Анна Дубчак – Прогулки в прошлое (страница 7)

— А ты терпи, терпи, сестренка. Ты же любишь его, тебе же нравится, когда он тебя бьет, когда унижает, обзывает шлюхой, хотя ты — самая верная жена на всей планете. Я понимаю, он твой муж, и ты, должно быть, любишь его, но разве ты не видишь, что он — настоящий урод? Что присосался к тебе, как пиявка, живет за твой счет, отбирает все твои деньги, постоянно ревнует тебя (на минуточку!) к пациентам… Беги от него, вернее прогони его, а я тебе помогу! Ты просто не понимаешь, что находишься от него в эмоциональной зависимости, что тебе надо от этого избавиться. Я могу прислать тебе ссылки, там женщины-психологи все расставляют по своим местам, они своими советами помогут тебе. Это я для тебя не авторитет, а они — профессионалы. Они знают, подскажут тебе, откроют глаза на твоего Борю. Рано или поздно он так ударит тебя, что… Он же убить тебя может, как ты этого не понимаешь?

Вера слушала сестру и понимала, что она права, но никак не могла представить себе жизнь без Бори. Еще ее страшил сам разговор с мужем, мол, я не люблю тебя, ты должен уйти, я уже собрала твой чемодан… Да услышав такое, он набросится на нее с кулаками, разобьет ей лицо, сломает нос, а потом, когда она упадет, начнет избивать ногами… Когда она себе это представляла, у нее начинал болеть живот…

— Если ты боишься, я сама могу поговорить с ним, собрать его вещи, да и выбросить вообще из квартиры! — предлагала храбрая Рита, но Вера боялась, что сдерживающийся пока еще по отношению к сестре муж тогда уж точно не выдержит, ударит и ее. Она не могла этого допустить.

Сколько раз Рита, смазывая ее ушибы и раны, плача вместе с ней, предлагала написать заявление в полицию. Рисовала ей картины ее «инвалидного», как она говорила, будущего. Вера была категорически против. Она понимала, что после того, как она посмеет обратиться за помощью в полицию, Борис рано или поздно вернется к ней и тогда ей уже несдобровать, вот тогда уж он точно расправится с ней.

— Тебе надо перешагнуть эту черту, понимаешь? — увещевала Рита. — Ты же понимаешь, что так жить невозможно. Что тебе надо сбросить со своих плеч этот балласт. Твой Борис — совершенно никчемный человек. Он никогда не будет работать. Зачем, когда есть ты, твоя, пусть и скромная, зарплата и, главное, квартира? Я знаю, он предлагает тебе перейти в больницу, работать операционной сестрой, там зарплата, конечно, намного больше, но теперь представь, как ты приходишь на работу, войдешь в операционную с синяком под глазом, с синими, ушибленными руками… Как ты будешь работать? Вот разведись с ним, прогони его, тогда и пойдешь работать в больницу. Ты успокоишься, будешь больше уверена в своих силах, ты справишься! И не забывай, я всегда рядом, сестренка!

Сегодня ее день рождения. Рита снова будет готовиться, наверняка купила ей подарок. Она теперь намеренно не дарит ей деньги, зная, что Борис отберет. Поэтому она стала дарить духи, какие-то украшения. То, чем будет пользоваться только Вера.

В прошлом году Вера собралась с духом и тайком выбежала из квартиры, спряталась у сестры. Рита накрыла на стол. Три прибора. Она надеялась, что Борис тоже придет. Но он не пришел. Вернее, пришел, когда заметил, что жены дома нет. Начал звонить в дверь Риты, кричал, чтобы Вера вышла. Устроил настоящий скандал. Потом ушел, но разве можно было праздновать после этого? Вера плакала, пила вино и плакала. Рита от злости сжимала кулаки.

— Вера, да разве так можно?

Когда Вера в тот день вернулась домой, Борис избил ее. И пригрозил, если она покажется в таком виде сестре, он ее убьет.

Вот почему сегодня Вера не хотела, чтобы он вспомнил про ее день рождения. Пусть это будет для него обычный день.

Бориса дома не было. У Веры был выходной. А что, если ей просто выйти из дома и прогуляться, позвать с собой Риту и отметить день рождения в кафе?

Где Борис? Наверняка вышел из дома за сигаретами и пивом. Сейчас она оденется, созвонится с сестрой, и они вместе выйдут из дома.

Она позвонила сестре.

— Я уже еду домой! — услышала она веселый голос Риты. — Готовь вазу! Я купила тебе цветы! И предлагаю тебе по-тихому отметить твой день рождения в кафе, без Бориса, конечно, ты как, не против?

Вера услышала сестру, и первой ее мыслью было: как же Рита счастлива и свободна! У нее-то нет такого вот Бориса, она может жить как хочет.

— Я не против… Только тогда ты пока не возвращайся, ладно? Мы встретимся, и я сама заберу у тебя цветы.

— Он дома?

— Нет.

— Вот и отлично! Наверняка пошел за сигаретами, на большее он не способен. Надеюсь, он прекратил стряхивать пепел на ковер?

