Анна Филиппова – ЗАПАДНЯ (страница 6)

Его слова прозвучали как издевка, как будто он находил удовольствие в том, чтобы наблюдать за моими мучениями. Я почувствовала, как внутри меня все сжалось от страха и напряжения, но понимала, что у меня нет выбора. Если я не соглашусь, то последствия могут быть еще хуже.

– Я согласна стать рабыней и остаться здесь навсегда, – повторила я его слова, как можно быстрее, Мне казалось, что если я промедлю хотя бы на секунду, то просто не смогу вымолвить ни слова. Я боялась, что если не скажу сейчас, то он примет это за отказ, и тогда все, кто был здесь со мной, останутся в этом ужасном месте. Но, как оказалось, я была наивной. Ему этого оказалось недостаточно. Он не собирался останавливаться на этом.

– Тогда вставай на колени и, пожалуйста, поторопись. У меня практически нет времени. Я жду, – произнес он с абсолютным спокойствием в голосе. Его интонация оставалась неизменной, даже без намека на раздражение или спешку, но именно это его «Я жду» прозвучало так, словно удар под дых. Их меня выбило весь воздух, заставляя тело поддаться слабости. Ноги подкосились, и я не просто встала на колени – я буквально рухнула перед ним, потеряв всякое равновесие.

В голове пронеслась саркастическая мысль: «Ну что ж, наслаждайся, мерзкий ублюдок. Нас, русских, так просто не сломаешь». Мой внутренний голос всегда был источником странного юмора, особенно в самых абсурдных и пугающих ситуациях. А эта ситуация была настолько сюрреалистичной, что, если бы я не пыталась шутить сама с собой, то, наверное, просто сошла бы с ума.

Реальная картина мира ужасала. Я, девушка, стою на коленях перед каким-то высокомерным айдолом из Кореи. Да, именно так – буду думать, что он айдол. Это как-то облегчает восприятие происходящего. Лучше уж представить его персонажем из дорамы, чем реальным человеком, который сейчас диктует мне условия. Это помогает не впадать в панику. Но смотреть на него я не могла. Взгляд упал на ковер в салоне самолета. На нем были видны крошки от чипсов, которые, видимо, кто-то уронил ранее. Мои глаза почему-то уперлись в его ботинки. Они были черные, идеально вычищенные, блестящие, как будто их только что отполировали. И, что самое странное, надеты они были на босу ногу. Этот факт почему-то особенно зацепил мое угасающее внимание. Мгновенно в памяти всплыл образ Лиса из корейской дорамы – девятихвостого духа, который тоже носил обувь на босу ногу. «Ну вот, голова, спасибо за спасение, – подумала я. – Главное – не заплакать сейчас». Я пыталась отвлечь себя от реальности, но тут почувствовала, как его руки коснулись моей шеи. Щелчок – я осознала, это конец.

– Это что, ошейник?! – заорала я, прежде чем я успела осознать, что творю. – Вы тут совсем с катушек съехали?!

Я резко вскочила на ноги, и гневно с возмущением уставилась на него. Но не успела полностью осмыслить происходящее, как резкая боль пронзила шею. Это было похоже на удар электрическим током. Боль была настолько сильной, что я снова рухнула на колени. Голова закружилась, а перед глазами замелькали темные пятна.

– Да, это ошейник, – холодно ответил он, глядя на меня сверху вниз. – Как и положено рабыне. Ты будешь носить его теперь постоянно.

Слова звучали как приговор. Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна ярости и страха. Но он продолжил, не давая мне времени на осмысление.

– Сейчас ты получила незначительный разряд тока за неповиновение. Это был лишь первый урок. Давай проведем еще один. Ты готова подчиняться? Если да, то поцелуй мой ботинок. Если нет, то прямо сейчас умрешь от разряда тока. И поверь, это будет далеко не самая приятная смерть. Она будет болезненной, мучительной и, к тому же, крайне неэстетичной. Представь себе: мышцы твоего живота расслабятся, и ты описаешь весь самолет, а людям еще лететь домой.

Его голос оставался таким же спокойным, словно он обсуждал погоду или делал заказ в ресторане, но каждое слово било по мне, как кнут.

– Решение за тобой, мне не нужна строптивая рабыня – добавил он. – У тебя есть десять секунд, чтобы подчиниться. Время пошло.

Я огляделась вокруг, пытаясь найти хоть какую-то поддержку или помощь. Но, как оказалось, все остальные были в полном шоке. Они сидели, будто парализованные, не в состоянии ни двигаться, ни говорить. Лица ребят выражали смесь ужаса и недоумения. Казалось, никто не мог поверить в то, что происходит. В салоне самолета повисла мрачная тишина.

Передо мной стоял человек, которого я могла бы назвать садистом и тираном. Его спокойствие и хладнокровие только усиливали ощущение опасности. Внутри снова все сжалось от горя и страха, но я понимала, что времени на раздумья у меня действительно нет. – Пришла на помощь как не странно Даша. – Что зыришь, целуй быстро, я твой труп домой не повезу.

