Анна Гончарова – Перепутье миров (страница 8)
Впереди низко-низко, почти у самого мощенного булыжниками тротуара летела большая черная птица, наверное, ворон или ворона (Ася никогда не понимала, какая между ними разница), как-то странно взмахивая крыльями. У девочки сложилось впечатление, что птица была больна, может, кто-то перебил ей крыло? Неимоверным усилием воли птица поднялась чуть выше и каким-то образом протиснулась между прутьев решетки, за которой густой стеной стояли деревья. Наверное, это и был городской парк. Ася заметила, что к лапе странного ворона (или все-таки вороны) была привязана небольшая бутылочка, похожая на флакончик духов. И кому только пришло в голову так мучить бедное животное, подумала девочка.
Птица скрылась из виду, и Ася, пройдя чуть дальше, вошла в ворота парка. Но, несмотря на то, что на площадке за воротами кучковались всевозможные сувенирные лавочки и кафе, клея там, к сожалению, не было. Зато настырные торговцы попытались всучить девочке черно-белую кружку со зловещей надписью «Гробари», несколько шляп-зонтиков, набор залитых кофе открыток («попуст[20]») и даже пепельницу в форме головы дракона (кругом одни драконы!).
«Что ж, можно поискать где-нибудь еще или попробовать в другой раз, авось Натали ничего не заметит», – решила Ася, с трудом пробираясь сквозь толпу окружившего ее торгового люда… – «Ну, или же признаться ей – вряд ли бабушка отправит меня обратно домой. Некрасиво получилось, конечно. Но ведь не такое уж это и преступление – разбить старую чашку», – успокаивала себя девочка. Приглушенный звон осколков в сумке позволил себе с ней не согласиться.
Городской парк оказался самым настоящим лесом! В этот ранний час прогуливающихся бездельников было еще немного, и, как только она отошла от торговых рядов, Асе показалось, что она одна в целом мире – волшебном и загадочном мире! В парке росли большие грабы. Или не грабы – Ася в точности не могла определить, она довольно плохо знала ботанику и могла отличить разве что березу от рябины. Впрочем, ни того, ни другого в этом парке не росло.
Кажется, где-то неподалеку находился и тот средневековый замок, в котором так мечтала побывать девочка, но она не решилась отправиться на его поиски: Натали была права, на местности Ася ориентировалась тоже не очень хорошо и могла вполне себе заплутать в трех соснах. Хотя сосен тут, скорее всего, тоже не было.
«Боже мой, да в чем я вообще разбираюсь! – в сердцах подумала Ася. – В сказках, разве что…»
Надо все же дойти до книжного и купить продолжение той сказки, которую она начала читать вчера, подумала Ася, ведь начало было многообещающим. Как же эта книга называется?.. Ася полезла в сумку и извлекла на свет книжку в темно-зеленом переплете. «Svet pre sloma» – прочитала она на обложке. О, нет! Кажется, она нечаянно взяла книгу Милоша. Девочка открыла книгу наугад и увидела только что-то непонятное: «vecno kretanje[21]», «duhovi prirode[22]», «borba suprotnosti[23]»… Ну, как так?! Ася пролистала еще несколько страниц и обнаружила, что одна из них заложена согнутым листочком бумаги. Девочка развернула его и прочитала:
Этот стих был написан по-русски, но от этого его смысл не становился более понятным. Вообще Ася любила поэзию, и даже сама пробовала писать стихи, но сейчас она была слишком расстроена, чтобы наслаждаться рифмой, ритмом и чарующими метафорами.
Девочка разочарованно засунула бесполезную книжку и листок обратно в сумку и медленно пошла по безлюдной дорожке, разглядывая голубые просветы неба сквозь верхушки деревьев, слушая ненавязчивое пение птиц, как вдруг эту идиллию разорвал протяжный волчий вой! Вот тебе и стих! Сердце девочки сразу бешено заколотилось от неожиданно возникшего страха, на еле гнущихся ногах она доковыляла до ближайшего дерева, вытерла рукавом рубашки мокрый от пота лоб и прислушалась. Ася быстро дышала и с трудом могла сфокусировать взгляд.
В бок ей что-то ударилось, и она взвизгнула от неожиданности. Черная птица как-то нервозно улетала в противоположную от воя сторону. Наверное, этот ворон-ворона чувствует волка и пытается спастись, лихорадочно подумала Ася. И как в полусне, она, шатаясь, пошла за ним. Вой повторился снова – он стал намного громче, или, может, просто слух девочки обострился. Она побежала, оглядываясь по сторонам. Волка нигде не было видно. Ворон тоже пропал.
