Анна Дельман – Между строк твоего сердца (страница 11)

Анна опустилась на пол прямо у двери, всё ещё сжимая пакет с продуктами. Помидоры для салата. Его любимый сыр. Вино.

Артём собрал вещи и ушёл за час. Она не плакала. Просто сидела на полу и смотрела в пустоту.

Слёзы пришли позже. Той ночью. И следующей. И ещё неделю после.

Стук в дверь вырвал Анну из воспоминаний.

— Доченька, ты проснулась? — голос матери. — Завтрак готов.

Анна вытерла неожиданно влажные глаза.

— Сейчас спущусь, мам.

Она встала, подошла к зеркалу. Отражение показало бледное лицо с тёмными кругами под глазами. Волосы растрепаны. Она выглядела именно так, как чувствовала себя — как человек, всё ещё не до конца оправившийся от удара.

После развода прошло четыре месяца. Казалось бы, достаточно времени. Но раны заживали медленно.

Анна умылась холодной водой, оделась и спустилась вниз. На кухне мама накрывала на стол — блины, варенье, сметана.

— Мам, это слишком много, я не съем...

— Съешь, — отрезала Ирина. — Ты худая, как велосипед. Садись.

Анна покорно села. Они ели в молчании, пока мама не нарушила его:

— Ты плакала.

— Нет.

— Анечка, не ври мне. Глаза красные.

Анна отложила вилку.

— Просто вспомнила. Год назад всё началось.

Ирина протянула руку через стол и накрыла её ладонь своей.

— Я знаю, что ты чувствуешь. Когда твой отец ушёл, я тоже думала, что жизнь кончена.

Анна подняла удивлённые глаза. Мама редко говорила об отце — он ушёл, когда Анне было пять лет, и больше не появлялся.

— Мне было двадцать семь, — продолжила Ирина. — Ты маленькая. Магазин только открылся, денег нет. И он просто... ушёл. К другой. Сказал, что устал от ответственности.

— Мам...

— Я думала, не переживу. Первые полгода была как зомби. Твоя бабушка по ночам сидела со мной, потому что я боялась оставаться одна. Но знаешь, что? — Она сжала пальцы Анны. — Прошло. Не сразу, не быстро. Но прошло. И я поняла: он не забрал у меня жизнь. Он освободил место для настоящей жизни.

— Не чувствуется пока, — призналась Анна тихо.

— Почувствуется. Дай время.

После завтрака Анна спустилась в магазин. Дождь усилился, город утонул в сырости и тумане. Посетителей не предвиделось.

Она села за компьютер, собираясь заняться бухгалтерией, когда услышала шаги наверху. Даниил.

Квартиру над магазином мама сдавала уже пять лет — с тех пор, как стало сложно сводить концы с концами. Обычно там жили студенты или приезжие рабочие. Даниил был первым, кто снял её надолго.

Сейчас, сидя в магазине, она слышала его шаги наверху. Туда-сюда. Туда-сюда. Он не мог усидеть на месте, как обычно делают писатели?

Через полчаса шаги прекратились, и вскоре дверь магазина открылась. Даниил вошёл, отряхивая с куртки капли дождя.

— Доброе утро, — он кивнул Анне. — Извините, если мешал. Хожу, когда думаю.

— Ничего. Я привыкну.

Он подошёл к стеллажу с классикой, изучая корешки книг.

— Ищете что-то конкретное? — спросила Анна.

— «Бесы» Достоевского. У меня была копия, но потерялась при переезде.

— Сейчас посмотрю.

Она прошла к дальней полке, где мама хранила более редкие издания. Нашла «Бесов» — старое советское издание в твёрдой обложке.

— Вот. Тридцать пять лет этой книге.

Даниил взял её осторожно, с почтением. Открыл, пролистал.

— Прекрасное состояние. Сколько?

— Двести рублей.

— Это мало. Такие издания стоят дороже.

— Тогда считайте скидкой соседу, — улыбнулась Анна.

Он посмотрел на неё долгим взглядом.

— Спасибо.

Заплатил и собрался уходить, но задержался у двери.

— Анна... Я хотел извиниться за вчера. За то, что наговорил в клубе. О романтизации войны в книгах. Это было грубо.

— Это была ваша правда, — она пожала плечами. — Имеете право.

— Да, но я сорвался. Перешёл на личное. — Он провёл рукой по волосам. — У меня проблемы с контролем эмоций иногда. После... ну, после всего.

Анна видела напряжение в его плечах, сжатую челюсть. Он с трудом говорил об этом.

— Даниил, вам не нужно объясняться.

— Нужно. Вы добры ко мне. Дали мне место в клубе, хотя я был... сложным. — Он улыбнулся криво. — Не хочу, чтобы вы думали, что я просто мизантроп.

— Я так не думаю, — призналась Анна. — Я думаю, вы человек с багажом. У всех он есть.

— Я выжил, потому что хотел получить лучший кадр. — Даниил рассмеялся горько. — Саша умер вместо меня. И я не могу... Не могу это отпустить.

Анна шагнула к нему, не думая, и обняла. Просто обняла, крепко, давая то единственное, что могла дать — присутствие.

Даниил замер, потом медленно обнял её в ответ.

Они стояли так посреди пустого магазина, под шум дождя, два незнакомца, делившихся болью.

Когда они отстранились, на лице Даниила была странная смесь благодарности и смущения.

— Извините. Не планировал грузить вас своими проблемами.

— Вы не грузите, — Анна вытерла неожиданно влажные глаза. — Иногда нужно выговориться.

— Вы первая, кому я рассказал полностью. — Он сел на стул у прилавка. — Друзья пытались говорить, но не понимали. Родителям сказал, что просто устал от работы.

— Почему мне?

Он задумался.

— Не знаю. Может, потому что вы тоже сломаны. Легче говорить с тем, кто понимает, как это — когда внутри пустота.