— Да, — соврала Вера, не желая задерживаться на этой теме.

Ей неприятно было говорить о том, что она так и не добилась того, чтобы муж хотя бы немного соблюдал чистоту. Больше того, он уже пару раз после ее просьбы вообще засыпал на диване перед включенным телевизором с пепельницей в изголовье. И, судя по виду окурка, сизому опасному столбику пепла, последняя сигарета была не погашена и тлела сама по себе, грозя упасть на диван и поджечь его.

Хотелось к сестре, подальше от квартиры, пропахшей сигаретами, хотелось хотя бы небольшого праздника. Вера надела шифоновое платье в маках (подарок сестры), подкрасилась и выбежала из квартиры. Главное было не попасться на глаза мужу. Но ей повезло, она не встретила его ни в подъезде, ни во дворе.

В кафе они попросили вазу для букета роз, заказали шампанское, икру. За все платила Рита. И это с ее-то скромной зарплатой библиотекаря!

— Ну что, сестренка моя дорогая, с днем рождения тебя! — Рита, сияя, протянула ей подарочную карточку Рив Гош на пять тысяч рублей.

Вера растрогалась, прижала карточку к груди.

— Спасибо тебе, моя дорогая!

Выпили шампанское. Вера чувствовала, что вот сейчас сестра, поздравляя ее и произнося тосты, непременно начнет желать ей развестись. Сколько раз это уже случалось, и как же тяжело было объяснять ей свое бездействие, свою неготовность к такому решительному шагу.

— Ты лучше пожелай мне какого-то чуда, волшебства, чтобы мне, к примеру, повысили зарплату. Ведь если я стану приносить больше денег, то Борис будет лучше ко мне относиться, подобреет. Не будет таким нервным и злым.

— Верочка, милая, что такое ты несешь? — испуганно, словно Вера на глазах стала превращаться в психически нездорового человека, прошептала Рита. — Хочешь сказать, что ты должна зарабатывать больше, чтобы задобрить его? Чтобы он не колотил тебя? А это ничего, что он сам-то нигде не работает?

— У него просто трудный период… К тому же он себя плохо чувствует…

— Вера, прости, но за это я пить не стану. Я вообще считаю, что у тебя и без того серьезная работа, все-таки ты работаешь в поликлинике хирургической медсестрой. Ты делаешь перевязки, лечишь гнойные раны… Какая тебе еще нужна работа? Ты хочешь совмещать ее с…

— …с уборкой. Буду мыть полы в поликлинике. Я уже закинула удочку, намекнула Борису. Он не против.

— Я выпью лучше за твое физическое и психическое здоровье. Не знаю, какие еще найти слова, как убедить тебя в том, что ты сливаешь свою жизнь в унитаз. Что так жить нельзя. Ты только представь себе, что он исчез из твоей жизни. Я же вижу, ты сейчас сидишь как на иголках, нервничаешь и постоянно оглядываешься, боишься, что Борис где-то рядом и увидит тебя… Так нельзя, Вера! Повторяю, представь, что его в твоей жизни просто нет. Что он собрал вещички и ушел. Навсегда.

— Не могу представить. Уйдет, а через полчаса вернется и ударит…

— Убить его, что ли? — всплеснула руками в отчаянии Рита.

— Ну ты тоже скажешь… — кисло усмехнулась Вера. Однако она уже успела представить себе Бориса — мертвого, лежащего в их спальне на полу в луже крови. И чтобы у него пульс не прощупывался. Вот тогда бы она точно знала, что он не вернется. И что станет свободной, счастливой и избавится наконец от своих страхов.

От представленного у нее зубы застучали. Ее охватила нервная дрожь.

— Подсыпь ему в пиво снотворное, лошадиную дозу… — посоветовала Рита. — Господи, прости! — И тотчас быстро, мелко перекрестилась.

Вера не стала останавливать сестру в озвучивании кроваво-криминальных фатальных фантазий, ей даже нравилось слушать ее и снова представлять мертвого мужа. И только выпив еще бокал шампанского, она покачала головой и, словно с сожалением, спросила сестру:

— Ты же несерьезно?

Рита лишь развела руками, мол, сама понимаешь, мы же не убийцы.

— Мне пора, — сказала Вера. — Спасибо тебе за праздник, за подарки, за настроение…

— Ты же не хочешь идти домой, я же вижу!

— Но что же делать?

— Живи у меня! Вот прямо сейчас и переезжай. Я помогу тебе перенести вещи. Потом подашь на развод и получишь его легко, это я тебе обещаю, ведь у вас нет ни детей, ни совместно нажитого имущества, разве что пустые бутылки и банки из-под пива.

— Хорошо, я согласна, — неуверенно произнесла Вера.

Она не знала, что и в этот раз у нее не хватит решимости, что едва она переступит порог своей квартиры, как будет сбита с ног сильным ударом по голове, что рухнет, и рядом с ней с хрустом упадет огромный букет свежих роз, которые Борис растопчет, разотрет нежные розовые лепестки по линолеуму с остервенением. Что потом он, схватив Веру за волосы, примется бить ее лицом об пол…