Ася всегда чувствовала себя неуютно в лесах и парках, ей больше нравились городские улицы. Медленно передвигаясь спиной вперед, девочка пыталась что-то разглядеть в пестрой листве деревьев и кустов, от которых она удалилась. От всей этой зелени у девочки рябило в глазах, и слегка кружилась голова. Но, кажется, всё было тихо. И только Ася начала приходить в себя, как вдруг ее нога попала в какую-то небольшую ямку, и девочка полетела в заросли колючих кустов. В нос Асе пахнул сильный приторно-сладкий запах. Кажется, это был шиповник… Да, определенно, шиповник!.. Как в замедленной съемке, Ася проваливалась в какую-то темно-зеленую бездну – точно такую же, как и обложка той дурацкой книги, ни к селу ни к городу подумала девочка. От падения ли, или же от запаха цветов, у Аси закружилась голова, и девочке показалось, что она вот-вот потеряет сознание…
Глава 4. Айзендора Дикая
…В эту ночь Нич совершенно не выспалась, даже несмотря на целебные свойства няниного горячего шоколада. Девочка проснулась позже обычного с тяжелой головой и ломотой во всем теле. Сидя в кровати, она попыталась восстановить последовательность вчерашних событий и вспомнила свои приключения в загадочной картинной галерее и неожиданное перемещение в библиотечную башню. Определенно, это был не сон! Девочка порывисто вскочила с кровати: она же так и не предупредила отца о тайных планах противного Маизера! Принцесса наспех оделась и собрала в конский хвост густые темные волосы, она ни на секунду не остановилась перед весело зазывающим ее зеркалом. Зачастую Нич совсем не интересовалась своим внешним видом, в отличие от многих других тринадцатилетних девочек. А еще она терпеть не могла платья и туфли: простые штаны и кофта с капюшоном и обязательно с карманами – вот лучшее облачение принцессы! И никаких украшений, кроме красного камня… Правда, обычно по утрам слуги дежурили у комнаты Её Высочества и не выпускали девочку на люди в таком виде: принцесса, как-никак, должна выглядеть опрятно!
Нич выскочила из комнаты и побежала по коридору в сторону Красной башни, где располагалась библиотека: в кабинет ее отца можно было попасть только оттуда.
– Не сейчас! – бросила она на бегу своей служанке, которая согнулась в почтительном поклоне, едва завидев Нич. И зачем она вообще нужна, если девочка может одеваться и сама?! Какое-то дикое страдающее Средневековье в головах у этих поборников этикета…
Из больших окон лил веселый солнечный свет, оставляя на полу и стенах причудливые отражения витражей. Со всех сторон раздавались звуки просыпающегося дворца. Нич слышала голоса переругивающихся слуг во дворе: вне всякого сомнения, это сварливая уборщица Эргана Брум опять отчитывала кого-то за то, что он не вытер ноги, входя в помещение. Воздух был пропитан манящими ароматами с кухни: кажется, на завтрак будет яичница с беконом и горячий шоколад с корицей и мускатным орехом. У принцессы громко заурчало в животе, но она приказала себе не отвлекаться: первым делом – библиотека!
Вообще библиотека занимала все 5 этажей башни, но, судя по всему, к помещению были применены какие-то чары, так что она казалась намного выше. Внутри круглый зал был настолько огромен, что стоя на полу, посетители не могли разглядеть потолка. Все стены башни были уставлены стеллажами с книгами, у Нич часто создавалось впечатление, что здесь были собраны все книги мира: огромные фолианты и миниатюрные книжечки, древние рассыпающиеся свитки и глиняные таблички, книги, написанные невидимыми чернилами, и неоткрывающиеся книги, книги, которые читают сами себя, и те, которые вообще было запрещено читать.
В библиотеке были собраны труды на всех известных и неизвестных языках. И библиотекарь Фидес Новелл знал наизусть содержание каждой книги. Он обладал феноменальной памятью, и не было во всем мире такого литературного произведения, написанного или даже еще не написанного, о котором бы не слышал этот чудак. Из основного зала выходило множество боковых коридоров в залы поменьше, тоже сверху донизу заполненные книгами. До верха башни, теряющегося где-то в темной дали, можно было добраться на летающих лестницах, стульях, креслах, и даже диванах…
В зале всегда было много посетителей: они читали книги, удобно устроившись в оконных нишах, на мягких коврах на полу, стоя, прислонившись к шкафам, занеся одну ногу на следующую ступеньку лестницы, но так и забыв сделать шаг… И среди них всех, бормоча себе что-то под нос на каком-то древнем языке и вытирая несуществующую пыль с книг, носился библиотекарь Новелл. Носился – это, конечно, громко сказано: худой и вечно потрепанный, библиотекарь был очень рассеянный и неловкий, он постоянно обо что-то ударялся, мог порезаться ножом для бумаг, подвернуть ногу на ровном месте, так удариться о какую-нибудь книжку, чтобы потом месяц ходить с огромной шишкой на лбу.