И я это сделала. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди от унижения и обиды.

И ничего. Все. Он совершенно спокойно и равнодушно обвел взглядом всех и сообщил.

– Вы здесь остаетесь до утра, сейчас идет буря лететь никуда нельзя. В течении часа вас накормят и разместят в отеле. Завтра утром будет инструктаж о том, как вам вести себя по прилете, разъяснят версию происшедшего, которую вы должны будете заучить и сообщить по прилету заинтересованным лицам. Версия приблизительно такова, что эта девушка, – он кивнул на меня. – Нашла здесь свою любовь и решила остаться на время. Она позвонит родным и все объяснит сама. Завтра экскурсия для вас продолжится на круизном лайнере, лишь с небольшой задержкой в один день. С каждым из вас будет проведена беседа о неразглашении того, что вы сегодня здесь увидели и узнали, ну а дальше демонстрация того что с вами будет если проболтаетесь.

– А что будет если проболтаемся? – спросила осмелевшая в конец Даша, видно шок у нее уже прошёл, и она стала с деловым видом задавать вопросы, и даже, что я совсем не поняла и мне, наверное, показалось кокетничать с этим змеиным королем.

Он посмотрел на неё, и его лицо оставалось таким же бесстрастным, как и раньше. Ни один мускул не дрогнул, и его голос прозвучал так же холодно и жёстко:

– Вам всё объяснят. Но если кратко, то в лучшем случае вы окажетесь в психиатрической больнице. А в худшем… Завтра утром сами всё увидите.

Эти слова заставили меня похолодеть. Внутри всё перевернулось, а сердце замерло. Я не могла понять, что именно он имеет в виду, но его тон не оставлял сомнений в том, что шутить он не собирается. Затем он повернулся ко мне и бросил:

– Рабыня, поднимайся и пошли. В этот момент я всё-таки подняла глаза и увидела странную картину, Даша смотрела на моего похитителя как-то зло и торжественно одновременно, а на его лице не отражалось ровным счетом ничего. Это перекрестие взглядов продолжалось долю секунды не более, но мне от этого стала совсем не хорошо. Даша быстро перевела взгляд на меня, бросилась ко мне обняла и по-настоящему зарыдала.

–Ника, Ник, Никочка как же я буду без тебя, – причитала она, обнимая крепко. Я же смотрела на него, точнее на подбородок, глаза поднимать опять не решалась, они наводили ужас. Он бросил взгляд на сидение самолета на котором лежали мои коммуникаторы.

– Телефон и планшет отдашь при выходе из самолета, твои личные вещи заберут.

Я как в тумане проходила мимо ребят, они жали мне руки и ободряюще улыбались. Вера встала и меня обняла. – Ты сильная, продержись немного, – шепнула она мне в ухо. – И мы это так не оставим, поверь. Мы тебя вытащим.

О как же мне стало легче. А то мое сознание забилось как птичка в один маленький уголочек мозга, и отказывалось верить в происходящее. Вера дала мне надежду, что все еще может кончиться хорошо. Прилетят они, все расскажут. Ну не смогут всех запугать эти страшные люди Земли. Я приободрилась и мое будущее заиграло уже не такими черными красками. Главное сейчас продержаться.

При выходе из самолета какой-то чернокожий солдат протянул руки, и я отдала ему свои телефон и планшет. Во какая я послушная! Про себя решила пока затаится и не нервировать господина садиста. Может он только на людях такой. Посмотрим короче. Как там любят в азиатских дорамах, когда на тебя наезжают сильные мира сего надо стоять обтекать и молчать в тряпочку, а то можно и без головы остаться. Попробую, выхода пока все равно нет.

Мы сошли с трапа самолета, и первое, что бросилось в глаза, – это удивительная для этих широт погода. Совсем не похоже на суровый антарктический климат. Конечно, жарким этот день назвать было нельзя, но температура явно была выше нуля, что само по себе казалось странным. Ветра практически не было, что добавляло ощущение спокойствия и даже некоторой нереальности происходящего. Мы подошли к машине и меня снова ждал сюрприз, мистер змей стоял и вопросительно смотрел на меня и молчал. Я что, ему еще и дверь должна открывать, ну совсем уже! Окинула взглядом аэродром. Казалось все застыло вокруг. Солдаты, выстроившиеся в шеренги, стояли неподвижно, глядя прямо перед собой. Их было много, и все они принадлежали к разным национальностям, что сразу бросалось в глаза. На всех были одинаковые белые шапки-кепки и длинные белые пальто с серыми вставками, которые выглядели очень теплыми. Эти люди, словно статуи, были частью чего-то большего, какой-то странной и загадочной организации. Чуть поодаль стояли автобусы, тоже бело-серого цвета. На их бортах я заметила эмблему, которую прежде видела только мельком. Теперь я смогла рассмотреть её лучше: изображение Земли, накрытой куполом из человеческих ладоней. Это выглядело символично, но в то же время вызывало странное ощущение, словно я оказалась внутри какого-то сюрреалистического сна.