Анна Измайлова – Босс по контракту (страница 22)

— Да, конечно, — и, чувствуя, как пальцы подрагивают, протянула чашку.

Он подошёл ближе. Медленно.

Я стиснула зубы, чтобы не отступить.

Когда он взял чашку, его пальцы легко скользнули по моим, и от этого простого касания у меня по спине побежали мурашки.

Он отпил, не сводя с меня взгляда, и медленно выдохнул.

— Вкусно, — сказал коротко.

Я могла поклясться, что он произнёс это слово с двойным смыслом. Или мне только показалось?

Хотелось бежать. Хотелось исчезнуть.

Он стоял передо мной, не торопясь надевать рубашку, словно намеренно растягивая этот момент.

Не смотри. Не смотри.

Но взгляд снова предательски скользнул ниже.

Я резко откашлялась, пытаясь вернуть себе хоть какое-то самообладание.

— У нас всего полтора часа до бизнес-завтрака, — выдавила, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Если не хотите опоздать, лучше начинать собираться.

Он усмехнулся, как будто в моих словах услышал что-то забавное. Или… слишком очевидное.

— Боюсь, вряд ли я соберусь быстрее, чем ты приготовила кофе, — его тон был лениво-невозмутимым, но в глазах сверкнула искорка.

Сжала губы. Старалась не смотреть. Не отмечать, как дрогнули мышцы на его бедре, когда он поправил полотенце.

И не думать, как близко я стою.

— Я… подожду в машине, — выдавила я, почти бросив эти слова и поспешно отступила, будто пол в этом доме был раскалённым.

Потому что ещё секунда — и я точно бы сгорела.

Я буквально вылетела на улицу, вцепившись в дверную ручку, как будто убегала от чего-то страшного. А может, и правда убегала. От него. От себя. От мыслей, которые уже не имели права появляться.

Поток холодного воздуха окатил, прояснив голову. Я сделала глубокий вдох и подошла к его машине. Опёрлась ладонью о капот и попыталась восстановить дыхание.

Но время тянулось.

Пять минут. Десять. Пятнадцать. Я успела пробежать в голове все возможные сценарии того, что будет на этом бизнес-завтраке, и все возможные оправдания, чтобы исчезнуть сразу после него.

Двадцать минут.

И, наконец, он появился.

В строгом чёрном костюме, идеально сидящем на его плечах. Белоснежная рубашка, тёмный галстук, отточенное до совершенства выражение лица. Он выглядел, как обычно. Как начальник. Как человек, которого я должна воспринимать исключительно через призму рабочего этикета.

И это было облегчением.

Теперь я могла спокойно смотреть ему в глаза, не боясь того, что взгляд снова предательски скользнёт вниз.

Он подошёл к машине, не торопясь, с тем самым ленивым, уверенным движением, которое было в нём всегда.

— Долго стоишь? — спросил просто.

Я кивнула.

— Чуть больше двадцати минут.

Он посмотрел на меня, взгляд был привычно ровным, без намёка на то, что случилось на кухне.

— Могла подождать внутри.

— На улице приятнее.

Глава 17

Поездка проходила в тишине. Машина плавно катилась по улицам, убаюкивая однообразным гулом мотора. Я смотрела в окно, наблюдая, как мимо пролетают прохожие, и невольно задавалась вопросом — почему именно я? Почему именно сегодня? Почему именно туда?

Алексей молчал. Его взгляд был устремлён на дорогу, лицо — привычно спокойным, будто всё происходящее его совершенно не касалось.

Мы направлялись в «Maison de Verre» — один из самых дорогих ресторанов города, место, где официанты улыбаются, как на обложках модных журналов, а меню написано таким изысканным шрифтом, что глядя на него, чувствуешь себя как минимум аристократом.

Широкий жест, — подумала я.

Показать статус, уровень, влияние. Разумеется, не для меня. Для партнёра. Чтобы выгоднее выбить скидку или смягчить условия контракта.

Тишина в салоне давила. Я почти физически ощущала, как она сжимается вокруг меня, делая воздух плотнее. Я молчала, смотрела в окно, будто улицы могли дать ответы на те вопросы, которые крутились в голове.

И всё равно — не смогла не вздрогнуть, когда он заговорил.

— Где твой острый язык, Ольга? — его голос прозвучал лениво, но в этой ленивости скользнула насмешка. — Неужели иссякла?

— Я не дворцовый шут, чтобы вас развлекать, Алексей Михайлович, — ответила ровно, сдержанно, вкладывая в слова холод, чтобы скрыть напряжение.

Он не ответил. Но я чувствовала, как его взгляд снова скользнул по моему профилю.

Выдохнула. Глубоко. Слишком громко.

— А перформанс сегодня утром? Зачем он? — спросила, сама не понимая, почему не промолчала.

Мгновение — пауза. Долгая. Гнетущая. И вдруг я заметила, как его руки чуть сильнее сжали руль.

— Я всё объяснил ещё вчера, — сказал он наконец, голос был ровным, но я уловила в нём ледяную жёсткость. — И, кстати, ты так и не рассказала мне о моих планах на сегодня. Хотя я вчера просил.

Мои глаза резко метнулись к нему.

— Что? — переспросила, но понимание уже начало подниматься из глубины мыслей.

Он повернул голову, медленно, будто изучая каждую мою реакцию. Взгляд скользнул по моему лицу, цепко, внимательно.

— Я всегда привык знать, что у меня запланировано, Ольга, — произнёс он тихо. — А твоя работа — делать так, чтобы я не оказывался в ситуации, когда не знаю, чем занят мой день.

Я стиснула зубы, едва сдерживая ответ.

Мой день. Моя работа. Моя ошибка.

Конечно, он прав. Это было моей обязанностью — изучить его расписание, подготовить план, разложить его задачи по полочкам, чтобы он мог просто идти вперёд, не оборачиваясь.

Но в его тоне… В его словах было что-то ещё. Слишком острое. Слишком личное.

— Вы были в полотенце, — произнесла я, глядя в окно. — Это… не настраивает на рабочий лад.

— Это просто тело, Ольга, — произнёс он лениво, почти с насмешкой. — Не на что смотреть.

Я чуть повернула голову, улыбнувшись уголками губ.

— Даже если бы вы вышли без полотенца? — бросила легко, и сама удивилась своей дерзости.

Внутри что-то сжалось от того, насколько уверенно прозвучали эти слова. Я хмыкнула, будто хотела свести всё к шутке.

Но он не рассмеялся.

— Это непрофессионально, — добавила я, уже более сдержанно, пытаясь вернуть себе привычный тон.