Анна Долгарева – Из осажденного десятилетия (страница 33)

те, кто в осенней мгле,

по этим коричневым листьям,

по чёрной влажной земле

идут, не ведая дома,

лампы и очага,

идут по одной дороге,

что холодна и нага.

руки у них землисты,

лица у них серы.

невдалеке от обочин

они разводят костры.

Третий стишок про осень

по большой размокшей дороге

идут дети,

и небо

застыло над ними.

мох и вода вокруг,

и ещё ветер.

каждый из них

не помнит своё имя.

каждый из них

не видит своё лицо

в лужах или ручьях,

в воде проливной.

дети,

не нашедшие матерей и отцов,

дети,

не нашедшие дорогу домой.

*

красные пальцы у них,

драны карманы у них,

бледные губы у них.

и каждый, каждый из них –

один на своём пути,

один в своей темноте.

и долго ещё идти?

о, долго ещё идти!

дорога их все мокрей,

и листья лежат на ней.

и листья лежат везде.

и листья лежат

в дырявых карманах их,

и вода

в ботинках рыжих худых,

и камни и мох растут у них на пути,

и в глазах застыло холодное

недо

йти.

и однажды,

сойдя на обочину,

они разводят костёр,

и огонь его красен

и греет мокрые пальцы их,

и видят его

из домов, что на склонах гор,

из домов за стеною лесов густых.

кто ты, бродяга, идущий по сумеркам ноября,

кто ты, чьи волосы капельки серебрят,

кто ты, ступай же, вот наш костёр,

этой ночью он будет твой,

а наутро найди свой дом и ступай домой.

вот они сидят и поют,

и огромно небо, и горы лиловы.

песня их – без единого звука,

единого слова.