответственность? — переспросила я с усмешкой. — Ты серьёзно? А кто вообще предложил эти условия? Кто закрыл все двери, кто держал дистанцию, кто играл, Алексей? Я всё это время работала на тебя, как проклятая, терпела и сдерживалась. А теперь, когда я позволила себе хоть что-то почувствовать — ты говоришь, что я убегаю?

Он подошёл ближе. Его глаза потемнели.

— Ты боишься. Всегда боишься, когда становится по-настоящему. Ты думаешь, я приехал ради развлечения? Ради секса? Ты меня действительно настолько плохо знаешь?

Поджала губы, пытаясь не выдать дрожь.

— Боюсь, что ты использовал меня, — сказала я, глядя прямо в глаза. — Что ты получил, что хотел, и завтра вернёшься к своему привычному миру, где всё чётко и по расписанию. А я останусь одна, с этим чертовым чувством, которое не должна была себе позволить.

— Я не такой.

— А я не хочу проверять.

Подняла с пола его штаны и боксеры, бросила их на стол.

— Хорошо, я вернусь на работу, — выдохнула я. — Но не в твоё подчинение. Я хочу обычную должность. Место простого менеджера. И да, я соглашусь пойти на собеседования в этих двух компаниях. Вдруг там, в отличие от тебя, умеют быть честными.

Он молчал. Долго. Взял боксеры со стола и начал медленно одеваться и наконец сказал:

— Машина тебя ждёт внизу. Собирайся. Мы сегодня едем в Москву.

Я удивлённо вскинула брови.

— Вместе. — приказным тоном добавил он.

— Это очередной пункт твоего плана, Алексей? — язвительно спросила я. — Чтобы удобно доставить "проблемный актив" обратно в столицу?

Он шагнул ближе. И в его голосе уже не было спокойствия.

— Ты мне не актив. Не сотрудник. Не подчинённая. Не цифра в табеле.

— Не верю.

Наконец я привела себя в порядок и направилась к выходу, ничего ему не сказав. Алексей пошел за мной, кивнул незнакомому мужчине в костюме, который в это время разговаривал по телефону. После оказалось, что он новый водитель Алексея.

— Получается, я не единственная кто не выдержал тебя? — не упустила я возможность его задеть.

Алексей лишь улыбнулся краем губ и открыл передо мной дверь своего вндорожника.

— Не волнуйся, я смогу добраться до Москвы сама, — проговорила я хладнокровно, будто не разрывалась внутри на части, — и сделала шаг в сторону остановки, доставая телефон, чтобы вызвать такси.

Он ничего не сказал. Ни слова. Только подошёл. И прежде чем я успела сделать второй шаг — просто подхватил меня.

Я даже не поняла, как это произошло. Мгновение — и мои ноги оторвались от земли, а его рука сжала меня под коленями. Я ахнула, извиваясь, как дикая, осознав, что он закинул меня через плечо… попой вперёд. Как мешок картошки.

— Ты что, с ума сошёл?! — заорала я, стуча кулаками по его спине. — Поставь меня на землю, Алексей! Ты совсем охренел?! Я взрослая женщина, а не твоя трофейная добыча!

— Именно, взрослая. Вот только ведёшь себя, как капризная девчонка, — бросил он, не обращая внимания на удары.